extracted_text:
МБОУ СОШ №1 г. Мичуринск
ТВОРЧЕСКИЙ ПРОЕКТ
«Декупаж или декорирование
разделочной доски»
        Проект подготовили:
учащиеся 3 «Б» класса
МБОУ СОШ №1
г. Мичуринска
Ведешкина Екатерина
Коновалов Антон
Руководитель проекта:
Моисеева Лариса Ивановна
                                         2016г Конкурс  исследовательских работ и творческих проектов
дошкольников и младших школьников «Юный исследователь»
Описание работы.
   это великолепное хобби: и увлекательное, и успокаивающее.
Декупаж

Чтобы начать  не надо никаких особенных умений и способностей.
Необходимо лишь немного времени и чутьчуть терпения.
Ни с чем не сравнится удовольствие держать в руках свое творение, в
которое вложена частичка души, и замечать восхищенные взгляды друзей и
близких!
Работа над данным проектом   позволяет организовать конструктивно
художественную   деятельность   детей,   стимулирует   развитие   внимания,
восприятия, воображения, творчества и формирует  целый ряд ручных умений
.
Также проект позволяет получать определенные практические навыки,
умения приобретать знания из различных источников.

При этом, создавая красивые поделки своими руками, видя результаты
своей   работы,   дети   ощущают   прилив   энергии,   испытывают   положительные
эмоции   и   внутреннее   удовлетворение,   в   них   «просыпаются»   творческие
способности и возникает желание жить «по законам красоты».
Продуктом   проекта   является   работа,   выполненная   из   салфетки   в   технике
декупаж.
Учащиеся 3 класса: Ведешкина Екатерина, Коновалов Антон
  представляют свой проект «Декупаж или декорирование  разделочной
доски» .
Задачи проекта:
 познакомиться с историей  появления техники декупаж (изучить
необходимую литературу);
 освоить приёмы  декорирования  разделочной доски
 развивать   фантазию,   воображение   (придумать   собственные
композиции);
 создать коллективную  работу в новой технике.
   Цель проекта: ознакомление с основными приемами техники
декупаж.
Актуальность исследования в том, что узнав о технике декупажа, мы не
только   расширим   свой   кругозор,   но   и,   выполнив   работу   своими   руками,
испытаем внутреннее удовлетворение, подарим массу положительных эмоций
всем, кто её увидит. Гипотеза: если детально изучить основные приемы  техники декупаж,
то это позволит выполнить работу своими руками, что принесет массу
положительных   эмоций     всем,   кто   её   увидит   и   позволит   изготовить
достойный подарок своими руками.
Тезисы работы «Декупаж или декорирование  разделочной доски»
                                                                       Учение вообще есть
                                                                               исследование,
                                                                                учителем и
«совместное
проводимое
учеником»

