extracted_text:
Технологическая  карта по формированию и оценке функциональной грамотности

Предмет
окружающий мир            1 класс

№ урока/тема

Читательская
  грамотность

Математическая
  грамотность

Естественнонаучная
  грамотность

Финансовая
  грамотность

Глобальные
  компетенции

Креативное
  мышление

примечания

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Тип
  задания

Ссылка
  на источник

Виды
  деятельности

Урок
  №9
Правила
  безопасности жизни. С огнем не шутят.

Задания, позволяющие сформировать опыт
  рассуждения при решении нестандартных задач – жизненных ситуаций

https://fs01.infourok.ru/images/doc/17/22030/img6.jpg

Работа с тестом

Урок
  №15
Условия,
  необходимые для жизни растения (свет, тепло, воздух, вода).

Задания, формирующие знаниевый компонент
  естественнонаучной грамотности

http://images.myshared.ru/19/1197194/slide_2.jpg

Работа
  с тестом

Метод проблемного обучения

Урок
  №17
Деревья,
  кустарники, травы (наблюдения в ближайшем окружении, сравнение).

Задания, направленные на применение
  знаний в опыте деятельности

https://1.bp.blogspot.com/-xpH52ZGNfDg/X7olwd4Sp2I/AAAAAAAACOc/d_u_WI1dSvM2fJglSywjUoeE--XRTIXEgCLcBGAsYHQ/s960/img3.jpg

Работа
  с тестом

Приём «Лови ошибку»

Урок
  №4
Животные,
  их разнообразие

.

Задания, формирующие знаниевый компонент
  естественнонаучной грамотности

https://img2.labirint.ru/rcimg/59591aa1a197fd9fac9fba7eb6c3baba/1920x1080/books48/476920/ph_1.jpg?1563809838

Приём
  «Исследование в форме наблюдения»

Урок
  №21
Правила
  безопасности жизни. Режим дня школьника, чередование труда и отдыха в режиме
  дня; личная гигиена

Обучающие

https://ds05.infourok.ru/uploads/ex/09e7/00126cee-50bb2034/img9.jpg

Работа
  с тестом

Приём «Да-нетка»

Урок
  №27
Части
  растения (корень, стебель, лист, цветок, плод, семя).

Задания, формирующие знаниевый компонент
  естественнонаучной грамотности

https://ds04.infourok.ru/uploads/ex/0d6e/000be0c5-cc272c69/hello_html_99abedd.png

Приём «Исследование в форме наблюдения»

Урок
  №38
Правила
  безопасности жизни. Правила безопасного поведения в природе

Задания, позволяющие сформировать опыт
  рассуждения при решении нестандартных задач – жизненных ситуаций

https://ds02.infourok.ru/uploads/ex/0adf/00041606-ab432e91/hello_html_m62b2789.jpg

Работа с тестом

Урок
  №48
Профессии
  людей

Задания, направленные на применение
  знаний в опыте деятельности

http://ма-лень-кая-страна.рф/images/01_s/180/2.jpg

Работа
  с тестом

Приём «Корзина идей»

Урок
  №52
Человек
  и общество. Наша Родина — Россия, Российская Федерация.

.

Задания, направленные на применение
  знаний в опыте деятельности

https://ds04.infourok.ru/uploads/ex/0878/00078287-9bd91813/img8.jpg

Работа с тестом

Урок
  №57
Человек
  и общество. Красная книга России, её значение, отдельные представители
  растений и животных Красной книги

.

Задания, формирующие знаниевый компонент
  естественнонаучной грамотности

https://fs.znanio.ru/methodology/images/4b/db/4bdbc8bb7e331efc0f1b6703f0d34d21eaaf454d.jpg

Создание
  групповых проектов «Наша Красная книга»

Скачано с
www.znanio.ru

file_name: технологическая карта по ФГ окружающий мир 1 класс.docx

alt: Работа с тестом Урок №15

alt: Приём «Исследование в форме наблюдения»

alt: Работа с тестом Урок №48

alt: Работа с тестом


extracted_text:
Меж стиснутых пальцев желтела солома,
Поодаль валялся пустой автомат,
Лежал на задворках отцовского дома
Осколком гранаты убитый солдат.
Бойцы говорили, не то совпаденье,
Не то человеку уж так повезло,
Что ранней зарей в полосе наступленья
Увидел гвардеец родное село.
Чье сердце не дрогнет при виде знакомой
До боли, до спазмы родной стороны!
И тяжесть становится вдруг невесомой,
И разом спадает усталость войны!
Что значили парню теперь километры?!
Ждала его встреча с семьей на войне,
В лицо ему дули родимые ветры,
И, кажется, сил прибавлялось вдвойне!
Но нет, не сбылось… Громыхнула граната…
Капризен солдатской судьбы произвол:
Две тысячи верст прошагал он до хаты,
А двадцать шагов – не сумел… не дошел…
Меж стиснутых пальцев солома желтела,
Поодаль валялся пустой автомат…
Недвижно навеки уснувшее тело,
Но все еще грозен убитый солдат!
И чудилось: должен в далеком Берлине
Солдат побывать, и, как прежде в бою,
Он будет сражаться, бессмертный отныне,
Бок о бок с друзьями шагая в строю.
За мысли такие бойцов не судите,
Пускай он в Берлин и ногой не ступил,
Но в списках победных его помяните –
Солдат эту почесть в боях заслужил!
 Помните
День
Победы. И в огнях салюта
Будто гром: – Запомните навек,
Что в сраженьях каждую минуту,
Да, буквально каждую минуту
Погибало десять человек!
Как
понять и как осмыслить это:
Десять крепких, бодрых, молодых,
Полных веры, радости и света
И живых, отчаянно живых!
У любого
где-то дом иль хата,
Где-то сад, река, знакомый смех,
Мать, жена… А если неженатый,
То девчонка – лучшая из всех.
На восьми
фронтах моей отчизны
Уносил войны водоворот
Каждую минуту десять жизней,
Значит, каждый час уже шестьсот!..
И вот так
четыре горьких года,
День за днем – невероятный счет!
Ради нашей чести и свободы
Все сумел и одолел народ.
Мир
пришел как дождь, как чудеса,
Яркой синью душу опаля…
В вешний вечер, в птичьи голоса,
Облаков вздымая паруса,
Как корабль плывет моя Земля.
И сейчас
мне обратиться хочется
К каждому, кто молод и горяч,
Кто б ты ни был: летчик или врач,
Педагог, студент или сверловщица…
Да,
прекрасно думать о судьбе
Очень яркой, честной и красивой.
Но всегда ли мы к самим себе
Подлинно строги и справедливы?
Ведь,
кружась меж планов и идей,
Мы нередко, честно говоря,
Тратим время попросту зазря
На десятки всяких мелочей.
На
тряпье, на пустенькие книжки,
На раздоры, где не прав никто,
На танцульки, выпивки, страстишки,
Господи, да мало ли на что!
И неплохо
б каждому из нас,
А ведь есть душа, наверно, в каждом,
Вспомнить вдруг о чем-то очень важном,
Самом нужном, может быть, сейчас.
И, сметя все
мелкое, пустое,
Скинув скуку, черствость или лень,
Вспомнить вдруг о том, какой ценою
Куплен был наш каждый мирный день!
И, судьбу
замешивая круто,
Чтоб любить, сражаться и мечтать,
Чем была оплачена минута,
Каждая-прекаждая минута,
Смеем ли мы это забывать?!
И, шагая
за высокой новью,
Помните о том, что всякий час
Вечно смотрят с верой и любовью
Вслед вам те, кто жил во имя вас!

Могила неизвестного солдата
Могила
Неизвестного солдата!
О, сколько их от Волги до Карпат!
В дыму сражений вырытых когда-то
Саперными лопатами солдат.
Зеленый
горький холмик у дороги,
В котором навсегда погребены
Мечты, надежды, думы и тревоги
Безвестного защитника страны.
Кто был в
боях и знает край передний,
Кто на войне товарища терял,
Тот боль и ярость полностью познал,
Когда копал «окоп» ему последний.
За маршем
– марш, за боем – новый бой!
Когда же было строить обелиски?!
Доска да карандашные огрызки,
Ведь вот и все, что было под рукой!
Последний
«послужной листок» солдата:
«Иван Фомин», и больше ничего.
А чуть пониже две коротких даты
Рождения и гибели его.
Но две
недели ливневых дождей,
И остается только темно-серый
Кусок промокшей, вздувшейся фанеры,
И никакой фамилии на ней.
За сотни
верст сражаются ребята.
А здесь, от речки в двадцати шагах,
Зеленый холмик в полевых цветах –
Могила Неизвестного солдата…
Но Родина
не забывает павшего!
Как мать не забывает никогда
Ни павшего, ни без вести пропавшего,
Того, кто жив для матери всегда!
Да,
мужеству забвенья не бывает.
Вот почему погибшего в бою
Старшины на поверке выкликают
Как воина, стоящего в строю!
И потому
в знак памяти сердечной
По всей стране от Волги до Карпат
В живых цветах и день и ночь горят
Лучи
родной звезды пятиконечной.
Лучи летят торжественно и свято,
Чтоб встретиться в пожатии немом,
Над прахом Неизвестного солдата,
Что спит в земле перед седым Кремлем!
И от
лучей багровое, как знамя,
Весенним днем фанфарами звеня,
Как символ славы возгорелось пламя –
Святое пламя Вечного огня!
Сыну.

Мой сын, ты видишь, впереди
Идет солдат. Слепой.
Звезда и лента на груди,
Один рукав – пустой.

Мой сын, ты видишь потому,
Что он в бою ослеп.
Чтоб слышал ты - он глох в дыму,
В огне, в снегу, в земле

В моей руке – твоя рука
Спокойно, мальчик мой -
Отвел от нас удар врага
Солдат своей рукой…

Слепого ты переведи
По камню мостовой.
Безрукого опереди
И дверь ему открой.

Всегда и руки и глаза
Свои ты с ним дели,
Чтоб мог сказать тебе солдат –
«Спасибо, помогли…»

А если будешь ты в бою
То жизни не жалей
За дом его, его семью,
За жизнь его детей.

М. Бородовский

15 баллад о
войне

Баллада о
зенитчицах

Как разглядеть за днями
след нечёткий?
Хочу приблизить к сердцу
этот след…
На батарее
были сплошь –
девчонки.
А старшей было
восемнадцать лет.
Лихая чёлка
над прищуром хитрым,
бравурное презрение к войне…
В то утро
танки вышли
прямо к Химкам.
Те самые.
С крестами на броне.
И старшая,
действительно старея,
как от кошмара заслонясь рукой,
скомандовала тонко:
— Батарея-а-а!
(Ой мамочка!..
Ой родная!..)
Огонь! –
И –
залп!
И тут они
заголосили,
девчоночки.
Запричитали всласть.
Как будто бы
вся бабья боль
России
в девчонках этих
вдруг отозвалась.
Кружилось небо –
снежное,
рябое.
Был ветер
обжигающе горяч.
Былинный плач
висел над полем боя,
он был слышней разрывов,
этот плач!
Ему –
протяжному –
земля внимала,
остановясь на смертном рубеже.
— Ой, мамочка!..
— Ой, страшно мне!..
— Ой, мама!.. –
И снова:
— Батарея-а-а! –
И уже
пред ними,
посреди земного шара,
левее безымянного бугра
горели
неправдоподобно жарко
четыре чёрных
танковых костра.
Раскатывалось эхо над полями,
бой медленною кровью истекал…
Зенитчицы кричали
и стреляли,
размазывая слёзы по щекам.
И падали.
И поднимались снова.
Впервые защищая наяву
и честь свою
(в буквальном смысле слова!).
И Родину.
И маму.
И Москву.
Весенние пружинящие ветки.
Торжественность
венчального стола.
Неслышанное:
«Ты моя – навеки!..»
Несказанное:
«Я тебя ждала…»
И губы мужа.
И его ладони.
Смешное бормотание
во сне.
И то, чтоб закричать
в родильном
доме:
«Ой, мамочка!
Ой, мама, страшно мне!!»
И ласточку.
И дождик над Арбатом.
И ощущенье
полной тишины…
…Пришло к ним это после.
В сорок пятом.
Конечно, к тем,
кто сам пришёл
с войны.
Роберт
Рождественский

Баллада о красках

Был он рыжим,
         как из рыжиков
рагу.
Рыжим,
   словно апельсины на снегу.
Мать шутила,
        мать веселою была:
«Я от солнышка сыночка родила...»
А другой был чёрным-чёрным у неё.
Чёрным,
    будто обгоревшее смолье.
Хохотала над расспросами она,
говорила:
«Слишком ночь была черна!..»
В сорок первом,
      в сорок памятном году
прокричали репродукторы беду.
Оба сына, оба-двое, соль Земли —
поклонились маме в пояс.
И ушли.
Довелось в бою почуять молодым
рыжий бешеный огонь

и черный дым,
злую зелень застоявшихся полей,
серый цвет прифронтовых госпиталей.
Оба сына, оба-двое, два крыла,
воевали до победы.
Мать ждала.
Не гневила,
   не кляла она судьбу.
Похоронка
обошла её избу.
Повезло ей.
     Привалило счастье вдруг.
Повезло одной на три села вокруг.
Повезло ей.
      Повезло ей!