С.Л.Рубинштейн
1. ВВЕДЕНИЕ
     Заниматься творчеством сегодня интересно и модно. Куда
ни глянь - каждый второй шьет, вышивает, клеит и мастерит.
Незаметно сам соблазняешься, и вот уже руки чешутся
сделать что-нибудь красивое и желательно полезное.
Начинаешь изучать ассортимент магазинов, и понимаешь:
вязать сложно, вышивать долго, рисовать нужно уметь. Вот
тут и спасает декупаж.
       Сейчас об этом модном и креативном виде декоративной
техники знает практически каждый. Преимущества
декупажа уже по достоинству оценили мастера и просто
творческие люди всего мира. Эксклюзивность, развитие
индивидуального стиля, постоянные обновления и
усовершенствования, изысканность, актуальность и просто
красота - вот характерные особенности этого вида техники,
который никого не оставит равнодушным.
2. ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ
2.1. ЧТО ТАКОЕ ДЕКУПАЖ
     Декупаж  как термин  происходит от французского слова
decouper (вырезать). Эта техника включает в себя умение
очень аккуратно вырезать или обрывать рисунок  и нанести на поверхность так, что бы в итоге это выглядело как единое
целое, как роспись.
     Главная задача мастера декупажа – убрать и сделать
незаметными границы между декорируемой поверхностью и
наклеенным рисунком, а также гармонично бодобрать
нужные рисунки, которые, как и детали мозаики, или пазлов,
в итоге и создадут вид окончательного произведения.
                                        2.2. ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ
     В 17 веке в Венеции возникла мода на восточные товары,
но, так как оригинальные изделия были по карману далеко
не каждому, то находчивые мебельные мастера имитировали
дорогостоящую восточную инкрустацию, создавая иллюзию
эксклюзивного антиквариата. Они специально нанимали на
работу людей, которые переносили сюжеты картин
знаменитых художников при помощи цветных красок на
бумагу, после чего наклеивали эти картинки на поверхность
мебели и покрывали несколькими слоями лака. Получалась
красивая мебель, похожая на вещи, выполненные мастерами
Японии и Китая. Очень популярной в то время была
художественная роспись стен, потолков, мебели, но работа
приглашенных художников очень дорого стоила, поэтому
скоро родилась идея брать картины малоизвестных
художников, вырезать необходимые фрагменты, которые
наклеивались на стены и прочие поверхности и покрывались
лаком. Поэтому в то время декупаж назывался искусством
бедняков (так как во главу угла ставилась именно экономия).
     Но со временем стало понятно, что пригласить к себе
домой Леонардо Да Винчи для росписи камина не под силу
даже королям, так как некоторые картины такие гении
рисовали многие годы, поэтому декупаж быстро стал
известен и среди очень богатых и творческих личностей.
Известно, что во Франции Мария Антуанетта ввела в моду
декорирование украшений и интерьера именно таким
способом. Биографы Пикассо также отмечали его
увлеченность этим видом искусства, причем декорировалось
абсолютно все, начиная от болванок для париков, заканчивая
стенами и каретами. Англия является основоположницей
современного понятия «декупаж» как хобби. Невозможно
говорить об истории декупажа без упоминания имени
художницы Мэри Деланей (1700 — 1788 гг.). Мэри создавала
реалистичные и очень детальные изображения различных
видов растений с помощью вырезанных кусочков бумаги. Восхитительные работы Мэри Деланей, которые она
называла “бумажной мозаикой”, можно и в наше время
увидеть в Британском музее. В середине 19 века в Англии
началось повальное увлечение этим искусством, и тогда
были выпущены так называемые сборники картинок на
больших листах (современные декупажные карты). Во
времена Первой мировой войны декупаж оказался за
океаном, в Америке, где он тут же получил развитие и
приобрел неимоверную популярность. Именно там этот вид
искусства стал обязательной составляющей всех
дизайнерских решений в домах даже самых богатых и
привередливых людей. Однако, после Второй мировой войны
интерес к декупажу практически исчез.
      Сейчас, став популярным хобби, декупаж получает вторую жизнь, а
современные материалы значительно раздвинули границы его применения.
        Наиболее подходящим материалом являются специальные декупажные
салфетки. Наиболее доступным материалом являются  бумажные салфетки.
Это самые обычные декоративные салфетки, которые мы превращаем в
аппликации для декупажа.
        Салфетка представляет собой перфорированную окрашенную и
декорированную тонкую бумагу, и именно эти качества  важны и нужны  для
описываемой техники
Техника декупажа довольно проста в исполнении, но готовое изделие
достигает эффекта презентабельности .
2.3. ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ МАТЕРИАЛЫ И ИНСТРУМЕНТЫ
Для создания модели мы  выбрали следующие инструменты и
принадлежности:
1. Объект для декорирования. Это могут быть книги, свечи,
посуда, цветочные горшки, шкатулки, флаконы, стеклянные
бутылочки, мебель и даже музыкальные инструменты. Любые
поверхности;   но   желательно   однотонные   и   не   слишком
тёмные. Мы выбрали деревянные досточки для декупажа.
2. Салфетки для декупажа. Трехслойные салфетки
всевозможных расцветок и мотивов. (CREATIVE
производство Германия); 3. Ножницы (маникюрные или специальные для декупажа).
Лучше и удобнее использовать в вырезании мелких деталей
на салфетках ножницы с заострёнными концами.
4. Кисти. Для декупажа нужно брать плоские мягкие
кисточки шириной в 1-2 см (для тонкой работы) и более широкие для крупных предметов. Ими удобнее как наносить
клей и лак, так и разглаживать поверхность.
 5. Клей.  Предпочтительнее брать специальный клей
для салфеток прозрачный акриловый клей ART POTCH , или же
использовать клей ПВА.
6.Лак. Существует большое разнообразие:с блеском,
глянцевый, матовый, на акриловой основе, на водной
основе и другие. Всё зависит от желаемого эффекта и
от обрабатываемой поверхности.
7. Грунт акриловый.
8. Краски акриловые.
9. Спонжи.
 2.4. ТЕХНОЛОГИЯ ИЗГОТОВЛЕНИЯ ОСНОВНЫХ
ЭЛЕМЕНТОВ. 1.  Поверхность необходимо покрыть акриловым грунтом,
просушить.
2. Выбрать мотив для декорирования изделия на салфетке,
затем вырезать или вырвать элементы.
3. Развести клей ПВА с водой 1:2, затем приклеить мотив при
помощи кисти распределяя салфетку от центра к краям.
Просушить.
4. Сделать тонировку, подрисовку акриловыми красками.
Просушить.
5.  Покрыть изделие лаком.
Некоторые советы мастера:
1. Фрагменты салфеточных  рисунков лучше не вырезать, оставляя ровный
контур, а осторожно вырывать. Этот способ обеспечит более
качественную стыковку срезов.
2. Прижимая салфетку кистью не допускать сильного нажима на
поверхность.
3. Работу выполнять сухими руками.
4. Не рекомендуется использовать клейспрей, так как быстросохнущий
клей не позволит выполнить работу качественно.
5. При покрытии поверхности доски лаком можно дополнительно
использовать декорацию бисером, пайетками, различными посыпками
для достижения большего эффекта.
6. После полного высыхания доску  можно декорировать, обводя контуры
рисунка глиттером или специальными фломастерами.
3. ПОДГОТОВКА К ПРОЭКТУ
     Познакомившись с историей и технологией декупажа мы
наметили план предстоящей работы
Что будем делать
Порядок наших действий
Декупаж на деревянной
разделочной доске
 Выбрать  и вырезать
мотивы на салфетках
 Загрунтовать
поверхность доски
 Приклеить
подготовленные мотивы
 Сделать подрисовку
 Покрыть изделие лаком Будут нужны такие
материалы
Будут нужны такие
инструменты
 Деревянная доска
 Акриловый грунт
 Клей ПВА
 Краски
 Салфетки
 Лак
 Ножницы
 Кисти
 Спонжи
 Фен
Ожидаемые результаты:
1 Активный   интерес   участников   проекта   к   приобретенным
  полученным   ими   в   совместной   творческой,
знаниям,
исследовательской и практической работе.
2 Положительное влияние полученной информации на воспитание
эстетического вкуса.
3 Приобретение новых коммуникативных навыков.
4 Развитие способностей  адекватного  представления результатов
своей работы в форме рисунка, фотографии, видеозаписи и др.
5 Развитие речи, обогащение словаря.
6 Активное участие родителей в реализации проекта.
                      Процесс и результаты нашей работы
(ПРИЛОЖЕНИЕ)
Последовательность выполнения работы:
1.Организовать   рабочее   место   и   подготовить   необходимые   для   работы
материалы. 2. Отделить от салфетки  цветной слой
3.Загрунтовать поверхность доски 4.Приклеить подготовленные мотивы 5.Сделать подрисовку. Покрыть изделие
лаком
Готовая доска оформляет стену на кухне. 4. Исследовательская  работа

1. Понравилась ли вам  данная работа?
3б класс  приняли участие в опросе 19 человек.
   Да – 19 чел .  ( 100 % )  нет –   0 чел. (0 % )

2.Хотели бы вы иметь дома предметы , сделанные в технике декупаж?
  Да – 18чел.  (95 %)  Нет 1 чел (5 %)
3. Хотели бы вы иметь  такую доску?
  Да17 чел .  (90 %)  Нет 2 чел. (10 %)

4.  Знаете ли вы, из какого материала делают декупаж?
 Да – 7 чел.  (36 %) Нет – 12чел.  (64 %) 3. Хотели бы вы научиться технике декупажа?
  Да19 чел. (100 %)  Нет – 0 чел.  (0 %)
 6.Хотели бы вы сделать подарок в технике декупаж маме на 8 марта?
  Да17 чел.  (90 %)  Нет – 2чел. (10%)
Вывод: Мы провели опрос в своем классе, и убедились, что данная работа
всем понравилась. Это значит, что мы правильно выбрала модель . Все
учащиеся хотят научиться декупажу и сделать свое изделие. Мы очень
довольны своей работой.
5. Оценка проделанной работы.
Мы   выполнили   поставленную   перед   собой   задачу.   Изготовили
декорирование
  разделочной   доски   в   технике   декупаж.   Проведя
исследовательскую   работу,    сделали   вывод   о   том,  что   тема   проекта   была
правильно выбрана. Наши изделия всем очень понравились. 6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
     Декупаж имеет богатую историю, этой техникой
занимались как известные люди того времени, так и простые
девушки и юноши. Сейчас мода на декупаж
распространяется по миру быстро и неудержимо. Для занятия декупажем не требуется закончить школу
творчества и иметь художественное образование –
достаточно иметь богатое воображение, чувство меры и
композиции.
     Мы очень рады, что познакомились с новым для нас
видом творчества - декупажем. Эта техника открыла перед
нами огромные возможности для творчества.
 Словарь:
Декупаж - французское. слово, которое переводится
как «вырезание». Декоративная техника, истоки которой
восходят к раннему Средневековью
                       Используемые источники:
1. А.Зайцева обрывной декупаж: «Искусство бумажной
живописи».
2. С.Юсель. Декупаж. Самая полная энциклопедия.
3. Интернет-магазин LaKot.ru «Деревянные заготовки».
4. Вешкина О.Б. Декупаж. Креативная техника для хобби и
творчества. / Ольга Вешкина.-М.:Эксмо,2008.
• http
 .  ru   /  (Поисковый ресурс)
 ://   www
 .  google

file_name: творческий проект.docx

description: 4.Приклеить подготовленные мотивы

intro:
Декупаж - это великолепное хобби: и увлекательное, и успокаивающее. Чтобы начать - не надо никаких особенных умений и способностей. Необходимо лишь немного времени и чуть-чуть терпения.
Ни с чем не сравнится удовольствие держать в руках свое творение, в которое вложена частичка души, и замечать восхищенные взгляды друзей и близких!
Работа над данным проектом  позволяет организовать конструктивно-художественную деятельность детей, стимулирует развитие внимания, восприятия, воображения, творчества и формирует  целый ряд ручных умений .
Также проект позволяет получать определенные практические навыки, умения приобретать знания из различных источников.
Продуктом проекта является работа, выполненная из салфетки в технике декупаж.


extracted_text:
Муниципальное общеобразовательное учреждение
Тимшерская средняя общеобразовательная школа
                                                                                от 30.12.2017 г. № 607
Утверждено:
Приказом директора школы
Инструкция
по правилам безопасного поведения
учащихся во время экскурсий
Требования безопасности перед проведением экскурсии
1. Внимательно выслушать инструктаж по технике безопасности.
2.   Надеть   удобную   одежду   и   обувь,   не   стесняющую   движения   и   соответствующую
сезону и погоде.
3. При жаркой солнечной погоде надеть головной убор.
4. Убедиться в наличии аптечки и ее укомплектованности обходимыми медикаментами
и перевязочными материалами.
5. Не начинать движение без указания педагога.
Требования безопасности во время экскурсии
1. Соблюдать дисциплину, выполнять все указания педагога, самовольно не изменять
установленный маршрут движения и место расположения группы.
2. При движении обучающиеся не должны нарушать построения группы: не перебегать,
не обгонять товарищей, не кричать, не толкаться.
3. При переходе улиц, перекрестков соблюдать правила дорожного движения.
4.   Своевременно   информировать   педагога   об   ухудшении   состояния   здоровья   или
травмах.
Правила поведения во время экскурсии в музей, на выставку:
 вести себя спокойно, сдержанно;
 внимательно осматривать, слушать, не перебегать беспорядочно от одного экспоната к
другому;
 без разрешения ничего не трогать;
 громко не разговаривать;
 не забыть поблагодарить экскурсовода.
Правила поведения во время экскурсии на природу:  не трогать руками животных, пресмыкающихся, насекомых, посторонних предметов,
не пробовать на вкус какиелибо растения;
 не пить сырую воду из открытых водоемов;
 употреблять питьевую воду из фляжки, которую необходимо взять с собой;
 сбор растений, листьев и т.п. производить только с разрешения педагога, ни в коем
случае не пробовать их на вкус;
 не разжигать костер, не ломать деревья;
 бережно относиться к природе, памятникам истории и культуры.
Правила поведения при посещении производственных предприятий
 двигаться компактной группой, не создавая помех персоналу;
 вести себя спокойно, сдержанно;
 внимательно осматривать, слушать, не перебегать беспорядочно от одного места к
другому;
 без разрешения ничего не трогать;
 громко не разговаривать;
 не забыть поблагодарить экскурсовода.
Требования безопасности по окончании экскурсии
1. Проверьте присутствие всех своих товарищей.
2. Проинформируйте педагога об ухудшении состояния здоровья или травмах.
3. Уходить по окончании экскурсии, дождавшись разрешения педагога.

file_name: № 23 для учащихся на экскуриях.docx

intro:
Инструкция по правилам безопасного поведения учащихся во время экскурсий.

Данная инструкция  предполагает перечень мероприятий для учащихся, которые надо соблюдать. Безопасность учащихся -  это одна из главных, приоритетных  задач в общеобразовательных учреждениях, организациях.
Подтверждением, что учащийся ознакомился с инструкцией,  является подпись школьника в специальном журнале инструктажей.