Повезло!—
Оба сына
воротилися в село.
Оба сына.
     Оба-двое.
          Плоть и
стать.
Золотистых орденов не сосчитать.
Сыновья сидят рядком — к плечу плечо.
Ноги целы, руки целы — что еще?
Пьют зеленое вино, как повелось...
У обоих изменился цвет волос.
Стали волосы —
     смертельной белизны!
Видно, много
белой краски
у войны.
Роберт
Рождественский

Баллада о молчании

Был ноябрь
по-январски угрюм и зловещ,
над горами метель завывала.
Егерей
из дивизии «Эдельвейс»
наши
сдвинули с перевала.
Командир поредевшую роту собрал
и сказал тяжело и спокойно:
— Час назад
меня вызвал к себе генерал.
Вот, товарищи, дело какое:
Там – фашисты.
Позиция немцев ясна.
Укрепились надёжно и мощно.
С трёх сторон – пулемёты,
с четвёртой – стена.
Влезть на стену
почти невозможно.
Остаётся надежда
на это «почти».
Мы должны –
понимаете, братцы? –
нынче ночью
на чёртову гору вползти.
На зубах –
но до верха добраться! –
А солдаты глядели на дальний карниз,
и один –
словно так, между прочим –
вдруг спросил:
— Командир,
может, вы – альпинист? –
Тот плечами пожал:
— Да не очень…
Я родился и вырос в Рязани,
а там
горы встанут,
наверно, не скоро…
В детстве
лазал я лишь по соседским садам.
Вот и вся
«альпинистская школа».
А ещё, —
он сказал как поставил печать, —
там у них патрули.
Это значит:
если кто-то сорвётся,
он должен молчать.
До конца.
И никак не иначе. –
…Как восходящие капли дождя,
как молчаливый вызов,
лезли,
наитием находя
трещинку,
выемку,
выступ.
Лезли,
почти сроднясь со стеной, —
камень светлел под пальцами.
Пар
поднимался над каждой спиной
и становился
панцирем.
Молча
тянули наверх свои
каски,
гранаты,
судьбы.
Только дыхание слышалось и
стон
сквозь сжатые зубы.
Дышат друзья.
Терпят друзья.
В гору
ползёт молчание.
Охнуть – нельзя.
Крикнуть – нельзя.
Даже –
слова прощания.
Даже –
когда в озноб темноты,
в чёрную прорву
ночи,
всё понимая,
рушишься ты,
напрочь
срывая
ногти!
Душу твою ослепит на миг
жалость,
что прожил мало…
Крик твой истошный,
неслышный крик
мама услышит.
Мама…
…Лезли
те,
кому повезло.
Мышцы
в комок сводило, —
лезли!
(Такого
быть не могло!!
Быть не могло.
Но - было…)
Лезли,
забыв навсегда слова,
глаза напрягая
до рези.
Сколько прошло?
Час или два?
Жизнь или две?
Лезли!
Будто на самую
крышу войны…
И вот,
почти как виденье,
из пропасти
на краю стены
молча
выросли
тени.
И так же молча –
сквозь круговерть
и колыханье мрака –
шагнули!
Была
безмолвной, как смерть,
страшная их атака!
Через минуту
растаял чад
и грохот
короткого боя…
Давайте и мы
иногда
молчать,
об их молчании
помня.
Роберт
Рождественский

Баллада о спасенном знамени

Утром,
ярким, как лубок.
Страшным.
Долгим.
Ратным.
Был разбит
стрелковый полк.
Наш.
В бою неравном.
Сколько полегло парней
в том бою -
не знаю.
Засыхало -
без корней -
полковое знамя.
Облака
печально шли
над затихшей битвой.
И тогда
с родной земли
встал
солдат убитый.
Помолчал.
Погоревал.
И -
назло ожогам -
грудь свою
забинтовал он
багровым шелком.
И подался на восток,
отчим домом
бредя.
По земле
большой,
как вздох.
Медленной,
как время.
Полз
пустым березняком.
Шел
лесным овражком.
Он себя
считал полком
в окруженье вражьем!
Из него он
выходил
грозно и устало.
Сам себе
и командир,
и начальник штаба.
Ждал он
часа своего,
мстил
врагу
кроваво.
Спал он в поле
и его
знамя
согревало...
Шли дожди.
Кружилась мгла.
Задыхалась буря.
Парня
пуля
не брала -
сплющивалась
пуля!
Ну, а ежели
брала
в бешенстве напрасном -
незаметной
кровь была,
красная
на красном...
Шел он долго,
нелегко.
Шел
по пояс в росах,
опираясь на древко,
как на вещий
посох.
Роберт Рождественский

Баллада о
черством куске

По
безлюдным проспектам оглушительно звонко
Громыхала
на дьявольской смеси трехтонка.
Леденистый
брезент прикрывал ее кузов -
Драгоценные
тонны замечательных грузов.

Молчаливый
водитель, примерзший к баранке,
Вез на
фронт концентраты, хлеба вез он буханки,
Вез он сало
и масло, вез консервы и водку,
И махорку
он вез, проклиная погодку.

Рядом с ним
лейтенант прятал нос в рукавицу.
Был он худ.
Был похож на голодную птицу.
И казалось
ему, что водителя нету,
Что забрел
грузовик на другую планету.

Вдруг
навстречу лучам - синим, трепетным фарам
Дом из
мрака шагнул, покорежен пожаром.
А сквозь
эти лучи снег летел, как сквозь сито,
Снег летел,
как мука,- плавно, медленно, сыто...

- Стоп! -
сказал лейтенант.- Погодите, водитель.
Я,- сказал
лейтенант,- здешний все-таки житель.
И шофер
осадил перед домом машину,
И пронзительный
ветер ворвался в кабину.

И взбежал
лейтенант по знакомым ступеням.
И вошел. И
сынишка прижался к коленям.
Воробьиные
ребрышки... Бледные губки...
Старичок
семилетний в потрепанной шубке...

- Как
живешь, мальчуган? Отвечай без обмана!..
- И достал
лейтенант свой паек из кармана.
Хлеба
черствый кусок дал он сыну: - Пожуй-ка,-
И шагнул он
туда, где дымила «буржуйка».

Там -
поверх одеяла - распухшие руки,
Там жену он
увидел после долгой разлуки.
Там, боясь
разрыдаться, взял за бедные плечи
И в глаза заглянул,
что мерцали, как свечи.

Но не знал
лейтенант семилетнего сына.
Был
мальчишка в отца - настоящий мужчина!
И, когда
замигал догоревший огарок,
Маме в руку
вложил он отцовский подарок.

А когда
лейтенант вновь садился в трехтонку: -
Приезжай! -
закричал ему мальчик вдогонку.
И опять
сквозь лучи снег летел, как сквозь сито.
Он летел,
как мука,- плавно, медленно, сыто...

Грузовик
отмахал уже многие версты
Освещали
ракеты неба черного купол
Тот же
самый кусок - ненадкушенный, черствый
Лейтенант в
том же самом кармане нащупал.

Потому что
жена не могла быть иною
И кусок
этот снова ему подложила.
Потому что
была настоящей женою.
Потому что
ждала. Потому что любила

Грузовик по
местам проносился горбатым
И внимал
лейтенант орудийным раскатам,
И ворчал,
что глаза снегом застит слепящим,
Потому что
солдатом он был настоящим
Владимир
Лифшиц

Баллада о старом слесаре

Когдa, роняя инструмент,
Он тихо нa пол опустился,
Все обернулись нa момент,
И ни один не удивился.

Изголодaвшихся людей
Смерть удивить моглa едвa ли.
Здесь тaк безмолвно умирaли,
Что все дaвно привыкли к ней.

И вот он умер - стaричок,
И молчa врaч нaд ним нaгнулся.
- Не реaгирует зрaчок,
- Скaзaл он вслух, - и нету пульсa.

Сухое тельце отнесли
Друзья в холодную конторку,
Где окнa снегом зaросли
И смотрят нa реку Ижорку.

Когдa же, грянув, кaк гроза,
Снaряд сугробы к небу вскинул,
Старик сперва открыл глaзa,
Потом ногой тихонько двинул.

Потом, вздыхaя и брaнясь,
Привстaл нa острые коленки,
Поднялся, охнул и, держaсь
То зa перилa, то зa стенки,

Под своды цехa своего
Вошел - и нaд стaнком склонился.
И все взглянули нa него,
И ни один не удивился.
Владимир
Лифшиц

Баллада о музыке

Им холод
Кровавит застывшие губы,
Смычки выбивает из рук скрипачей.
Но флейты поют,
Надрываются трубы,
И арфа вступает,
Как горный ручей.
И пальцы
На лёд западающих клавиш
Бросает, не чувствуя рук, пианист…

Над вихрем
Бушующих вьюг и пожарищ
Их звуки
Победно и скорбно неслись…

А чтобы всё это
Сегодня свершилось,
Они
Сквозь израненный город брели.
И сани
За спинами их волочились –
Они так
Валторны и скрипки везли.

И тёмная пропасть
Концертного зала,
Когда они всё же добрались сюда,
Напомнила им
О военных вокзалах,
Где люди
Неделями ждут поезда:

Пальто и ушанки,
Упавшие в кресла,
Почти безразличный, измученный взгляд…
Так было.
Но лица людские воскресли,
Лишь звуки настройки
Нестройною песней
Внезапно обрушили свой водопад…

Никто не узнал,
Что сегодня на сцену
В последнем ряду посадили врача,
А рядом,
На случай возможной замены,
Стояли
Ударник и два скрипача.

Концерт начался!
И под гул канонады –
Она, как обычно, гремела окрест –
Невидимый диктор
Сказал Ленинграду:
“Вниманье!
Играет блокадный оркестр!..”

И музыка
Встала над мраком развалин,
Крушила
Безмолвие тёмных квартир.
И слушал её
Ошарашенный мир…

Вы так бы смогли,
Если б вы умирали?..
Юрий
Воронов

Баллада о младшем брате

Его ввели в германский штаб,
и офицер кричал:
—  Где старший брат? Твой старший брат!
Ты знаешь — отвечай!

А он любил ловить щеглят,
свистать и петь любил,
и знал, что пленники молчат,—
так брат его учил.

Сгорел дотла родимый дом,
в лесах с отрядом брат.
— Живи,— сказал,— а мы придем,
мы все вернем назад.

Живи, щегленок, не скучай,
пробьет победный срок...
По этой тропочке таскай
с картошкой котелок.

В свинцовых пальцах палача
безжалостны ножи.
Его терзают и кричат:
— Где старший брат? Скажи!

Молчать — нет сил. Но говорить —
нельзя... И что сказать?
И гнев бессмертный озарил
мальчишечьи глаза.

— Да, я скажу, где старший брат.
Он тут, и там, и здесь.
Везде, где вас, врагов, громят,
мой старший брат—везде.

Да, у него огромный рост,
рука его сильна.
Он достает рукой до звезд
и до морского дна.

Он водит в небе самолет,
на крыльях — по звезде,
из корабельных пушек бьет
и вражий танк гранатой рвет...

Мой брат везде, везде.
Его глаза горят во мгле
всевидящим огнем.
Когда идет он по земле,

земля дрожит кругом.
Мой старший брат меня любил.
Он все возьмет назад...—
...И штык фашист в него вонзил.

И умер младший брат.
И старший брат о том узнал.
О, горя тишина!..
— Прощай, щегленок, — он сказал,—
ты постоял за нас!

Но стисни зубы, брат Андрей,
молчи, как он молчал.
И вражьей крови не жалей,
огня и стали не жалей,—
отмщенье палачам!
За брата младшего в упор
рази врага сейчас,
за младших братьев и сестер,
не выдававших нас!

Ольга  Берггольц

Баллада о товарище

Вдоль развороченных дорог
И разоренных сел
Мы шли по звездам на восток, —
Товарища я вел.