воспитательная работа

group: Дисциплины


extracted_text:
УЧИМСЯ ПИСАТЬ РЕЦЕНЗИЮ
(Клише – шаблон, или алгоритм филологического анализа?)
Не свои – наши мысли заставляет писатель петь внутри нас.
А.Франс
Не так много в литературе произведений, которые волнуют и лечат одновременно. Ещё меньше тех
творений, где непонятность не терзает, а влечёт. Общепринято в таких случаях применять слово «гений».
Говоря о гении (Достоевского), следует отметить такое свойство: он заставляет думать не о
прочитанном, а о настоящем. При этом не надо искать водораздел между автором и и нами. Важно, что
авторская мысль продолжается сегодня……
…(милосердие) – это одна из сквозных тем русской литературы. Мотив (чести, поиска смысла жизни,
переоценки ценностей….) питал творчество многих мастеров слова (вспомним пушкинского «Медного
всадника», «Униженные и оскорблённые» Достоевского, «Воскресение» Льва Толстого, «Очарованного
странника» Лескова….)
Чтобы легче было проникнуть в идейнотематическое пространство рассказа (Достоевского),
позволим себе его этюдное восприятие, связанное с несколькими уровнями прочтения.
ПРОЧТЕНИЕ ПЕРВОЕ: «АВТОРСКАЯ УСТАНОВКА».
                                     И в опьянении, наперекор уму заветным  именем будить ночную тьму.
А.Фет
Само заглавие рассказа богато//небогато смыслами: это …. и …Заранее задаётся впечатление (лёгкости
и светлости, загадочности, жизненной обыденности…)
 Имена  героев выбраны неслучайно. (РОДИОН  РОМАНОВИЧ – человек из обычного рода, но с
царственным отчеством…..) Фамилии, пусть и не «говорящие», но дающие ключ к разгадке
образа(Раскольников –символ раскола в душе)
Герои не поименованы. Этим подчёркивается, что их внутренняя жизнь гораздо сложнее внешней суеты
и социальных связей.
Интонационный строй речи напоминает (сказку, стихотворение в прозе, элегическое раздумье о смысле
жизни,  простую житейскую историю…)
Ориентация  языка на (лиризм, философичность, задушевную беседу) служит дополнением к
эмоциональнооценочной характеристике  созданного автором мира….
Авторская позиция видна и в символических деталях(Волосы цвета «гаванны»,т.е. табачного дыма,
сирень – знак любви и красоты, лучистые глаза – олицетворение кротости и чистоты…)
Автор вводит два плана повествования: реальный мир, где живут….и символический мир…(идеалов,
мечты, где тот же герой….)
 Завораживает мысль:….Голос рассказчика убедительно звучит среди….(суеты жизни, тишины
«равнодушной природы»…) Обозначение времени и пространства здесь (максимально неопределённо,  но весьма символично,…
обыденно просто:….) Пространственновременные рамки (расширяются //сужаются ,когда герой
вспоминает…,рассуждает,   представляет…, осмысливает прожитое…) События (льются плавно, как
«река времён», что «В своём стремленье уносит все дела людей»(Державин),…передаются
фрагментарно, обрывисто, пульсируют с душой, которая бьётся «на пороге как бы двойного бытия»
(Тютчев))
ПРОЧТЕНИЕ ВТОРОЕ: «СИСТЕМА ПЕРСОНАЖЕЙ».
                                                                    …  Тебя я увидел, но тайна твои покрывала черты.
А.Толстой
 Круг персонажей можно условно разделить  на (три) группы: (пассажиры, Он и Она, рассказчик)
 Отсутствие ярких внешних  характеристик и биографических деталей подчёркивает типичность
образов. Но ярко врезаются в память  особенности психологического портрета:(волнение мыслей,
сбивчивые слова, показное равнодушие…)Основным средством характеристики героев является их речь.
…говорит образно, видно, что ему присуще «шестое» поэтическое чувство экзистенциальной
личности. А… произносит односложные скомканные фразы, от которых веет холодом  серого
существования. Становится жаль это бескрылое существо.
Вся история построена на сопоставлении….и ….Интересен смысловой контраст: красота мечты о.. и
проза жизни, где…, прошлое, где… ,и настоящее, в котором….,) ОН…. ОНА..    Повествование ведётся
от лица… Это…
ПРОЧТЕНИЕ ТРЕТЬЕ: «СКРЕПЫ».
…Но мы попробуем спаять его любовью, а там увидим, что прочней.
Ф.Тютчев
Рассмотрим внимательно, как автор добивается композиционной цельности при внешней
разрозненности узоров повествования. В каких «скрепах» проявляются особые смысловые связки?
Кольцевая композиция символизирует замкнутый круг, из которого героями  не найдено выхода… нам
с самого начала известно завершение истории, но до последней строки звучит нота (тихой грусти:…)
Прямое композиционное движение похоже на течение реки. Исток (завязка)  ….Разлив (развитие
действия)  …Порог(кульминация)  … Устье(развязка)  … А после остаётся впечатление тихой
журчащей грусти, «как о воде протекшей будешь вспоминать» (Бунин), но в одну воду не войти дважды,
потому каждое новое прочтение даёт иной ракурс восприятия текста. Нарушение фабульного  течения,
как камень, брошенный в тихую заводь. (Это ретроспекция//лирическое отступление , где идёт речь о…) Композиция(трёхчастная//четырёхчастная…). Такое деление отражает идейносемантическое
своеобразие произведения: (человек жил обычно   прошёл испытание красотой – вышел преображённым
из горнила истинного чувства стал достоин звания Человека естественного)
ОБОБЩЕНИЕ И СИСТЕМАТИЗАЦИЯ
Волшебной властию созвучий дойдёт до сердца твоего.
 И.Аксаков
В рассказе не найти на поверхности ярких тропов, зато обнаруживается гармония реальной картины с
тонко подмеченными подробностями….  Фоника передаёт ритм повествования….Нельзя не отметить,
насколько точно и умело построен семантический ряд, намеченный переливами ключевых слов:…..
(Доброта – зов – вечность – тоска – счастье…)Редкие  средства выразительности подобны
драгоценным камням, удачно оттенённым изысканной  дорогой оправой идеи (обыграть интересные
ИВС)На морфологическом уровне можно отметить преобладание(сущи прил – статичность мира,
глаголов – динамика сюжета). Синтаксическое строение текста  оттеняет( простоту и естественность
героев//глубокие философские раздумья героев…)
 Вспоминаются(прозревший в предсмертный час Андрей Болконский, излечившийся от болезни
сверхличности Родион Раскольников, жаждущий послужить Отечеству Иван  Флягин, герои других
произведений), которые тоже мучились над проблемой( истинного чувства, смысла жизни). Такая
рефлексия – признак «диалектики души». Автор, пробуждая в сознании читателей систему
ассоциативных связей, пытается сказать¸ что вечны (ПРОСТОТА, ДОБРО И ПРАВДА)
 ОБЩИЕ ВЫВОДЫ
Правда и красота… всегда составляют главное в человеческой жизни и вообще на Земле.
А.Чехов
Рассказ (Бунина»Холодная осень») можно назвать лирической новеллой). Доказательство тому –
наличие перелома, поворотного момента, когда…
 Автор хочет сказать: «,,,,»(ИДЕЯ: ЦИТАТА   И КОММЕНТАРИИ)
 Такие произведения, помимо эстетического наслаждения, несут  читателям  очищающее
причащение  мудрости из  целительного источника Истины…. Рецензия на текст Распутина
 (Тест №1, стр. 140141 пособия «Готовимся к ЕГЭ по русскому языку: 1011: грамматика. Речь /
Л.И.Пучкова, Ю.Н.Гостева. – М.: Просвещение, 2006)
 «Славное море, священный Байкал»,  так поётся в знакомой русской песне. Считают ли сегодняшние люди
природу священной? Над этимпроблемным вопросом, как мне кажется, и размышляет писатель Валентин
Распутин. Его известные повести «Пожар», «Прощание с Матёрой» проводят читателей сложным путём раздумий
от экологии окружающей природы до экологии наших очерствевших душ.
  Анализируемый текст проблемнопублицистичен, он рассчитан на откровенный диалог с большой читательской
аудиторией. Распутин готов показать глубину трагедии противостояния человека и окружающего его
естественного мира.
Байкал упоминается не просто как географический объект, огромное мореозеро, Это образ живого великана, в
котором «всё широко привольно и загадочно». Ну чем не эпитеты для описания самого русского характера?!
Природный гигант не подавляет человека, а даёт ему «одухотворённость» (невольно представляешь современника
равнодушным существом, кричащим о своём царствовании над природой, вот и приходится природе лечить нас,
заблудших,  от этого греха бездуховности ). Распутин возвращает нас к прапамяти, когда человек обожествлял
окружающие его явления. Читая метафорический ряд, характеризующий преображение человека, («тебя
коснулась тайная печать», «обдало дыханием всесильного присутствия», « в тебя вошла доля магического
секрета»), я невольно затаила дыхание и старалась с автором идти путём раскрытия «тайны за семью печатями», а
точнее, воссоединения заплутавшего человека с всесильной матерью – природой.
 Цитируя слова Льва Толстого врачующей силе природной красоты, автор данного текста хотел подчеркнуть, что
многие конфликты нашего бытия, в том числе и межличностные, и психологические, и социальные, начинаются со
сверхличностной трагедии отчуждения человека от природы. Оторвавшись от живого, мы и становимся