Он отставал, он кровь терял,
Он пулю нес в груди
И всю дорогу повторял:
— Ты брось меня. Иди…

Наверно, если б ранен был
И шел в степи чужой,
Я точно так бы говорил
И не кривил душой.

А если б он тащил меня,
Товарища-бойца,
Он точно так же, как и я,
Тащил бы до конца…

Мы шли кустами, шли стерней:
В канавке где-нибудь
Ловили воду пятерней,
Чтоб горло обмануть,

О пище что же говорить, —
Не главная беда.
Но как хотелось нам курить!
Курить — вот это да…

Где разживалися огнем,
Мы лист ольховый жгли,
Как в детстве, где-нибудь в ночном,
Когда коней пасли…

Быть может, кто-нибудь иной
Расскажет лучше нас,
Как горько по земле родной
Идти, в ночи таясь.

Как трудно дух бойца беречь,
Чуть что скрываясь в тень.
Чужую, вражью слышать речь
Близ русских деревень.

Как зябко спать в сырой копне
В осенний холод, в дождь,
Спиной к спине — и все ж во сне
Дрожать. Собачья дрожь.

И каждый шорох, каждый хруст
Тревожит твой привал…
Да, я запомнил каждый куст,
Что нам приют давал.

Запомнил каждое крыльцо,
Куда пришлось ступать,
Запомнил женщин всех в лицо,
Как собственную мать.

Они делили с нами хлеб —
Пшеничный ли, ржаной, —
Они нас выводили в степь
Тропинкой потайной.

Им наша боль была больна, —
Своя беда не в счет.
Их было много, но одна…
О ней и речь идет.

— Остался б, — за руку брала
Товарища она, —
Пускай бы рана зажила,
А то в ней смерть видна.

Пойдешь да сляжешь на беду
В пути перед зимой.
Остался б лучше. — Нет, пойду,
Сказал товарищ мой.

— А то побудь. У нас тут глушь,
В тени мой бабий двор.
Случись что, немцы, — муж и муж,
И весь тут разговор.

И хлеба в нынешнем году
Мне не поесть самой,
И сала хватит. — Нет, пойду, —
Вздохнул товарищ мой.

— Ну, что ж, иди… — И стала вдруг
Искать ему белье,
И с сердцем как-то все из рук
Металось у нее.

Гремя, на стол сковороду
Подвинула с золой.
Поели мы. — А все ж пойду, —
Привстал товарищ мой.

Она взглянула на него:
— Прощайте, — говорит, —
Да не подумайте чего… —
Заплакала навзрыд.

На подоконник локотком
Так горько опершись,
Она сидела босиком
На лавке. Хоть вернись.

Переступили мы порог,
Но не забыть уж мне
Ни тех босых сиротских ног,
Ни локтя на окне.

Нет, не казалася дурней
От слез ее краса,
Лишь губы детские полней
Да искристей глаза.

Да горячее кровь лица,
Закрытого рукой.
А как легко сходить с крыльца,
Пусть скажет кто другой…

Обоих жалко было мне,
Но чем тут пособить?
— Хотела долю на войне
Молодка ухватить.

Хотела в собственной избе
Ее к рукам прибрать,
Обмыть, одеть и при себе
Держать — не потерять,

И чуять рядом по ночам, —
Такую вел я речь.
А мой товарищ? Он молчал,
Не поднимая плеч…

Бывают всякие дела, —
Ну, что ж, в конце концов
Ведь нас не женщина ждала,
Ждал фронт своих бойцов.

Мы пробирались по кустам,
Брели, ползли кой-как.
И снег нас в поле не застал,
И не заметил враг.

И рану тяжкую в груди
Осилил спутник мой.
И все, что было позади,
Занесено зимой.

И вот теперь, по всем местам
Печального пути,
В обратный путь досталось нам
С дивизией идти.

Что ж, сердце, вволю постучи, —
Настал и наш черед.
Повозки, пушки, тягачи
И танки — все вперед!

Вперед — погода хороша,
Какая б ни была!
Вперед — дождалася душа
Того, чего ждала!

Вперед дорога — не назад,
Вперед — веселый труд;
Вперед — и плечи не болят,
И сапоги не трут.

И люди, — каждый молодцом, —
Горят: скорее в бой.
Нет, ты назад пройди бойцом,
Вперед пойдет любой.

Привал — приляг. Кто рядом — всяк
Приятель и родня.
Эй ты, земляк, тащи табак!
— Тащу. Давай огня!

Свояк, земляк, дружок, браток,
И все добры, дружны.
Но с кем шагал ты на восток,
То друг иной цены…

И хоть оставила война
Следы свои на всем,
И хоть земля оголена,
Искажена огнем, —

Но все ж знакомые места,
Как будто край родной.
— А где-то здесь деревня та? —
Сказал товарищ мой.

Я промолчал, и он умолк,
Прервался разговор.
А я б и сам добавить мог,
Сказать: — А где тот двор…

Где хата наша и крыльцо
С ведерком на скамье?
И мокрое от слез лицо,
Что снилося и мне?..

Дымком несет в рядах колонн
От кухни полевой.
И вот деревня с двух сторон
Дороги боевой.

Неполный ряд домов-калек,
Покинутых с зимы.
И там на ужин и ночлег
Расположились мы.

И два бойца вокруг глядят,
Деревню узнают,
Где много дней тому назад
Нашли они приют.

Где печь для них, как для родных,
Топили в ночь тайком.
Где, уважая отдых их,
Ходили босиком.

Где ждали их потом с мольбой
И мукой день за днем…
И печь с обрушенной трубой
Теперь на месте том.

Да сорванная, в стороне,
Часть крыши. Бедный хлам.
Да черная вода на дне
Оплывших круглых ям.

Стой! Это было здесь жилье,
Людской отрадный дом.
И здесь мы видели ее,
Ту, что осталась в нем.

И проводила, от лица
Не отнимая рук,
Тебя, защитника, бойца.
Стой! Оглянись вокруг…

Пусть в сердце боль тебе, как нож,
По рукоять войдет.
Стой и гляди! И ты пойдешь
Еще быстрей вперед.

Вперед, за каждый дом родной,
За каждый добрый взгляд,
Что повстречался нам с тобой,
Когда мы шли назад.

И за кусок, и за глоток,
Что женщина дала,
И за любовь ее, браток,
Хоть без поры была.

Вперед — за час прощальный тот,
За память встречи той…
— Вперед, и только, брат, вперед,
Сказал товарищ мой…

Он плакал горестно, солдат,
О девушке своей,
Ни муж, ни брат, ни кум, ни сват
И не любовник ей.

И я тогда подумал: — Пусть,
Ведь мы свои, друзья.
Ведь потому лишь сам держусь,
Что плакать мне нельзя.

А если б я, — случись так вдруг, —
Не удержался здесь,
То удержался б он, мой друг,
На то и дружба есть…

И, постояв еще вдвоем,
Два друга, два бойца,
Мы с ним пошли. И мы идем
На Запад. До конца.
Александр
Твардовский

Баллада о военных летчицах

Когда вы песни на земле поете
Тихонечко вам небо подпоет,
Погибшие за Родину в полете
Мы вечно продолжаем наш полет.

Мы вовсе не тени безмолвные,
Мы ветер и крик журавлей,
Погибшие в небе за Родину
Становятся небом над ней.

Мы дышим, согревая птичьи гнезда,
Баюкаем детей в полночный час,
Вам кажется, что с неба смотрят звезды,
А это мы с небес глядим на вас.

Мы вовсе не тени безмолвные,
Мы ветер и крик журавлей,
Погибшие в небе за Родину
Становятся небом над ней.

Мы стали небом, стали облаками,
И видя сверху наш двадцатый век,
К вам тихо прикасаемся руками,
И думаете вы, что это снег.

Мы дышим, согревая птичьи гнезда,
Баюкаем детей в полночный час,
Вам кажется, что с неба смотрят звезды,
А это мы с небес глядим на вас.

Мы вовсе не тени безмолвные,
Мы ветер и крик журавлей,
Погибшие в небе за Родину
Становятся небом над ней.
Евгений Евтушенко

Баллада о десанте

Хочу, чтоб как можно спокойней и суше
Рассказ мой о сверстницах был...
Четырнадцать школьниц - певуний, болтушек -
В глубокий забросили тыл.

Когда они прыгали вниз с самолета
В январском продрогшем Крыму,
"Ой, мамочка!" - тоненько выдохнул кто-то
В пустую свистящую тьму.

Не смог побелевший пилот почему-то
Сознанье вины превозмочь...
А три парашюта, а три парашюта
Совсем не раскрылись в ту ночь...

Оставшихся ливня укрыла завеса,
И несколько суток подряд
В тревожной пустыне враждебного леса
Они свой искали отряд.

Случалось потом с партизанками всяко:
Порою в крови и пыли
Ползли на опухших коленях в атаку -
От голода встать не могли.

И я понимаю, что в эти минуты
Могла партизанкам помочь
Лишь память о девушках, чьи парашюты
Совсем не раскрылись в ту ночь...

Бессмысленной гибели нету на свете -
Сквозь годы, сквозь тучи беды
Поныне подругам, что выжили, светят
Три тихо сгоревших звезды...
Юлия
Друнина

Баллада о танке

Советский танк попал в болота —
Еловая прогнулась гать.
Его бомбили с самолета,
Его фашистская пехота
Под вечер стала окружать.

Строча из сотни автоматов,
Солдаты, как из-под земли,
Осматриваясь воровато,
К нему со всех сторон ползли.

Танк бил из пушки, пулемёта,
Сжигая травы на корню.
Но вот мотор заглох… Пехота
Насела с гиком на броню.

Он, словно мамонт – в иле, в саже, –
Затихнув, бивень опустил.
Не выпуская экипажа,
Его решили в штаб везти.

Фашистский танк подкрался с тыла,
Чтоб наш разить его не мог.
Приземистый и тупорылый,
Он заревел, что было силы,
Налег на цепь и поволок.

Вода и грязь текли с металла.
Осенний день совсем погас…
Но кто видал,
Когда бывало,
Чтоб на цепи водили нас?

Едва из топкого болота
Наш танк втащили на увал,
Как вдруг шарахнулась пехота:
Мотор включенный заработал,
Зарокотал,
Забушевал.

Взгремев утробою железной,
Рванулся танк. Сама земля
К нему под гусеницы лезла:
Вперед, к своим — он в ров безлесный
Пошел, по травам, гром стеля.

Пошел лугами к дальним хатам,
Подмяв пенек, подрезав ствол, —
Он сам уже врага повел! —
На третьей скорости, на пятой,
На двадцать пятой он пошел.

Казалось, ветер в поле стих,
Казалось, сосны молодели:
На танк во все глаза глядели,
И камни серые хотели,
Чтоб он оставил след на них.
Александр
Яшин

Баллада о дружбе

Так
  в блиндаже хранят уют
коптилки керосиновой.
Так
  дыхание берегут,
когда ползут сквозь минный вой.
Так
  раненые кровь хранят,
руками сжав культяпки ног.

...Был друг хороший у меня,
и дружбу молча я берег.
И дружбы не было нежней.
Пускай мой след
          в снегах
простыл,-
среди запутанных лыжней
мою
 всегда он находил.
Он возвращался по ночам...
Услышав скрип его сапог,
я знал -
      от стужи он продрог
или
  от пота он промок.
Мы нашу дружбу
         берегли,
как пехотинцы берегут
метр
  окровавленной земли,
когда его в боях берут.
Но стал
      и в нашем дележе
сна
  и консервов на двоих
вопрос:
     кому из нас двоих
остаться на войне в живых?
И он опять напомнил мне,
что ждет его в Тюмени сын.
Ну что скажу!
      Ведь на войне
я в первый раз
         побрил усы.
И, видно,
      жизнь ему вдвойне
дороже и нужней,

чем мне.
Час
 дал на сборы капитан.
Не малый срок,

не милый срок...
Я совестью себя пытал:
решил,
    что дружбу зря берег.
Мне дьявольски хотелось жить,-
пусть даже врозь,

пусть не дружить.
Ну хорошо,
      пусть мне идти,
пусть он останется в живых.
Поделит
    с кем-нибудь в пути
и хлеб,
    и дружбу
          на двоих.
И я шагнул через порог...