бесчувственными и злыми, в том «несоответствие наше той земле, на которой живём». Именно эта смысловая
антитеза Распутина, на мой взгляд, является одной из ключевых. Следующее высказывание автора достойно
называться философским афоризмом: «Природа сама по себе всегда нравственна, безнравственной её может
сделать только человек.
 Разве может читатель остаться равнодушным, прочитав риторические вопросы –восклицания Распутина ( предл. 7
и 11) ? Всякий «остаток чувства сохранивший» почувствует глубину олицетворения природы, удерживающей нас
«в разумных рамках», а тот, кто ещё чувствует себя ответственным за всех, «кого приручил», остановит
равнодушную руку, занесённую над берёзкой и над самим «батюшкой Байкалом».
 Авторская позиции звучит не декларативно (кого сегодня удивишь и тронешь лозунгами?), а как тихая молитва с
поэзией устаревших слов «её благости», «наше благоразумие и благодеяние», «денно и нощно»… Ведь молился же
когда  то эвенк  прежде чем срубить  «по надобности берёзку»… Может, и мы пересмотрим всем миром свой
«круг нравственного бытия», и будем жить по заповеди писателя Распутина:» За добро – добром, за милость
милостью»… Именно такую жизнь поэт Н.Рубцов называл «Русский огонёк»: «За всё добро расплатимся добром,
за всю любовь расплатимся любовью»…
 Понимаю, что одними рассуждениями о нравственности мир не изменить, и Байкал от экологической катастрофы
не спасти самыми проникновенными молитвами. Но это  по одиночке  не изменить и не спасти. Потому и выбирает
писатель Распутин возможность публицистически постучаться в сознание и  души всех и каждого. В своём сердце я слышу отголоски его призыва удержать занесённую над природой руку с мечом. Думаю, сегодня эта мысль стала
понятной многим. Убеждена, что  немалый вклад в развитие экологического движения внесли писатели второй
половины двадцатого века; Распутин, Астафьев, Белов…  Они разбудили  в людях человечность, чего не сделать
одним учёным и политикам, но без чего невозможно решение глобальных проблем.
Клише для рецензий
Для вступления:
  Что такое… ? Почему…? Над этими вопросами предлагает нам поразмышлять (Фамилия автора текста)
Своё отношение к проблеме (чего…) автор передаёт языком неравнодушного оратора. Моё внимание привлекли
следующие слова и выражения ( …) Думаю, что это ключевые фразы, отражающие авторскую позицию.
   Данный текст прежде всего служит функции общения. Какую мысль наш незримый собеседник старается
донести до читателя?
 Я считаю, что он обращает наше внимание на (…)
   Первое впечатление от прочитанного – ощущение (чего?...)
   Необычный авторский стиль заставляет задуматься о том (что…, как…, где…)
   (Фамилия автора текста) делится своими мыслями и чувствами с читателями. Нам передаётся его
неравнодушное отношение к миру.
   Я бы назвал(а) это текст…, обратив внимание  заглавием на следующую мысль автора : (цитата)
Для основной части
 В худож.тексте:
  Перед нами текст  художественного стиля . Данная миниатюра отличается образностью. Зримо предстают
( Байкал, красота природы….)
   Все средства изобразительной выразительности подчинены основной функции стиля   эстетической.
 Прочитав метафору (…), я представил(а.) (,,,) Эпитеты (,,,) пробуждают наше внимание и дают возможность
яснее увидеть необычное в привычном, ощутить себя  частицей земного бытия и постараться понять и
почувствовать его смысл. Олицетворения (,,,) оживляют картину. Ассоциации мелькают, словно кадры киноленты.
Я представляю (…)
В публицистическом тексте
 Перед нами публицистический текст, так как сфера его употребления – социокультурные отношения, можно
представить его размещённым в средствах массовой информации или произнесённым на публичном выступлении.
Цель автора – информировать читателя о (,,,), побудить нас занять активную жизненную позицию.
  Газетнопублицистическая лексика (… ….) – знак прямого обращения (Фамилия автора текста) с открытым
письмом к людям.  Экспрессивные повторы (,,,) заостряют наше внимание на  ключевых словах, которые нельзя пропустить или
прочитать бегло.
Риторические вопросы и восклицания ( в предл. ……)словно шипы тернистых раздумий автора о (,,,). Спотыкаясь
на «кочках (вопросов, многоточий, частых тире…) , мы невольно начинаем анализировать окружающую
действительность (… параллельные примеры из жизни и литературы) Автор экспрессивно передал свои чувства
(предл.2, 9…)
Это сделано рукой виртуоза  слова, потому выводы ненавязчивы, они приходят  в голову сами, как вереница
цветных картинок из любимой книжки детства: нельзя (,,,), надо (,,,), любите (,,,,), и тогда (,,,)
 Заключение
 Прочитанный текст, конечно, не поставит решительной точки в моих размышлениях о (чём?), но  автор и не ставил
такой задачи, он вызывает читателей на откровенный разговор (О ЧЁМ?,,,)
  _ Я стал(а)острее чувствовать (что…), словно мне передалось авторское волнение за судьбу (,,,ЧЕГО?)
И даже если я на один читательский опыт стал(а) взрослее, я рад(а),что состоялось моё общение с
текстом(Фамилия автора текста), потому что вдумчивое чтение всегда облагораживает и возвышает. Загруженные
повседневными делами, мы редко находим время, чтобы подумать о столь глубоких вещах. Я искренне благодарю
автора текста , всколыхнувшего моё сознание живым словом Он подносит к глазам читателей удивительное
зеркало, где мы видим  (ЧТО?,,,), в этом зеркале отражаются и наши души, точнее способность сочувствовать и
сопереживать разумному и прекрасному. Рецензия на  текст Ф . Сучкова «Он походил на сельскую местность
Автор мемуарного очерка Ф.Сучков назвал своё сочинение «Он походил на сельскую местность». Именно это
эссеистическое сравнение открывает публицистический текст, где создаётся психологический портрет
писателя  Андрея Платонова. Мысль автора очерка выходит за рамки конкретного жизнеописания одной
неординарной  творческой личности. Это рассуждение о типических чертах мировосприятия каждого истинного
художника. А элементы описания подчёркивают, что во внешнем облике  отражается душа Мастера. Я бы
назвала данный текст «Всё богатство   внутри»
         Перед нами художественная публицистика, задача которой не только открыть глаза читателей на то, каков
истинный художник, но и воздействовать на их души прекрасной образностью, «глаголом жечь сердца людей»,
спасая их души примерами истинной Красоты.
          Ф. Сучков выдвигает проблему соотнесения внешности и духовного мира творческого человека, цитируя
обычные вопросы праздных обывателей.
            Первая композиционная часть очерка строится на смысловой антитезе: обыкновенная наружность и
«внутреннее волнение» творца. Вспоминаются строки из песни, когдато исполненной актёром Андреем
Мироновым: «Я не красавец, может быть, наружно, зато душой красив, наверняка». Всматриваясь в детали
создаваемого словесного портрета, Сучков невольно окидывает  своего героя «с ног до головы», в этом ему
помогает градация: «рост, шея, очертания рта…» Все стандартные приметы не выделяют художника из толпы. А
вот глаза… Неслучайно Лев Толстой назвал их «зеркалом души». Автор очерка вспомнил о платоновской героине
– девочке Уле, «глаза которой видели одну правду». Такая гипербола  перестаёт быть преувеличением, описывая
мировосприятие истинного  теурга. Ещё один ряд синонимов выстроен градационно: «обыватель, проходимец,
халтурщик». Это сказано о таких дельцах от искусства. как гоголевский Чартков, продавший душу дьявольской
силе портрета за звон разменных монет.
            Во второй смысловой части обращает на себя внимание ключевое слово «настоящий», которое даёт
психологическую характеристику Платонова. Повтор этого слова, «сцепляя» соседние предложения, убеждает
читателей: быть настоящим – значит стать ровесником всех, не подавлять людей величием,  говорить и делать всё
без усилий, естественно, чтобы творчество противостояло позёрству псевдогениев.
             Согласно избранной кольцевой композиции, автор очерка в заключение снова подчёркивает контраст
внешности и души Платонова. С помощью эпитетов «сжавшаяся смятенная фигура» вновь показано, как мало
значит наружность, если душа – безбрежный океан. Метафора «важно излить с души» звучит грамматически
нестандартно. Когда в сердце шторм, до правильностей ли тут? Ф. Сучков вводит яркий окказионализм
«преждерождённый», этот метафоричный эпитет отражает, насколько  Платонов, как все гении, обогнал время
искусством слова. Критики называют этого писателя «странноязычным». Автор данного очерка завершает  текст
сравнением неповторимости  стиля Платонова с голосом Шаляпина.
                             В рецензируемом тексте выстраивается  смысловая цепочка: «Человек – портрет – характер», на
конкретном примере она перестраивается в  следующий ряд: «Обыкновенный Платонов – глаза Художника   «настоящий преждерождённый» творец со своим языком»

file_name: Как писать рецензию .doc

intro: Материал представляет клише для написания рецензий с комментариями, толкованиями, образцами творческих работ. Учащиеся постигают закономерности рецензирования и специфику развития критического мышления. Их работы получаются на грани искусства и науки. Так  пресловутые шаблоны помогают сделать первые шаги к настоящему творчеству, определяют лингво-стилистические аспекты анализа предложенных текстов.

title: УЧИМСЯ ПИСАТЬ РЕЦЕНЗИЮ


extracted_text:
КУРСОВАЯ  РАБОТА
по русской литературе I половины XIX века
Тема: «Лирические отступления в поэме Н.В.Гоголя
             «Мертвые души»
                                 Выполнила:
                                Учитель русского языка и литературы
                                МАОУ «Шарлыкская СОШ №1»
                                                Дегтярева О.П. Содержание.
Введение.
Глава 1. «Рождение» великой поэмы Н.В.Гоголя.
1.1. История создания произведения.
1.2. «Что это? Ни роман, ни повесть. Нечто совершенно ори
гинальное». (Л.Толстой). О жанре произведения.
Глава 2. Лирические отступления в поэме Н.В.Гоголя «Мертвые
                души».
         2.1. «И до такой ничтожности … мог снизойти человек!»
                 (Н.Гоголь). «Мертвые души» Руси в поэме.
         2.2.  Народная Россия – «живая душа» поэмы.
Заключение.
Список использованной литературы. «Мертвые души» Н.В.Гоголя – одно из гениальнейшей произведений
русской и мировой литературы. В.Г.Белинский писал о поэме Гоголя:
«…вдруг, словно освежительный блеск молнии среди томительной и
тлетворной духоты и засухи, является творение чисто русское, национальное,
выхваченное из тайника народной жизни, столько же истинное, сколько и
патриотическое, беспощадно сдергивающее покров с действительности и
дышащее старстною, нервистою, кровною любовию к плодовитому зерну
русской жизни; творение необъятно художественное по концептии и
выполнению, по характерам действующих лиц и подробностям русского
быта,  и в то же время глубокое по мысли, социальное, общественное и
историческое…» (III, с.104105).
         Появление поэмы в 1842г. оказалось большим событием в русской
общественной и литературной жизни. А.И.Герцен с полным основанием
отметил, что «Мертвые души» потрясли всю Россию».
        Реакционная критика злобно осудила и автора и поэму. С грубым
ожесточением на Гоголя напали О.Сенковский в «Библиотеке для чтения»,
Н.Полевой в «Русском вестнике», Н.Греч в «Северной пчеле». О.Сенковский
критиковал «низменный» язык произведений Гоголя. Полевой обвинял
автора за пристрастие к отвратительным предметам, к темным сторонам жизни. Реакционные критики начисто отвергали художественные принципы
Гоголя – его разящую сатиру.
        Посвоему встретил «Мертвые души» славянофильский лагерь. В
брошюре «Несколько слов о поэме Гоголя». К.Аксаков оценил «Мертвые
души» как возрождение древнегреческого эпоса. «Перед нами,  писал
Аксаков,  возникает новый характер созданий, является оправдание целой
сферы поэзии, сферы давно унижаемой; древний эпос восстает перед нами».
         Глубоко понял сущность гоголевской поэмы В.Г.Белинский
«Величайшим успехом и шагом вперед считаем мы со стороны автора то, что
в «Мертвых душах» везде ощущаемо и, так сказать, осязаемо проступает его
субъективность… писал он. Это преобладание субъективности, проникая и
одушевляя собою всю поэму Гоголя, доходит до высокого лирического
пафоса и освежительными волнами охватывает душу читателя». (IV, т. VI,
стр.217218). В «Мертвых душах» Белинский увидел глубоко патриотическое
творение, акт общественного самосознания и писал о том, что в своем
произведении Гоголь «сделал великий шаг, что все, доселе им написанное,
кажется слабым и бледным в сравнении с ним» ((IV, т. VI, стр.217).
       В современной науке и критике продолжают обращаться к творчеству
Гоголю и, в частности, к его поэме. В.А.Недзвецкий считает: «… прообразом для «Мертвых душ» стала эпикогероическая поэма, восходящая к антично
гомеровскому эпосу «Илиады» и «Одиссеи» (Русский социальноунивер
сальный роман XIX в.: Становление и жанровая эволюция. М.,1997,
с.129). А Е.А.Смирнова в своей работе «Поэма Гоголя «Мертвые души»
проводит параллель между произведением Гоголя и «Божественной
комедией» Данте.
        Пройдут годы, десятилетия, а поэму Гоголя будут читать и
перечитывать вновь потомки, потому что «Гоголем невозможно начитаться»
(Ираклий Андроников).
          У каждого художника есть произведение, которое он считает главным
делом своей жизни,  произведение, в которое он вложил самые заветные,
сокровенные думы, все свое сердце.
        Таким главным делом жизни Гоголя явились «Мертвые души».
Семнадцать лет было отдано работе над поэмой.
        Гоголь задумал свою великую книгу о современной ему России, о
переживаемой ею великой духовной трагедии. Гоголь воспринимает свою
миссию пророка и спасителя России. Он считает работу над «Мертвыми
душами» своим великим духовным и гражданским долгом. В Риме задумал
он свою вечную книгу на все времена, в которой хотел сказать всю правду о России и вывести ее на «торжественный светлый путь, ведущий к храму».
            Мысль о написании «Мертвых душ», сюжет поэмы, как об этом
свидетельствует сам Гоголь в «Авторской исповеди», принадлежали
А.С.Пушкину.  «…Пушкин,  писал в последствии Гоголь,  заставил меня
взглянуть на дело серьезно. Он уже давно склонял меня приняться за
большое сочинение. И, наконец, один раз, после  того, как я ему прочел одно
небольшое изображение небольшой сцены, но которое, однако ж, поразило
его больше всего мной прочитанного, он мне сказал: «Как с этой
способностью угадывать человека и несколькими чертами выставлять его
вдруг всего, как живого, с этой способностью, не приняться за большое
сочинение! Это просто грех!»… в заключенье всего отдал мне свой
собственный сюжет, из которого он хотел сам чтото вроде поэмы и
которого, по словам его, он бы не отдал другому никому. Это был сюжет
«Мертвых душ».
          7 октября 1835 года  Гоголь сообщал Пушкину: «Начал писать
«Мертвых душ». Сюжет растянулся на предлинный роман и, кажется, будет
сильно смешон… Мне хочется в этом романе показать хотя с одного боку
всю Русь». В дальнейшем этот замысел Гоголя еще более расширился. Гоголь,
уехав из России в разгар жесточайшей реакции, пишет М.Погодину 22
сентября 1836 года: «… На Руси есть такая изрядная коллекция гадких рож,
что невтерпеж мне пришлось глядеть на них. Даже теперь плевать хочется,
когда об них вспомню. Теперь передо мною чужбина, но в сердце моем Русь,
не гадкая Русь, но одна только прекрасная Русь…».
         В Париже Гоголь продолжил работу над «Мертвыми душами», сообщая
в письме Жуковскому от 12 ноября 1836 года: «Все начатое переделал я
вновь, обдумал более весь план и теперь веду его спокойно, как летопись…
Если совершу это творение так, как нужно его совершить, то какой
огромный, какой оригинальный сюжет! Какая разнообразная куча! Вся Русь
явится в нем! Это будет  первая моя порядочная вещь, которая вынесет мое
имя». Гоголь так увлечен новым сочинением, что в сравнении с ним все
написанное прежде кажется ему пустяковыми «мараньями», которые
«страшно вспомнить».
          В Риме писатель узнает о смерти Пушкина, которая глубоко потрясла
его. Гоголь перенес гибель поэта как личное и общественное горе, как
непоправимую катастрофу: «…никакой вести хуже нельзя было получить из
России,  сообщал он Плетневу. – Все наслаждение моей жизни, все мое высшее наслаждение исчезло вместе с ним. Ничего не предпринимал я без