Но было мне не суждено
погибнуть в переделке этой.
Твердя проклятие одно,
Приполз я на КП

к рассвету.
В землянке
      рассказали мне,
что по моей лыжне ушел он.
Так это он
      всю ночь

в огне
глушил их исступленно толом!
Так это он
      из-за бугра
бил наповал из автомата!
Так это он
      из всех наград
избрал одну -

любовь солдата!
Он не вернулся.
           Мне в
живых
считаться,
      числиться по спискам.
Но с кем я буду на двоих
делить судьбу
          с армейским
риском?
Не зря мы дружбу берегли,
как пехотинцы берегут
метр
  окровавленной земли,
когда его в боях берут.
Семён
Гудзенко

Волжская баллада

Третий год у Натальи тяжелые сны,
Третий год ей земля горяча —
С той поры как солдатской дорогой войны
Муж ушел, сапогами стуча.
На четвертом году прибывает пакет.
Почерк в нем незнаком и суров:
«Он отправлен в саратовский лазарет,
Ваш супруг, Алексей Ковалев».
Председатель дает подорожную ей.
То надеждой, то горем полна,
На другую солдатку оставив детей,
Едет в город Саратов она.
А Саратов велик. От дверей до дверей
Как найти в нем родные следы?
Много раненых братьев, отцов и мужей
На покое у волжской воды.
Наконец ее доктор ведет в тишине
По тропинкам больничных ковров.
И, притихшая, слышит она, как во сне:
— Здесь лежит Алексей Ковалев.—
Нерастраченной нежности женской полна,
И калеку Наталья ждала,
Но того, что увидела, даже она
Ни понять, ни узнать не могла.
Он хозяином был ее дум и тревог,
Запевалой, лихим кузнецом.
Он ли — этот бедняга без рук и без ног,
С перекошенным, серым лицом?
И, не в силах сдержаться, от горя пьяна,
Повалившись в кровать головой,
В голос вдруг закричала, завыла она:
— Где ты, Леша, соколик ты мой?! —
Лишь в глазах у него два горячих луча.
Что он скажет — безрукий, немой!
И сурово Наталья глядит на врача:
— Собирайте, он едет домой.
Не узнать тебе друга былого, жена,—
Пусть как память живет он в дому.
— Вот спаситель ваш,— детям сказала она,—
Все втроем поклонитесь ему!
Причитали соседки над женской судьбой,
Горевал ее горем колхоз.
Но, как прежде, вставала Наталья с зарей,
И никто не видал ее слез...
Чисто в горнице. Дышат в печи пироги.
Только вдруг, словно годы назад,
Под окном раздаются мужские шаги,
Сапоги по ступенькам стучат.
И Наталья глядит со скамейки без слов,
Как, склонившись в дверях головой,
Входит в горницу муж — Алексей Ковалев —
С перевязанной правой рукой.
— Не ждала? — говорит, улыбаясь, жене.
И, взглянув по-хозяйски кругом,
Замечает чужие глаза в тишине
И другого на месте своем.
А жена перед ним ни мертва ни жива...
Но, как был он, в дорожной пыли,
Все поняв и не в силах придумать слова,
Поклонился жене до земли.
За великую душу подруге не мстят
И не мучают верной жены.
А с войны воротился не просто солдат,
Не с простой воротился войны.
Если будешь на Волге — припомни рассказ,
Невзначай загляни в этот дом,
Где напротив хозяйки в обеденный час
Два солдата сидят за столом.
Лев Ошанин

Баллада о матери

Постарела мать за много лет,
А вестей от сына нет и нет.
Но она всё продолжает ждать,
Потому что верит, потому что мать.

И на что надеется она?
Много лет, как кончилась война.
Много лет, как все пришли назад,
Кроме мёртвых, что в земле лежат.

Сколько их в то дальнее село,
Мальчиков безусых, не пришло.

...Раз в село прислали по весне
Фильм документальный о войне,
Все пришли в кино - и стар, и мал,
Кто познал войну и кто не знал,
Перед горькой памятью людской
Разливалась ненависть рекой.
Трудно было это вспоминать.
Вдруг с экрана сын взглянул на мать.

Мать узнала сына в тот же миг,
И пронёсся материнский крик;
- Алексей! Алёшенька! Сынок! -
Словно сын её услышать мог.

Он рванулся из траншеи в бой.
Встала мать прикрыть его собой.
Всё боялась - вдруг он упадёт,
Но сквозь годы мчался сын вперёд.

- Алексей! - кричали земляки.
- Алексей! - просили, - добеги!..
Кадр сменился. Сын остался жить.
Просит мать о сыне повторить.

И опять в атаку он бежит.
Жив-здоров, не ранен, не убит.
- Алексей! Алёшенька! Сынок! -
Словно сын её услышать мог...

Дома всё ей чудилось кино...
Всё ждала, вот-вот сейчас в окно
Посреди тревожной тишины
Постучится сын её с войны.
А.
Дементьев
ПОМНЯТ ЛЮДИ
рассказы в стихах

  На стыке наших двух постов – 100-летия
Евгения Долматовского и 15
баллад о войне родился этот пост. И после Дня Победы не будем забывать о
подвигах нашего народа. Евгений Долматовский написал целый цикл стихов «Помнят
люди».
Эти стихи – как баллады – основаны на реальных подвигах и реальных
событиях.
Помните, люди!

ПОМНЯТ ЛЮДИ

На земле многострадальной белорусской
Наш разведчик в руки ворога попался.
Был захвачен он, когда тропинкой узкой
В партизанские районы пробирался.
Был он смуглый, черноглазый, чернобровый,
Он из Грузии ушел в поход суровый.
Ты лазутчик? Признавайся в час последний!
Отвечал он:— Из деревни я соседней.

По деревне, по снегам осиротелым
Повели его галдящею гурьбою.
Если врешь, не миновать тебе расстрела,
Если правда, то отпустим, черт с тобою!
Не иначе лейтенантом был ты прежде,
А теперь в крестьянской прячешься одежде.
Отвечал он: — Вон вторая хата с края,
Проживает там сестра моя родная.
Тяжела его прощальная дорога.
Конвоиры аж заходятся от злости.
Смотрит женщина растерянно с порога —
Незнакомца к ней ведут лихие гости.
Узнаешь ли ты, кто этот черноглазый?
Что ответить, коль не видела ни разу?
Оттолкнула чужеземного солдата:
— Ты не трогай моего родного брата!
И прильнула вдруг к щеке его колючей,
От мучения, от смерти заслонила.
На Полесье помнят люди этот случай.
В лихолетье, в сорок первом, это было.
Ничего о них мне больше не известно,
Но о брате и сестре сложилась песня.
Может, в Грузии ту песню он услышит
И письмо ей в Белоруссию напишет...

Источник

РАССКАЗ ПОГРАНИЧНИКА

Конкретно, что завтра война,
Мы знали примерно за сутки.
Но то, что нагрянет она,
Не умещалось в рассудке.
В ту ночь потеряли мы связь
С заставой, которая рядом.
Таинственно оборвалась
И линия связи с отрядом.
А нас двадцать девять всего,
 Тридцатый — начальник заставы,
Событья ни нас, ни его,
Понятно, врасплох не застали.
Зеленая наша братва
Спешила у старого рва
Занять рубежи обороны,
Когда, засучив рукава,
Они наводили понтоны.
Закон есть — границу не тронь,
Не то пограничная стража
Сама открывает огонь.
Не ждет, что ей свыше прикажут.
И мы выполняли свой долг,
Воспитаны в этом законе.
Не армия, даже не полк,
А тридцать юнцов в гарнизоне.
Ну что ж, двум смертям не бывать,
Давно это сказано мудро.
Стрелять и врагов убивать
Пришлось нам впервые в то утро.
Навстречу нам гибель ползет,
Поганая нечисть клубится,
Отнюдь не германский народ —
Фашисты, злодеи, убийцы.
Стал воздух сухим и тугим,
Штыки и приклады кровавы,
И гибнут один за другим
Защитники энской заставы.
Мучительный день наступал
Над берегом нашим горбатым,
И я без сознанья упал,
Должно быть, последним, тридцатым.
Очнулся... Земля на зубах,
Земля на плечах и на веках.
Я стиснут в объятьях ребят,
Тех, с кем попрощался навеки.
Не веря еще, что живой,
Собрав предпоследние силы,
Я землю пробил головой
И вылез из братской могилы.

РАССКАЗ БАБУШКИ

Что ты притихла, моя непоседа,
Около бабки пригрелась опять.
Хочешь узнать, как я встретила деда?
Что же, послушай, могу рассказать.
Вот увезли меня из Ленинграда.
Я у людей под Казанью жила.
Напоминать о сиротстве не надо —
Было таких же, как я, полсела.
Школьницы, мы вышивали кисеты
И отправляли гвардейцам на фронт.
Слышала я, что про это поэты
В песнях писали — а песня не врет.
Мы бесфамильным своим адресатам
Письма придумывали по ночам.
Прежде чем стать неизвестным солдатом,
Воин записку от нас получал.
Вдруг мне ответ почтальонша приносят.
В нем благодарность за добрый кисет,
И уж, конечно, наивный вопросик:
Милая девушка, сколько вам лет?
Что мне таить и чего мне стесняться?
Я прибавлять не желаю ни дня
И заявляю, что будет шестнадцать,—
Если вам мало, оставьте меня.
Как я ждала треугольничка снова!
Все же приходит привет и поклон.
Вслух повторяла я каждое слово —
Околдовал твою бабушку он!
Так, мол, и так, восемнадцатилетней
Станете вы в сорок пятом году.
Нас не рассорят молвою и сплетней,
Вы подождите, и я подожду.
И завязалась у нас переписка.
Дело подходит к четвертой весне,
Вот уж победа забрезжила близко,
Но все страшней, все тревожнее мне.
Вдруг эти чувства нам только казались —
Это ведь мой неизвестный солдат.
Как я узнаю его на вокзале.
Вдруг он седой и, как дед, бородат!
Помню, толпой раскаленной зажата,
Я эшелона ждала, как судьбы.
Как без ошибки узнала сержанта,
Тут и слова, вероятно, слабы.
Он оказался немножечко старше,
Годика на два — совсем на чуть-чуть.
Шли мы в толпе под военные марши,
Вот он какой был, наш свадебный путь.
Как я впервые увидела деда,
Скоро уж тридцать исполнится лет.
Ты у него непременно разведай,
Любит он бабку твою или нет.

РАССКАЗ МУЗЫКАНТА

«Слушайте все!» —
Это сигнал,
Исполняемый на трубе.
Он навсегда лейтмотивом стал
В тихой моей судьбе.
Заслуженный деятель и т. п.,
Я часто иду во сне
По мертвой равнине
И на трубе
Играю: «Слушайте все!»
Как воевал музыкантский взвод,
Помнит донская степь.
Штыков активных недостает —
Всех оркестрантов в цепь!
Ни разу оркестр в бою не звучал,
Разве потом — в кино.
Похоронной командою по ночам
Музыкантам быть суждено.
Единожды все-таки я сыграл —
Выпало счастье мне.
«Слушайте все!» —
Трепетал сигнал
В расстрелянной тишине,
Когда к врагам, попавшим в котел,
Белым декабрьским днем
Пошел безоружный парламентер
И я, как трубач, при нем.
До вражьих позиций — метров семьсот.
Хрустящий хрустальный наст.
Сейчас зататакает пулемет
И запросто срежет нас.
На лыжную палку взвив простыню,
В межфронтовой полосе
Иду, не давая открыться огню,
Играю:
«Слушайте все!»
Я был не просто трубач — Орфей
(Страшнее, чем ад,— война),
Индийский факир — заклинатель змей
И гвардии старшина.
Вручив ультиматум, вернулись мы
Торжественно, не спеша.
Опасной равниною той зимы
За нами победа шла.
Я в главных оркестрах играл потом
И даже солистом стал,
Но тот, рожденный сведенным ртом,
Армейский простой сигнал —
Мой апогей, вершина судьбы,
Победа — во всей красе,
Зовущий к спасенью сигнал трубы:
«Слушайте все!
Слушайте все!»