его совета. Ни одна строка не писалась без того, чтобы я не воображал его
перед собою. Что скажет он, что заметит он, чему посмеется, чему изречет
неразрушимое и вечное одобрение свое – вот что меня только занимало и
одушевляло мои силы».
         Говоря о трагической судьбе Пушкина и ненавистном «сборище про
свещенных невежд», Гоголь подчеркивает свое горячее патриотическое
чувство, свою беспредельную любовь к родине, угнетаемой и унижаемой
«благородным аристократством». Создание остроты конфликта со «светской
чернью» способствовало расширению замысла поэмы, ее сатирической
направленности.
         Перед Гоголем становится все отчетливей враждебность народу
страшных своей духовной пустотой, своим нравственным уродством
представителей помещичьего класса и царской бюрократии. Первоначально
смешной анекдот, имевший сове реальное основание в условиях тогдашней
действительности, продажа и покупка «мертвых душ»  вырастает в обобщен
ные и страшные символы крепостнической России, «ужасное зрелище
страны», в которой, говоря словами Белинского, «люди торгуют людьми».
           Работу над «Мертвыми душами» Гоголь рассматривал как свой патриотический долг, как выполнение обязательства, данного своему
учителю и другу. В письме к Жуковскому Гоголь пишет : «…Я должен
продолжать мною начатый большой труд, который  писать с меня взял слово
Пушкин, которого мысль есть его создание и который обратился для меня с
этих пор в священное завещание».
        Свое великое творение Гоголь задумал по образцу «Божественной
комедии» Данте. Он ощущал себя, как и Данте в середине жизненного пути в
страшном лесу в окружении хищниковпороков. Превозмогая свой страх и
ужас перед абсурдом реального бытия ищет он, подобно Данте, выход на
«правый путь» их «ночи безысходной, их жизни сна, опутанного ложью». По
общему грандиозному замыслу книга Гоголя должна была состоять из трех
частей: ад, чистилище, рай. И вся картина русской действительности в I томе
«Мертвых душ», взятая как целое, освещена генерализирующей идеей,
которая сопрягает ее с самой мрачной областью мироздания – адом.
        В «Мертвых душах» Гоголь выступил как художникноватор, создав
произведение глубоко национальное и вместе с тем совершенно
своеобразное по своей художественной форме. Продолжая реалистические
традиции русской литературы, Гоголь осуществил новые формы социального
романа, ставившего важнейшие проблемы современности. Белинский неоднократно подчеркивал национальный характер поэмы Гоголя, ярко
выраженную самобытность и народность. В «Мертвых душах»  писал
критик,  Гоголь «стал русским национальным поэтом во всем пространстве
этого слова. При каждом слове его поэмы читатель может говорить:
       Здесь русский дух, здесь Русью пахнет! Этот русский дух ощущается и в
юморе, и в иронии, и в выражении автора, и в размашистой силе чувств, и в
лиризме отступлений, и в пафосе всей поэмы…» (III, c.106) .
        Глубоким национальным своеобразием отличается художественный
метод. Гоголь создавал свое произведение, широко пользуясь
художественными приемами народного творчества, в то же время продолжая
и расширяя традиции русской литературы.
         Художественное своеобразие «Мертвых душ» высоко оценил лев
Толстой. «Я думаю,  говорил он, что каждый большой художник должен
создавать и свои формы. Если содержание художественных произведений
может быть бесконечно разнообразно, то также и их форма. Както мы с
Тургеневым… припоминали все лучшее в русской литературе, и, оказалось,
что в этих произведениях форма совершенно оригинальная. Не говоря уже о
Пушкине, возьмем «Мертвые души» Гоголя. Что это? Ни роман, ни повесть,
нечто совершенно оригинальное». (VII, с.93). Гоголь еще в самом начале работы над «Мертвыми душами» указывал
на необычайно широкое, эпическое значение своего произведения, на
социальный характер его замысла, не вмещающегося в традиционные рамки
повести или романа. Гоголь не пошел путем романистов,
сосредоточивающих свое внимание на судьбах отдельного человека, на
конфликте индивидуума и общества, на раскрытии частной, семейной жизни
героя, его личной судьбы. Для Гоголя важна не судьба «частного»,
отдельного человека, а судьбы социальных слоев и групп, прежде всего
судьба народа. Поэтому ему и оказались тесны традиционные рамки как
авантюрного, так и семейнобытового романа, сложившегося в западно
европейской литературе в начале XIX века.
        Далеко не случайно Гоголь назвал «Мертвые души» поэмой. Этим он
определил эпический характер своего произведения, противопоставляя его в
известной мере современному роману. Роман – «сочинение слишком
условное», основанное на занимательности сюжета, на искусных, но
условных, нарушающих жизненную правду ситуациях. Тогда как в своей
поэме Гоголь поставил грандиозную задачу – «показать всю Русь». Эта
задача требовала и новой художественной формы.
        Гоголь был убежден в том, что самоосуществление человека на земле
невозможно без живого чувства времени, без соответствия духу своего века. «Свой век» Гоголь воспринимал как время глубочайшего духовного кризиса
современной цивилизации, «когда души наши спасать надо». Гоголь в
соответствии с духом православия понимал спасение в качестве цели всего
земного человеческого бытия, «как внутреннее перерождение человека, его
преображение, духовное обожание». (XII, с.156).
         Герои первого романа тома «Мертвых душ» подвергаются наказанию
смехом за то, что оказались неспособными «избыть свою греховность, свое
несовершенство духовным саморазвитием и перерождением в соответствии
со своей божественной природой и требованиями своего века. Они как бы
выпали из истории в какойто полумифологический, «доисторический»
континуум слухов, сплетен, хаотического смешения обломков и отзвуков
чужих и чуждых им эпох и времен.
         В гоголевском эпосе творческая энергия гения оказалась парадоксально
сосредоточенной на потрясающих по своей полноте и пластике
изображениях затухания и угасания этого процесса, почти апокалпсического
«конца».
        «Малая эпопея» I тома должна была, по гоголю, «набравшись духа
библейского, опустясь с ним, как со светочем, во глубины русской старины,
«поразить позор нынешнего времени», побудить человека «плюнуть» «в виду всех на свою мерзость и гнуснейшие пороки» и стать «первым ратником
добра» (XII, с.157).
        Сама композиция задуманной величественной трилогии не могла не
соответствовать ее пафосу  преображения русской души, ее «воскрешению из
мертвых». Этот пафос, по наблюдению С.А.Гончарова, «поддерживался и
символическим «небесным» финалом I тома, который в связи с
древнерусским «сюжетом» становится особенно логичным: после мотивов
страшного суда, пророческих откровений автора пространственное пере
мещение вверх как бы переключает регистр с «низового» яруса дейст
вительности в «верховой» и может быть воспринято как чудесное
«вознесение» души, птицытройки, «освобождающейся от всего земного»
(XII, c.159). Гоголевское видение и изображение русского мира точно
соответствовало онтологической по своему масштабу, метафизической по
своей сверхзадаче сущности жанра высокой эпической поэмы: изображать
человека на границе прошлого и предстоящего бытия.
        «Малая эпопея» должна была, естественно, «невольно и нечувс
твительно» перерасти в «большую эпопею» по мере того, как в русском
обществе начнется грандиозный по своей значимости процесс духовного
пробуждения «каждой человеческой единицы», восстановления «небесного гражданина» в современной «материальной скотине».