РАССКАЗ СЕРЖАНТА ПАВЛОВА

Да, это я, тот самый сержант,
Который, не корысти ради,
Сподобился собственный дом содержать
В пылающем Сталинграде.
Ни крепостью не был дом, ни дворцом,
 Жилье без герба и короны,
Но западным он упирался торцом
В лоб вражеской обороны.
Туда разведчики поползли
Втроем, под моим началом.
Беглый огонь вели патрули
По улицам одичалым.
Но мы доползли, проникли в подвал,—
Женщины там и дети.
И я гвардейцам своим сказал,
Что мы за их жизнь в ответе.
Отсюда назад ползти — не резон:
Противник — как на ладони.
И закрепился наш гарнизон
В том осажденном доме.
Нам подкрепленье комдив прислал,
Вот нас уже два десятка.
Но в третьем подъезде — врагов без числа,
Неравная вышла схватка.
Они, атакуя, входили в раж,
Но мы их сумели встретить.
Они захватили второй этаж.
А мы забрались на третий.
Их всех пришлось перебить потом.
Накрыть автоматным громом,
И назван был неприступный дом
Моим, извините, домом.
Тот дом, бастион, точней говоря,
Известный всем понаслышке,
До двадцать четвертого ноября
Держали мои мальчишки.
Раненный, был я отправлен в тыл
За Волгу... Прощайте, братцы.
А после в разных частях служил,
Все в новых, не сталинградских.
Бывало: в госпитале кино.
Дом Павлова, мой! Глядите!
А ранбольным и сестрам смешно —
Расхвастался, победитель!
Я после узнал, что в родное село
Тяжелою той порою
На мамино имя письмо пришло —
Присвоили мне Героя.
...Кладовщику принесла прочесть.
Ой, мама, господня воля!
Зачем его ищут? Недобрая весть:
Чего-то, шельмец, присвоил.
Спугнули неграмотные дела,
Припрятали ту бумагу.
За всю войну у меня была
Одна медаль «За Отвагу».
И только потом, в сорок пятом году,
Меня разыскали все же,
Вручили мне Золотую Звезду
И диву дались, что дожил.
У озера Ильмень теперь живем
С женою, детьми и мамой.
Но есть у меня и на Волге дом —
Не собственный, но тот самый.

РАССКАЗ ГЕНЕРАЛА

В двадцать лет — командир батальона,
Офицер — не велик и не мал,
В сталинградской степи раскаленной
Пополнение я принимал.
Ну и дядьки из маршевой роты,
Лет за сорок любому из них.
Я для них — как птенец желторотый
В лейтенантских доспехах своих.
На меня они смотрят с ухмылкой,
И веду я усатый отряд,
Ощущая спиной и затылком
Стариков иронический взгляд.
Оглянулся я резко и строго:
— Разговоры отставить в строю! —
Изумленно качнулась дорога,
Сбился с шага я, встал и стою.
Что я вижу!
По комьям, по пашне
В древнем воинстве, в третьем ряду
Мой родитель шагает, папаша,
Чуть прихрамывая на ходу.
Пирожок пожелтевшей пилотки
Прикрывает его седину.
По привычке заправив обмотки,
Он идет на вторую войну.
Но не ждите ни слез, ни объятий;
Строго смотрит комбат на бойца:
Как же так — перед собственным батей
Оказался он в роли отца?
Мы сраженье вели в междуречье.
Помню донник в алмазной росе.
Был я ранен шальною картечью,
На ничейной лежал полосе.
«Рус, сдавайся!» — беснуется сволочь.
Нарастает огонь навесной.
Думал —все! Но в кромешную полночь
Приползает папаша за мной.
Недоштопанным из лазарета
Я на курсы уехал в бинтах,
И потом две зимы и два лета
Провели мы на разных фронтах.
А сегодня родитель мой древний
Генерала не чтит своего,
Приезжает ко мне из деревни
Раз в полгода, не чаще того.
Я ему предлагаю столицу:
Вот квартира, вот дача. В ответ
Заявляет, что переселиться
Никакого желания нет.
Благодарность прими и почтенье,
Дай потрогать парадный мундир.
Побыл я у тебя в подчиненье,
А теперь — сам себе командир.

РАССКАЗ СИБИРЯКА

Расскажу во всех подробностях
Случай памятный один,
Как из Кемеровской области
Ездил в гости я в Берлин.
Авиационной почтою
В наше дальнее село
Свадебное, с ангелочками
Приглашение пришло.
Старший внук письмо с немецкого
Перевел без словаря,
Но не понял, чье приветствие,
Я, по правде говоря.
Неизвестная Амалия
Обращается ко мне:
Дружба-фройндшафт и так далее,
Приезжайте по весне;
Все соседи наши видели,
Как, готовясь брать рейхстаг,
Сберегли меня от гибели
Вы, товарищ сибиряк.
Верно, я в войне участвовал,
Но в спасители не лез.
Вот лечу я с красным паспортом
Средь клубящихся небес.
В аэропорту, у выхода
Незнакомая семья:
И невеста, и жених ее,
И мамаша, и братья.
Выясняется: действительно,
В битве за восьмой квартал
Я малютку без родителей
Средь развалин подобрал.
Тут как раз конец сражению,
Мать в руинах ищет дочь.
Это немцы, тем не менее
Как в несчастье не помочь?
Ну а та, девчонка малая.
Чей я крик едва терпел,
И была как раз Амалия,
Очень взрослая теперь.
Я. не проявляя доблести,
Вынес немку из огня.
Надо ж в Кемеровской области
Было им искать меня!
Как спаситель возвеличенный,
Отличившийся в бою,
Я на свадьбе католической
Представлял Сибирь свою.
В кирхе я сидел за партою
На обряде, а потом
В окружкоме ихней партии
Принят был секретарем.
Пишет письма мне Амалия —
Приезжайте, мол, опять.
Положение нормальное —
Дружба-фройндшафт, так сказать.

РАССКАЗ ОДИНОКОЙ ЖЕНЩИНЫ

Я полюбила командира части,
Вернувшись из четвертой ходки в тыл.
Всегда была в его железной власти,
А тут еще меня он полюбил.
Поженимся! Да разве это дело?
Вокруг такая страшная война.
А для начальника разведотдела
Женитьба на бойце исключена.
И мы ушли в глубокое подполье.
Не знал, не ведал даже замполит.
Таились — каждый со своею болью,
Скрывая друг от друга, как болит.
Недаром конспирации учились
Мы, строго засекреченный народ:
Обет молчанья — что бы ни случилось,
И в разговорах — все наоборот.
От девочек узнала я случайно,
Что скоро предстоит одной из нас
Отчаянное выполнить заданье,
А сбрасывать назначен он как раз.
Когда спросил любимый перед строем,
Кто добровольцем полететь готов,
Решительно вперед шагнули трое,
А он стоял, смотрел поверх голов.
Наш строй из трех и состоял девчонок,
Пока еще оставшихся в живых.
Во фронтовой гимназии ученых
Премудрости ударов ножевых.
Начальник медлил, выбор совершая,
И был ужасно бледен потому,
Что понимал: коль в тыл пойдет другая,
Я малодушья не прощу ему.
Он сбрасывал меня уже над Польшей.
Я, перед тем как вывалиться в люк,
Сказала, что ничьей не буду больше,
Каких бы мне ни предстояло мук.
Не так уж важно, что со мною было —
Есть много книжек про фашистский ад.
Узнала я, когда пришла из тыла,
Что самолет не прилетел назад.
После войны я ездила на место,
Где в топь лесную врезалось крыло.
Про экипаж доныне неизвестно,
Там все быльем-осиной поросло.
Могла б, конечно, выйти замуж снова,
Была бы добрая жена и мать.
Но где второго отыскать такого,
Чтоб так любил, что мог на смерть послать?

ВИТЯ ЧЕРЕВИЧКИН

«Жил в Ростове Витя Черевичкин»...
Эту строчку я беру в кавычки,
Потому что не моя она,
Неизвестно, кем сочинена.
Есть такая песня о герое,
Что погиб военною порою.
Я хочу побольше знать о нем.
Песня, стань моим проводником.
...Улицы, сбегающие к Дону,
Где весной ручьи бурлят по склону.
Я небес не видел голубей.
Там гонял я в детстве голубей.
Это увлеченье и уменье
Шло из поколенья в поколенье.
Голубей гоняет ребятня
И хитрей и опытней меня.
Витя Черевичкин!
Галстук красный.
Забияка, голубятник страстный.
Днем он в классе учится шестом,
Вечером на крыше он
С шестом.
Тучерез взмывает ввысь и турман,
Голубиной стаи гордый штурман,
И в лучах слабеющей зари
Розовыми стали сизари.
Ах, каких он разводил бантастых,
Запросто летавших до Батайска!
Мир мой ненаглядный,
Тихий Дон,
Знаменитый голубиный гон.
Ты по книгам, по воспоминаньям
Знаешь, что жестоким испытаньем
Для страны отцов война была.
Вот она уже в Ростов вошла.
Возле Черевичкиных квартиры
Встали на позицию мортиры.
По проспекту ходят егеря,
Жестко по-немецки говоря.
В здании районного Совета
Штаб врага.
Не всем известно это.
Но мальчишки знают все как есть.
Как отправить нашим эту весть?
Там, в Батайске, за разливом Дона
Наше войско,
Наша оборона.
Берег заминирован. К своим
Не пройти и не проплыть живым.
Выученный, к подвигу готовый,
Есть у Вити голубок почтовый.
Мальчики условились, что он
Понесет записку через Дон.
Гули-гули, рябенькие крапки,
Белое кольцо на красной лапке.
Спрятана записка под кольцом.
Был почтовый голубь.
Стал бойцом.
Хальт!
Солдат навстречу с автоматом.
Витя, с голубком, к груди прижатым,
Падает на черный тротуар.
Прямо в сердце получив удар.
На проспекте
В городе Ростове
Витя Черевичкин в луже крови.
Вместе с ним убит крылатый друг
Перья голубиные вокруг.
Пионеры, радостно живите,
Но, прошу вас, помните о Вите —
Как погиб военною порой
Вместе с голубком своим герой.
Вот уже зовется по привычке
Переулок «Витя Черевичкин».
Переулком тем идет отряд.
В ясном небе голуби летят.
1948

РАССКАЗ ГЕОЛОГА

Мы очутились в реденьком лесу,
В тылу непрочной обороны вражьей.
Я связанного «языка» несу,
Товарищи идут за мною стражей.
Когда мы с курса сбились в темноте,
Рассеяны недолгой перестрелкой,
Я карту сорьентировать хотел
И вынул компас с фосфорною стрелкой
Но стрелка будто бы сошла с ума:
Колеблется, и мечется, и скачет.
Стою, а надо мной смеется тьма.
И не могу понять, что это значит.
Мы выбрались... Мы фронт пересекли.
Дивизию рокировали к югу.
Однако не забыл я той земли,
Где компасная стрелка шла по кругу.
Хотелось возвратиться мне туда:
Открытье тайны — утоленье жажды.
 ...Пошли послевоенные года.
Я в институт проваливался дважды,
Но вновь сдавал, испытывая власть
Того, с безумной стрелкой, эпизода.
В геологоразведочный попасть
Мне удалось лишь с третьего захода.
Мне в общежитье снился этот лес,
Где в стрелку компаса вселился бес!
Я выезжал на практику туда,
И окупилась фронтовая верность:
Ну да, конечно, в том лесу руда
Почти что проступает на поверхность.
Железорудный ныне там разрез,
Вскрышные производятся работы,
Так, значит, на железе вырос лес,
Входивший в зону нашей разведроты.
За «языком» тогда ходили в тыл.
А компас, оказалось, верный был.

ПЕРЕКЛИЧКА

В дикой пуще, тихой чаще,
Где дороги нет весною,
Где готов ручей журчащий
Стать Днепром или Десною,
Там беседуют лесные
Вековые исполины —
Белоруссия с Россией
И Россия с Украиной.
Через фронт мы трое суток
Пробирались в чащи эти —
Не могли на парашютах,
Чтоб отряд не рассекретить.
Не сумели мы скорее
В зону мстителей добраться
И доставить батареи
Для уже замолкших раций.
Как давно все это было —
В первой половине века!
В центре вражеского тыла,
Где живет лесное эхо,
Около штабной землянки
Шалаши неровным рядом —
Место временной стоянки
Партизанского отряда.
Это все найти могли вы
В повестях и кинолентах.
Есть музеи и архивы,
Многое уже — в легендах.
Без повтора старых песен
Очень кратко я затрону
Лишь один рассвет в Полесье,
Время выдачи патронов.
Там, где мрамор обелиска
Устремлен сегодня к солнцу,
Шла как раз проверка списка,
Позже вкованного в бронзу.
Отзовитесь, партизаны!
Здесь — Богданы!
Здесь — Иваны!
Есть — Батыры,
Есть — Баграты,
Что из пекла чудом вышли,
Брестской крепости солдаты
И герои Перемышля.
Может, мне все только снится,
Я ведь шел три дня, три ночи...
Слышу — выкликают Фрица,
Но поверить слух не хочет:
На войне вошло в привычку
Именем немецким этим,
Ироническою кличкой
Всех врагов крестить и метить.
Отвечает «Здесь!» с акцентом
Немец длинный и поджарый,
С партизанской алой лентой
Поперек пилотки старой,
А ведь я уже не верил,
Что, любимый мной когда-то,
Жив рабочий Красный Веддинг
И кулак, до боли сжатый.
Вызывается Фернандо,
И выходит смуглый парень.
Комментариев не надо,
Так красив он, так шикарен,
Но на шее не гитара —
Автомат с кривой обоймой.
Здесь твоя Гвадалахара,
За нее готовы в бой мы.
Командир окликнул: «Ярош!» —
И в ответ зрачки блеснули
Острой яростью мадьяра,
Темно-серые, как пули.
Знать, Венгерская Коммуна
Не сдается и поныне,
По приказу Белы Куна
К нам идут ее связные.
В партизанском сорок третьем
На полесских тайных тропах
Представителей я встретил
Чуть ли не со всей Европы.
Я запомнил ваши лица
И насупленные брови,
Интернационалисты
До последней капли крови.
Начинали мы эпоху
В общем бое,
С общей боли.
Ели скользкую картоху,
Прошлогоднюю, без соли;
Уходили на заданье
По расхристанной трясине
И мечтали о свиданье
В Будапеште и Берлине.
...Партизанские знамена
Тихо спят в музеях местных,
Но в Полесье поименно
Даже детям вы известны.
Там показывал мне кто-то
Ваше выцветшее фото.
Вы построились красиво,
Подбоченились картинно,
И глядят на вас
Россия,
Беларусь
И Украина.
Ярош рядышком с Иваном,
Дальше Фриц, Богдан, Фернандо...
По каким краям и странам
Вас искать сегодня надо?
Друг о друге весть все реже.
Треть столетья — это много,
Но законы дружбы те же,
И одна у нас дорога.
Навсегда и воедино
Связаны мы лентой алой
С Фронтом имени Сандино,
С непокорной Гватемалой.
Мы по выходе из леса
Поднимали автоматы,
Как всемирного конгресса
Делегатские мандаты.
Вновь сойтись бы,
Спеть бы хором
Песню партизан полесских...
Продолжается наш форум,
Мир и дружба на повестке.
1978

РАССКАЗ ЛЕТЧИКА

Как летчик, я поклонник скоростей!
Люблю по небу пулей просвистеть.
Медлительной езды не выношу,
Но странный случай в памяти ношу
И говорю: достойны похвалы
Ленивые полтавские волы.
Я в первой схватке был зениткой сбит.
Пожалуй, «ястребок» не долетит,
Хотя до фронта километров пять,
А там аэродром — рукой подать.
Я сбил огонь, бежавший по крылу,
Но сесть пришлось во вражеском тылу.
Я сел в долине между двух дубрав
И вывалился, куртку разодрав.
Взвожу на всякий случай пистолет,
Но никого вокруг как будто пет.
Зенитки где-то хлопают левей,
А здесь поет и свищет соловей.
И я решаю: самолет сожгу,
Чтоб только не достался он врагу...
А совесть возражает: пожалей
Честь летчика и миллион рублей.
Нет! Вот сейчас услышу лай собак —
Затворы в речку, спичку в бензобак.
Саднит плечо, на лбу холодный пот.
А соловей поет, поет, поет.
Вдруг слышу скучный мирный скрип колес:
Лесной дорогой выезжает воз.
Фронт и волы! Представьте вы себе!
Их дядька понукает — цоб-цобе.
— Где немцы? — спрашиваю у дядька,
А он: — Мы их не бачили пока.
Тебе, наверное, видней с небес,
Куда в пределы наши враг залез.
— Далеко ль едешь?
— Сам не видишь? В гай...
— Волов из колымаги выпрягай!
Волы потянут самолет домой! —
А дядька причитает: — Бог ты мой! —
Мой «ястребок» поехал, как арба.
Плывут четыре рога, два горба.
Гей! Цоб-цобе! Под носом у врага
Медлительно качаются рога.
В такой упряжке бедный «ястребок»
Условный фронт, хромая, пересек.
История закончилась добром —
Вернулся я на свой аэродром.
Всего хлебнул я в летчицкой судьбе.
Но надо ж вот такое. Цоб-цобе...

РАССКАЗ ПАРТИЗАНКИ

В непокорной стороне лесной,
В чащах между Гомелем и Речицей,
Партизанской я была связной —
Зря потом писали, что разведчицей.
Сами знаете, в шестнадцать лет
В жизни все легко — какие тяготы?
Чтоб карателям запутать след,
Делай вид, что собираешь ягоды.
Часто мины доверяли мне:
Я ходила с ивовой корзиною,
Дремлет гибель на плетеном дне,
Поверху засыпана малиною.
Уж не помню — в полдень, поутру ль —
По опушке я прошла над бездною:
Там остановил меня патруль —
Угости малиною, любезная.
Было трое их. Один, малой,
Ягоду горстями в рот заталкивал.
Вот уже остался тонкий слой
Сверху мины той противотанковой,
Что взорвать мне, видно, не суметь —
Я делам саперным не обучена.
Очень легкая была бы смерть —
Лучше так, чем быть в тюрьме замученной.
Я сказала — мне пора домой —
И пошла, неся корзину тяжкую,
В чащу, в лес тропинкою прямой,
Вслед глаза — как дула под фуражкою,
Запахом малины дышит зной.
Губы пересохли. Сердце мечется.
В партизанах я была связной,
Зря потом писали, что разведчицей.

БАЛЛАДА ОБ АРТИСТКЕ ТРАМа

Должно быть, неизвестно вам,
Сегодняшним ребятам,
Что означает слово ТРАМ,
Рожденное в тридцатом.
Следы эпох слова таят,
И это слово тоже.
ТРАМ — это значило Театр
Рабочей молодежи.
А в ТРАМе — слушайте, друзья,
Историю с начала —
Одна знакомая моя
Всегда старух играла.
И режиссер, кудлат и лих,
Подтрунивал над нею:
«Еще сыграешь молодых,
Старух играть труднее».
Артистка соглашалась с ним
Безропотно и грустно,
Сама накладывала грим
И горбилась искусно.
В ее года, в ее лета
Играть старух обидно.
Но вот опять идет спектакль,
И зрителям не видно,
Что смотрит мне в глаза она,
На сцене умирая.
...А завтра к нам пришла война,
Вторая мировая.
Я срочно уезжал тогда
Под гул артиллерийский
И лишь потом, через года,
Узнал судьбу артистки.
Она отправилась в войска
С концертною бригадой,
Когда уже была Москва
В «ежах» и баррикадах.
Не разобрать — где фронт, где тыл,
Огонь вокруг неистов,
И прямо к немцам угодил
Грузовичок артистов.
Что будет с русской красотой,
Решительной и нежной?
Судьба, не торопись, постой,
Приободри надеждой!
И реквизит и грим при ней
Остались в суматохе...
Ноябрьский сумрак все темней,
И вот в людском потоке
Старуха дряхлая бредет,
Ягой-каргою горбясь.
Лицо в бороздках, черный рот —
Мой ненаглядный образ.
Сентиментального врага
Задело это чудо.
«На что нам старая карга?
А ну, катись отсюда!»
И так вот, с гримом на лице,
В своей коронной роли,
Она пришла в районный центр,
А он уже в неволе.
Стоит растерянный народ
На площади у церкви,
А мимо бабушка идет
В ботинках не по мерке.
Глаза из-под седых бровей
Скрестились с горем лютым,
И очень захотелось ей
Дать силу этим людям.
Там, в центре мертвого села,
Она о вере в завтра
Стихотворение прочла
Из «Комсомольской правды».
Навстречу — гордость, и испуг,
И вздох, как гром обвала,
И чей-то звонкий выкрик вдруг:
 «Товарищи, облава!»
Ее жандармам выдал гад,
Известный в том районе.
(Он стал сегодня, говорят,
Профессором в Бостоне.)
Суд скорый... Да какой там суд!
Со зла да с перетруху
Уже к березе волокут
Безумную старуху.
На шее — острая петля.
Рванулась из под ног земля...
Теперь глаза мои сухи,
Я плакал лишь в театре.
Прости меня за те стихи
Из «Комсомольской правды».
За то, что я но мог спасти...
За то, что я живу, прости...
Пришла на следующий день,
Не помня об угрозе,
Толпа потерянных людей
К истерзанной березе.
Зачем смотреть на мертвецов?
Но люди смотрят в муке —
И видят юное лицо
И розовые руки.
Кто объяснить сумел бы им,
Что верх взяла природа,
Что начисто отмыла грим
Ночная непогода?..
(И это чудо красоты,
Бессмертия начало,
Потом понтонные мосты
В тылу врага взрывало.)
...Воспоминаний голос тих.
И слышу в тишине я:
«Еще сыграешь молодых,
Старух играть труднее».

РАССКАЗ ВЕТЕРАНА

Спасибо вам, друзья, за приглашение.
И рад бы в красногалстучном кругу
Я День Победы встретить...
Тем не менее
Прийти на сбор, пожалуй, не смогу.
С годами становлюсь сентиментальнее,
Защелкиваю память на замок:
Боюсь, что вдруг воспоминанья дальние
Застрянут в горле, как крутой комок.
Лишь к зданью школы подойду,
И видится
Мне
Самый страшный в жизни эпизод.
Мальчишка был у нас в полку.
Под Витебском.
Ему пошел одиннадцатый год.
Усыновлен разведчиками строгими,
Не сиротою он в окопе жил.
Каких мы только хитростей не строили,
Чтобы отправить мальчугана в тыл!
Вот увезут с попутною оказией,
Через леса, где рыщет враг и волк.
Но завтра снова —
Что за безобразие!—
Является пацан в гвардейский полк.
Ну ладно!
Дополнительной нагрузкою,
Недавний школьник, был я наделен:
Уроки арифметики и русского
Брал у меня в часы затишья он.
Был сын полка обласкан взглядом любящим
Гвардейцев старших.
Он для них тогда
Был мирным прошлым
И счастливым будущим,
Но взорвалась еще одна беда:
Мы встретили атаку полуночную
И на позициях нашли чуть свет
Мальчишку с перебитым позвоночником,
И военврач сказал:
— Надежды нет! —
Под нашими мучительными взглядами
Шептал мальчишка из последних сил:
— Все, что по арифметике мне задано,
Проверьте, правильно ли я решил...
Я ту тетрадку с детскими задачками
Донес до самого конца войны.
Страницы были кровью перепачканы.
Примеры были верно решены.
Она вела меня в атаки дерзкие
И отплатилась дорого врагу.
Шлю поздравленья слету пионерскому,
Но к вам прийти, пожалуй, не смогу.

РАССКАЗ МИНЕРА

Штурмовал я города,
Наши и чужие — разные.
Но представь, что никогда
Я победы в них не праздновал.
Не успеют передать
Из Москвы приказ Верховного,
Я опять
Иду искать,
От огня не застрахованный.
Извини уж за минор,
Излагаю все по совести:
Ошибается минер
Только раз в опасном поиске.
Почта, банк, вокзал, райком
Подлежат проверке первыми.
Изучаю каждый дом,
Словно прикасаюсь нервами.
Трафаретом «нету мин»
Метят стены, коль прослушаны
И подвал, и мезонин,
И соседний блок разрушенный.
...Так работал на войне,
Но боюсь, что в годы мирные
На две жизни хватит мне
Проверять и разминировать:
Где раздольные поля
И среди долины ровныя,
Наша горькая земля
Сплошь взрывчаткой фарширована.
Мина дремлет до поры,
Как вулкан с остылым кратером,
Бомбу в глубине норы
Задевают экскаватором.
И вокруг нелегкий мир —
На особые задания
Выезжать пришлось в Алжир
И в другие страны дальние.
Много баек рассказать
Постараюсь вам за ужином.
Телефон... Честная мать!
Вызывают в штаб опять —
В сквере бомбы обнаружены.

ТРОЕ ИЗ ЛЕГЕНДЫ

У новейшей истории спросим
Факты из предпоследней главы:
Как священным число 28
Стало в дни обороны Москвы?
В русских сказках присутствуют числа —
Тридцать три, например, или семь.
Не ищи в них особого смысла,
Может, числа случайны совсем,
Но уж если в сознанье народном
Утвердились легендой они,
То решение бесповоротно —
Будет так навсегда, искони.
Гитлер танки тяжелые бросил.
Сколько шло их в ноябрьский тот день!
А навстречу — всего 28,
И не танков, а просто людей.
Вихрь враждебный — метельные крылья.
Подмосковье. Последний рубеж.
Казахстанцы-гвардейцы закрыли
В обороне опасную брешь.
Чем закрыли? А разве не ясно?
Телом трепетным, кровью живой.
Оставалось до площади Красной
Пятьдесят километров всего.
Политрук, смерть саму пересилив,
Поднимаясь с гранатой опять,
Прохрипел, что за нами Россия,
Только некуда нам отступать.
Эта клятва над фронтом звучала,
Предвещая спасенье Москвы
И советской победы начало,
Даже если гвардейцы мертвы.
28 погибших героев —
Кто не знает легенды о них?
Но недавно открылось, что трое
В том сраженье остались в живых.
Их, обугленных, взяли оттуда
И три года спасали потом.
Это вписано было как чудо
В хирургической практики том.
Утверждаю, что их воскрешенье,
Не нарушив легенды ничуть,
Возвеличило, как подтвержденье,
28 — и подвига суть.
А панфиловцы, те, что живые,
Трое, с лицами в сетке морщин,
Проживают на периферии,
Появляются в дни годовщин:
Перед юностью новой несметной —
Стать гвардейская, сдержанный жест
Как орлы на курганах бессмертья,
На дощатых трибунах торжеств.
1969

РАССКАЗ СВЯЗИСТА

Не первого и не девятого мая
Война закончилась для меня:
Огонь круговой на себя принимая,
Еще бедовал я четыре дня.
Машина-летучка из роты связи
Завязла, ущельями проходя.
На каждом скате — по тонне грязи.
Сидим под брезентом на дне дождя,
Счастливые тем, что в нашу беседу
Врывается лишь натуральный гром.
Москва объявляет сейчас Победу.
Мы живы! Мы выжили! Мы живем!
Сидим без горючею и без хлеба.
Но ты понимаешь — войне конец!
Вдруг спереди, сзади, справа и слева
Стучат автоматы, свистит свинец.
Какой-то немецкий отряд на марше,
Тикая на запад, уткнулся в нас.
Я должен решенье принять, как старший,
И может, на фронте — в последний раз.
Имею ли после Победы право
Испытывать смертью своих солдат?
Сзади, спереди, слева, справа
Свистит свинец, автоматы стучат.
Штаб корпуса я по радио вызвал,
Жалея себя и судьбу кляня.
Прощай, Победа!
Прости, Отчизна!
Мы в окруженье — огонь на меня!
Считаю секунды и представляю,
Как ищут на карте седьмой квадрат,
Как, снова гаубицы расчехляя,
Меня начальники матерят.
Враг наседает.
Но вот разрывы.
Ущелье накрыл огневой налет.
Мы столько лет оставались живы,
Ужель свой снаряд нас теперь убьет?
Не дал в ущелье врагу прохода
Огонь, направленный на меня.
Война тянулась четыре года,
Но памятней всех — те четыре дня.

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО БЕРЕСТА

Лавров не надо — сгодится и вереск.
Впрочем, и жесть неплоха на венки.
Я, лейтенант по фамилии Берест,
Смерти случайной своей вопреки
Выйду к товарищам на перекличку,
Как победитель десятка смертей.
Мимо Сельмаша летит электричка...
Дети на рельсах...
Спасайте детей!
Знает начальство ростовский мой норов.
В жизни однажды штурмуют рейхстаг.
Вспомнит Кантария, скажет Егоров,
Кто их водил устанавливать флаг.
Это вранье, что я жил непутево
После войны из-за мелких обид.
Не был тщеславен я, честное слово...
Дети на рельсах,
А гибель трубит!
Лавров не надо. Пришлось мне изведать
Горькие годы, тоску и позор.
Но непорочное Знамя Победы
Нес я тогда и несу до сих пор.
Под выходной, вдоль дороги железной,
Трезвый шагаю домой из гостей.
Про осторожность твердить бесполезно.
Дети на рельсах...
Спасайте детей!
Вот просигналить бы предупрежденье!
В руки бы мне кумачовый лоскут!
Но на принятие трезвых решений
Мне никогда не хватало секунд.
Может, на рельсах игравшие дети,
Двое, потом, после игр и затей,
Будут взбираться на крышу столетья
С флагом Победы...
Спасайте детей!

РАССКАЗ СОЛДАТА

Напрасно вы назвали меня простым солдатом.
Солдат войны великой — какой же я простой?
Портрет вам мой известен по стареньким плакатам,
Хоть я не отличался особой красотой.
Победа не приходит по щучьему веленью.
Я начал на границе, очнулся под Москвой.
Почти четыре года на главном направленье
Провел я в лазаретах и на передовой.
Мне маршальскую должность в запасе узаконьте,
С годами все огромней всемирность наших дел.
В окопе самом крайнем на всем германском фронте
У Северного моря я, съежившись, сидел.
С бутылкою сначала бросался я на танки,
А после им с «катюши» отходную играл.
И под Новороссийском, на самом левом фланге,
На пляже черноморском зимой я загорал.
В атаки шел при встречном и при попутном ветре,
Как вышел и как выжил — сам черт не разберет,
На левом и на правом на флангах был и в центре,
И лично мне Верховный приказывал — вперед!
Зачем вы говорите как о простом солдате
О пане, гражданине, товарище... О том,
Кто во дворцах и замках и в каждом магистрате
Был первым комендантом, на сутки королем.
Но возраст пенсионный... Остался я за штатом
С садово-огородным участком родовым.
А все-таки считайте меня простым солдатом,
Согласен вечно зваться гвардейцем рядовым.

Скачано с www.znanio.ru

file_name: Э.Асадов СОЛДАТ.docx

alt: Меж стиснутых пальцев желтела солома,

alt: Помните День Победы. И в огнях салюта

alt: Но всегда ли мы к самим себе

alt: В дыму сражений вырытых когда-то

alt: Старшины на поверке выкликают

alt: И его ладони. Смешное бормотание во сне

alt: Повезло ей. Повезло ей!

alt: Тот плечами пожал: — Да не очень…

alt: Баллада о спасенном знамени

alt: Спал он в поле и его знамя согревало

alt: И пронзительный ветер ворвался в кабину

alt: Когда они всё же добрались сюда,

alt: Ольга Берггольц Баллада о товарище

alt: И каждый шорох, каждый хруст

alt: Что ж, сердце, вволю постучи, —

alt: Он плакал горестно, солдат,

alt: Он, словно мамонт – в иле, в саже, –

alt: И я шагнул через порог...

alt: По тропинкам больничных ковров

alt: Постарела мать за много лет,

alt: На стыке наших двух постов – 100-летия

alt: Ничего о них мне больше не известно,

alt: Думал —все! Но в кромешную полночь

alt: Что понимал: коль в тыл пойдет другая,

alt: Вот она уже в Ростов вошла. Возле

alt: Колеблется, и мечется, и скачет

alt: Безумную старуху. На шее — острая петля

alt: Как, снова гаубицы расчехляя,

title: Э.Асадов СОЛДАТ


extracted_text:
План воспитательно – образовательной  работы
Тема
недели/ срок реализации «Весна» с
15.04  по 19.04
Цель: Формирование у детей обобщенных представлений о весне,
как о времени года.
Расширение знаний детей о
характерных признаках весны, о весенних изменениях в жизни животных и птиц, о
приспособленности растений и животных к изменениям в природе.
Итоговое мероприятие: Выставка детского творчества, посвященная весне.
Взаимодействие с
родителями и социумом: Анкета «Нужно
ли дополнительное образование вашему ребенку?». Привлечь родителей к оформлению
выставки детского творчества, посвящённой весне. Консультация врача «Как
предупредить авитаминоз весной».

День недели
(дата)

Режим

Совместная (партнерская) образовательная
  деятельность взрослого и детей

Индивидуальная, подгрупповая  работа

Самостоятельная деятельность детей
создание условий для самостоятельной деятельности
  детей

Непосредственно  образовательная деятельность

Образовательная деятельность
в ходе режимных моментов

понедельник

утро

·
  Познание
Тема: «Воздух вокруг нас»
Источник: Веракса. стр 61
·
  Лепка/
  аппликация
Тема: «Персонаж любимой сказки»
Источник: Комарова Т.С. стр 92
·
  Физкультура
  на улице
Тема: Занятие № 90
Источник: Пензулаева Л.И. стр 86

Утренняя гимнастика
Беседа «Вода. Какая она?»
  (Шорыгина Т. А. «Беседы о воде в природе», стр.52).
Опыт «Пар это тоже вода»
Игра «Подскажи словечко»
П.г. «Сосульки»
П/И «Капельки и солнце»

Д/И
  «Кто где живет»
Игра «Найди отличия…»

Рассматривание картины
  «Птицы на кармашке».
Самостоятельная
  деятельность детей в центрах активности.
Дежурство в уголке
  природы (полив цветов), по столовой.
Рассматривание в книжном
  уголке иллюстраций, фотоиллюстраций природных водоёмов (река, озеро, море,
  водопад…)

прогулка

Наблюдение на тему: «Зеленый ковер»
 П/И «По проталинам» (разучивание)
П/И «Перелет птиц» (разучивание)
Игра «Пускание корабликов»
Д/И «Вершки и
  корешки» - дети рассказывают о строении растения, предложенного воспитателем.

Физическое упражнение
«Давайте посчитаем»

Словесная игра «Где мы были
  мы не скажем, а что делали, покажем»
Выносной материал:
  формочки, лопатки, совочки.

вечер

Гимнастика пробуждения
С/Р «Путешествие в парк»
П.г. «Птички в гнезде»
Игра «Подбери слово» (к прилагательному существительные:
  весенний – ветер, дождь, шум, звон, месяц, сезон и т. п)
Игра
  «Динь-динь, кап-кап!»
Игра «Вода – не вода»
П/И «Море волнуется»

Игра «Подснежники» оставление математического букета (на
  стеблях написаны выражения, на цветах – цифры)

Внесение пальчикового
  театра «Птички». Предложить детям показать сказку. Самостоятельные игры
  детей.
Р/И «Шнуровка», «Собери
  бусы»-  развитие мелкой моторики, творческого воображения, навыков дружной
  игры

прогулка

Наблюдение за погодой
Игра малой подвижности
  «Птички летают»
П/И «Птицы и лиса»
  (разучивание)

Труд и индивидуальные
  физические упражнения. (Покормить птиц. Спрыгивание с поребрика, приземляясь
  на две ноги.)

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки

вторник

утро

·
  Математика
Тема: «Символы»
Источник: Петерсон Л.Г.стр 242
·
  Физкультура
Тема: Занятие № 88
Источник: Пензулаева Л.И. стр 83
·
  Развитие
  речи
Тема:
  «Звуковая культура
  речи»
Источник:
  Гербова В.В.  стр
  74

Утренняя гимнастика
Физминутка «Голубая речка»
Беседа
  «Весна идет, весне дорогу»
Д/И
  «Какое время года»
Рассматривание картинок
  иллюстраций, отражающие красоту, многообразия природы весной.

Д/И
  «Кто где живет»

Рассматривание картины
  «Птицы на кармашке».
Обогащение материалами игры
  «Ветеринарная больница». Самостоятельная деятельность детей в центрах
  активности.
Дежурство в уголке
  природы (полив цветов), по столовой , по занятиям.

прогулка

Наблюдение на тему: «Зеленый ковер»
П/И «По проталинам» (разучивание)
П/И «Перелет птиц» (разучивание)
Игра «Пускание корабликов»
Д/И «Вершки и
  корешки» - дети рассказывают о строении растения, предложенного воспитателем.

Физическое упражнение
«Давайте посчитаем»

Словесная игра «Где мы были
  мы не скажем, а что делали, покажем»
Выносной материал:
  формочки, лопатки, совочки.

вечер

Конструктивно –
  модельная деятельность
Тема: «По замыслу»
Источник: Куцакова
  Л.В. стр 104

Гимнастика пробуждения
 С/Р «Путешествие в парк»
П.г. «Птички в гнезде»
Игра «Подбери слово» (к прилагательному существительные:
  весенний – ветер, дождь, шум, звон, месяц, сезон и т. п)

Игра «Подснежники» оставление математического букета (на
  стеблях написаны выражения, на цветах – цифры)

Внесение пальчикового
  театра «Птички». Предложить детям показать сказку. Самостоятельные игры
  детей.
Р/И «Шнуровка», «Собери
  бусы»-  развитие мелкой моторики, творческого воображения, навыков дружной
  игры

прогулка

Наблюдение за погодой
Игра малой подвижности
  «Птички летают»
П/И «Птицы и лиса»
  (разучивание)

Труд и индивидуальные
  физические упражнения. (Покормить птиц. Спрыгивание с поребрика, приземляясь
  на две ноги.)

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки

среда

утро

·
  Обучение
  грамоте
Тема: « БукваЪ»
Источник: Нищева Н.В. стр 236
·
  Музыка
·
  Рисование
Тема: « Уголок групповой комнаты»
Источник: Комарова Т.С. стр 84

Утренняя гимнастика
П.г. «Пришла весна»
П/И «Весенний ветер»
Беседа с детьми на тему: «Какие изменения произошли в природе».
Рассматривание сюжетных картинок с изображением весны.
Д/И «Путаница»

Д/И «Подбери картинку»

Рассматривание в книжном
  уголке иллюстраций «Птицы прилетели». Выставка книг энциклопедии «Птицы
  России», книг А.Толстой «Умная галка», А.Барто «Кто как кричит?»и т.д.
Изобразительная
  деятельность по желанию детей. Предложить с помощью мозаики выложить скворечник.Внести
  трафареты и раскраски птицы. Развитие творческих способностей

прогулка

Наблюдение на тему: «Пришла весна»
Д/И «Когда это бывает?» - воспитатель описывает природное
  явление, дети отвечают, к какому времени года оно относится.
П/И«Пятнашки» (развить быстроту, ловкость) (разучивание)
П/И «Веснянка» (координация речи с движением, развитие общих речевых навыков)
  (разучивание)

Упражнение на развитие мелкой моторики рук
«Выложи сам» - выложить солнышко из палочек.

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки.

вечер

Гимнастика пробуждения
Игра-импровизация «Звери и птицы встречают весну»
Настольно-печатная игра
  «Азбука витаминов»
П.г. «Птички в гнезде»
С/Р «Путешествие в парк»

Д/И «Найди пару»

Игровое упражнение «Испорченный
  телефон»Игры в центрах активности. Настольно – печатные игры «Птичка и
  домик».
Расширить представления
  об сезонных изменениях. Предложить игру «Мозаика», «Пазлы»

прогулка

Наблюдение за кошкой
Р.н.п.и «Живой ручей»
П/И «Птицы и лиса»(разучивание)

Индивидуальная работа
  «По ровненькой дорожке»

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки

четверг

утро

·
  Познание (Экология)
Тема: «Земля, с днем
  рождения тебя!»
Источник: Николаева  стр 135
·
  Математика
Тема: «Символы»
Источник: Петерсон Л.Г.стр 242
·
  Физкультура
Тема: Занятие № 89
Источник: Пензулаева Л.И. стр 84

Утренняя гимнастика
Беседа «Весна» - почему говорят, что весной природа оживает?
Прослушивание музыки П.И. Чайковского «Времена года»
П/И«Перепрыгни через ручеёк»
Игра «Отгадай, что за растение»
П.г. «Весна»

Д/И «Какое время года»

Рассматривание иллюстрацийи
  картинок  «Птицы возвращаются».
Подготовить краски и
  бумагу, для самостоятельного рисования в центре художественного творчества.
Предложить поухаживать за
  растениями в уголке природы: рыхление почвы, полив, опрыскивание.

прогулка

Наблюдение за небом и облаками
Загадки о весне.
Д/И «Какое небо» - дети наблюдают за небом и
  описывают его
Упражнение на развитие мелкой моторики рук
Нарисовать палочкой на песке облака.
П/И с мячом «Когда это бывает»
  (разучивание)
П/И «Мы – капельки» (разучивание)

Индивидуальная работа
  «Прыжки на двух ногах с продвижением вперед»  (учить отталкиваться, держать
  равновесие)

Самостоятельная
  деятельность на прогулке.
Сюжетно-ролевые игры по
  желанию детей. Продуктивная деятельность.

вечер

Гимнастика пробуждения
Физкультминутки «Цветы весны»
Д/И «Узнать по следу»
Игра – конструирование
  «Скворечник»
С/Р «Путешествие в парк»
Игра
  «Приметы Весны»

Д/И
  «Когда это бывает»

Свободная деятельность
  детей в центрах творчества, книги.
Добавление в природный
  уголок оборудования для ухода за растениями.
Внесение
  настольно-печатной игры «Времена года», «Одень мишку на прогулку»

прогулка

Наблюдение за вороной.
П/И «Собачка и птицы»
  (закрепление)
П/И «Мы –
  капельки» (разучивание)

Упражнение «Кто как
  поѐт?»

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки

пятница

утро

·
  Развитие речи
Тема:
  «Пересказ сказки
  «Лиса и козел»
Источник:
  Гербова В.В.  стр
  75
·
  Музыка
·
  Рисование
Тема: «Мальчик с пальчик»
Источник: Комарова Т.С. стр 86

Утренняя гимнастика
Д/И «Кто быстрее соберет?» (для развития зрительно-моторной
  памяти)
Беседа «На
  нашей улице весна»
Физминутка «Весна»
П.г. «Ранняя
  весна»
Игра с зеркалом «Поймай
  солнышко»

Д/И«Найди такой же …»

Выставка детских книг по
  теме «Перелетные птицы».
Свободная деятельность
  детей в центрах активности. Дежурства
Предложить игры «Конструктор»,
  «Зоологическое лото» (развитие логики и мышления)

прогулка

Наблюдение за птицами на участке детского сада.
Д/И «Кто больше назовет действий?» ( упражнять в
  подборе глаголов, соответствующих весенним явлениям природы)
Упражнения на развитие мелкой моторики рук.
Покрошить хлеб для птиц.
П/И «Перелет птиц» (разучивание)

Игра «Угадай птицу по описанию»

Сюжетные игры по выбору
  детей.
Трудовые поручения.
Экспериментирование с водой
( изменение формы).
Игра «Солнышко»
Самостоятельная
  деятельность с песком: ведерки, формочки, лопатки.

вечер

Гимнастика пробуждения
Слушание песни о весне
«Весенняя капель»
Д/И «Кто, где живет»
Викторина «Встречаем весну
  здоровыми»
Просмотр мультфильма «Маша и медведь» серия «Весна пришла»
С/Р «Путешествие в парк»

Игра «Что
  с начало, что потом?»

Сюжетно – ролевая игра «Семья».
  Стимулировать творчество и самостоятельность детей, способствовать речевому и
  игровому общению. Развивать конструкторские навыки.
Предложить игры «Лото»,
  «Домино». Развитие логики и мышления.

прогулка

Наблюдение за работой
  водителей
П/И «Веснянка» (координация речи с движением, развитие
  общих речевых навыков) (разучивание)
П/И «Воробушки и
  автомобили»

Отгадывание загадок

Самостоятельная
  деятельность на улице. Сюжетно ролевые игры по желанию выносной материал:
  лопатки, формочки

file_name: 3 неделя апреля весна.doc

title: Календарно - тематическое планирование по теме "Весна"


extracted_text:
Конспект занятия кружка «Занимательный английский»
для 1 класса
 «Ознакомление с буквой  L»
Цель:
Познакомиться
с новой буквой и новыми словами.
Задачи:
1.
Познакомиться
с буквой «L» и ее написанием
2.
Развивать
лексические и грамматические навыки
3.
Воспитывать
трудолюбие, усидчивость, чувство коллективизма.
Ход урока
Организационный
момент.
Приветствие:
Good morning, boys and    girls. I’m glad to see you! Sit
down, please.
Сообщение
темы и целей урока.
Сегодня
у нас будет очень интересный урок. Мы изучим новую букву
Повторение
(В руках учителя игрушка-лягушка или картонная фигурка
лягушки)
Посмотрите,
кто к нам пришел. Лягушке-путешественнице очень понравилось решила у нас
погостить, поиграть с вами, поговорить по-английски. Ведь на свете есть много
разных стран, где живут другие люди, девочки и мальчики, которые дружат, только
говорят на других языках. Лягушка-путешественница, которая была и в Англии, и в
Америке, и в Канаде, и в Австралии, где все говорят по-английски, научит нас
здороваться. Кто помнит, как надо здороваться?

Ребенок: Good
morning!
Учитель: Молодец!
Давайте потренируем наши язычки.
Фонетическая
отработка фразы: Good morning!
Учитель:
Давайте здороваться с лягушкой.
Игра
«Поздоровайся»
Учитель: Молодцы!
Все так хорошо поздоровались с лягушкой.
Лягушка: I
am glad to see you. Я очень рада вас всех видеть. Хотите, я
научу вас петь песенку?
Учитель: Очень
хотим. Мы тоже рады тебя видеть.
Лягушка: Тогда
слушайте и запоминайте.
        Good
morning, good morning,
        Good
morning to you.
        Good
morning, good morning,
        I am
glad to see you.
        С
добрым утром, с добрым утром,
        С
добрым утром тебя.
        С
добрым утром, с добрым утром,
        Я
рада вас видеть.
Физминутка
Учитель: Лягушка
любит не только песенки петь, да по-английски говорить. Она очень любит прыгать
и делать веселую зарядку. Давайте ее научим делать веселую зарядку «Хлоп-хлоп».
Зарядка:
Hands up! Clap! Clap!
Turn around, clap, clap.
Turn left, step, step.
Turn right, step, step.
Hop, hop,
hop, stop.

Новый
материал

Учитель:
Поиграли мы с лягушкой, песенку спели и даже зарядку сделали. Только мы ведь не
познакомились, даже не узнали, как ее зовут. У нее ведь тоже есть имя. Я сейчас
спрошу ее по-английски.

Учитель (лягушку): What
is your name?
Лягушка: My
name is Kvakushka. Меня зовут Квакушка.
Учитель:
Хотите научиться говорить по-английски, как вас зовут? Тогда поиграем в игру «
Повторюшки». «Повторюшки» приготовили ушки, слушают и повторяют.
My
name is Kvakushka.
Учитель: Теперь
давайте знакомиться. My
name is
……
Лягушка: My
name is Kvakushka.
Ребенок: My
name is Olya.
Учитель: Давайте
поиграем с лягушкой-Квакушкой в игру « Отгадай, как меня зовут».
Спрашиваем
так «Are you
Ann?»

 Ребенок
садится на стул спиной к детям. В руках он держит лягушку. Учитель прикасается
к одному из детей. Ребенок должен поздороваться с лягушкой по-английски, а
ведущий назвать его имя.
Фонетическая
разминка
Вспоминаем
язычок, Помните, у нас в ротике живет язычок. Ну-ка покажи мне, какой язычок
живёт у тебя в ротике! Вот какой красивый язычок! Наш рот - это его домик. У
язычка в домике есть пол, потолок, стены и даже двери. А ну-ка, пусть твой
язычок найдет пол у себя в домике. Нашёл? Умница! А теперь потолок! Вот
молодец! А теперь одну стену нашёл язычок, вторую. Язычок открыл двери, вот
так, открывай ротик, покажи, как у язычка двери открываются. А теперь закроем
двери. Вот как замечательно, мы с тобой сделали зарядку для язычка. Что делает
наш язычок? Он у себя в домике прыгнул на потолок. На потолке у него есть
горка. Ну-ка, язычок, найди горку на потолке! Я тебе открою секрет: язычок
очень любит сидеть на этой горке. Вот смотри, он уже прыгнул на горку!
Нравится
язычку на горке сидеть, он даже запел от удовольствия. Давай споём вместе с
ним! «L-l-l-la-la-la!»
А теперь давай посмотрим, на что похожи эти звуки
А
теперь давай поиграем. Я буду называть слова, и если вы услышите в этих словах
звук l, хлопайте в ладоши: lamp,
lion, cat,
London, flag,
vase, flower,
ball
Новый
материал (написание буквы L)
А теперь познакомимся с новой буквой . Послушайте
сказку «Жили-были две стройные сестрички L l. Они были очень похожи, а чтобы
никто не смог их перепутать, заглавная буква L носила большущие ботинки,
которыми очень гордилась.  Строчная l считала, что её сложно перепутать с
другими буквами. И поэтому всегда задирала свой маленький носик. Посмотрите,
ребята, вот они эти сестрички. (Рисуем заглавную и строчную буквы на доске)
Письмо.
-Ребята,
ну вот мы и поиграли. А теперь надо поработать, обводим на листе с заданиями
букву l.
Итог.
-
Понравилось ли вам играть с лягушкой? Что у вас сегодня лучше всего получилось?
Рефлексия:
-Ребята,
попрошу вас самих оценить свою работу на уроке — на доске два смайлика.
Поднимите руку, кто выбирает для себя веселое лицо (кто считает, что справился
с работой)? А кто выберет грустное лицо? Объясните, почему вы сделали такой
выбор?
-
Мне лично очень понравилось работать с вами сегодня!
-
Bye, bye! Лягушка тоже прощается с вами «Bye!»

Приложение 1

file_name: Конспект занятия в кружке «Занимательный английский» для 1 класса.doc

alt: Игра «Поздоровайся» Учитель:

alt: Hop , hop , hop , stop .

alt: Приложение 1

intro: Конспект занятия кружка по английскому языку в 1 классе. Развитие навыков говорения.  Обучение написанию и произношению  буквы l

английский язык

group: Дисциплины