         Гоголевская «большая эпопея» должна была явить миру, как изпод
взломанной мощью гоголевского смеха «коры земности», умертвлявшей все
живые силы и токи нации, восстает из мертвых образ народабогатыря,
потенциального создателя нового прекрасного мира. «Большая эпопея»
призвана была запечатлеть чудо рождения нового, истинно христианского,
русского национального человеческого сообщества. Это чудо преображения
русской нации и должно было стать главным эпическим «событием» поэмы,
а образ христински восстановленного русского национального сообщества –
ее главным эпическим героем.
           Но реальный путь Гоголя от «малой» к «большой эпопее» оказался в
этическом и эстетическом плане непосильно долгим и трудным, а проти
воречие между авторским христианским идеалом соборного воссоединения
русского мира и его реальной картиной распада и разъединения катастро
фически непреодолимым.

        Гоголь ищет путь восстановления через «изучение природы души
человека, русского человека», в особенности, через «узнанье тех вечных
законов, которыми движется человек и человечество вообще». Он ищет ключ
к душе человека в исповеди: « … от исповеди светского человека до исповеди анахорета и пустынника…», и «и на этой дороге нечувствительно,
почти сам не ведая как, я пришел ко Христу, увидевши что в нем ключ к
душе человека и что еще никто из душезнателей не всходил на ту высоту
познанья душевного, на которой стоял он». Итог гоголевского напряженней
шего периода «духоиспытания» и «душеведения», к которым он так страстно
стремился приобщить своих соотечественников: «…нужно сделаться
лучшим». (XII, с.161).
        Нужно было спешить: Россия уже стояла на краю бездны». Жизнетвор
ческие задачи становились определяющими. Собственное нравственное
несовершенство и духовная «бесчувственность» соотечественников казались
ему нестерпимыми. Ему уже «яснее представлялся идеал прекрасного
человека, тот благостный образ, «каким должен быть на земле человек», ему
уже «посчастливилось встретить на веку своем, и особенно в последнее
время несколько таких людей…» (XII, с.162), ему уже в отличие от
«заблудившегося человечества» «весь был открыт прямой путь, подобный
пути, ведущему к великолепной храмине, назначенной царю в чертоги. Всех
других путей шире и роскошнее он, озаренный солнцем и освещенный всю
ночь огнями, но мимо него в глухой темноте текли люди».
        В.А.Воропаев, автор современной «духовной биографии» Гоголя справедливо отмечает: «Гоголь хотел так написать свою книгу, чтобы из нее
путь к Христу был ясен для каждого <…> Цели, поставленные Гоголем,
далеко выходили за пределы литературного творчества. Невозможность
осуществить свой замысел, столь же великий, сколь несбыточный,
становится его личной писательской трагедией» (кн.2, с.114).
         Вся драматическая история создания и сожжения II тома «Мертвых
душ» свидетельствовала о том, что он не мог убедить своих «бесчувственных
соотечественников» в существовании «великолепной храмины» и ведущего к
ней «прямого», «роскошного», озаренного солнцем «пути», в реальном
существовании «идеала прекрасного человека», которому последуют многие.
        «Большая» гоголевская эпопея так и не родилась их «малой». Она не
«проявилась» в своей художественной полноте, стройности, законченности и
блеске.
         Гоголь не смог преодолеть колоссального трагического разрыва между
авторским христианским идеалом чудесного духовного преображения,
воссоединения русской нации и «подлой существенностью» реальной рус
ской жизни. Вне установления живого контакта современного русского чита
теля с трансцендентным планом поэмы все «творенье» в глазах его творца
утрачивало смысл. В сознании Гоголя сожжение II тома было необходимым
и трудным актом на пути к очищению и свету. Главной причиной писатель ской драмы стала не «жанровая» (В.А.Недзвецкий), а религиозноэстети
ческая причина.

        «Тайное» присутствие «большой эпопеи» в «малой», грандиозный
эпопейный замысел художественной реконструкции единого образа
распадающегося русского мира, очищающая, воссоединяющая функция
смеха, трансцендентный план, авторская мессианская идея спасения русского
человека, одухотворенный лиризм, пытавшийся соединить Землю и Небо,
явно не совпадали с жанровой природой социального романа, даже
«универсального».
          Авторское определение «поэма» наиболее точно соответствовало
замыслу и жанровому процессу его реализации, возможной динамике
превращения «малой эпопеи» в «большую». (XII, с.163).
          Сюжет «Мертвых душ» не отличается обилием событий; его
достоинство в другом – в социальной масштабности, в его ясности и
целеустремленности. Несомненно, что во внутренне целостности, характе
ризующей гоголевскую поэму, существенную роль играет ее сюжет, органи
чески слитый с темой и идеей произведения.
        Работая над поэмой, писатель добился как глубочайшего внутреннего единства произведения в целом, так и выразительно ясного соотношения его
отдельных частей.
       В «Мертвых душах» отчетливо выделяются три композиционных звена,
тесно соединенные между собой. Своеобразным вступлением к повество
ванию, как бы общей панорамой жизни изображаемой среды является
начальная глава поэмы, в которой мы знакомимся почти со всеми действу
ющими лицами произведения – с Чичиковым, Маниловым, Собакевичем,
Ноздревым, губернаторскими чиновниками. Автор здесь делает как бы
эскизный набросок того, что затем глубоко и полно раскрывается в последу
ющих главах поэмы.
        Первое повествовательное звено поэмы – это рассказ о поместных
владетелях. Здесь дана целая галерея портретов, которые изображены
последовательно один за другим.
         Второе композиционное звено поэмы – это изображение жизни
губернского города, губернских чиновников. Городские сцены разверты
ваются в плане внутреннего сопоставления с картинами усадебной жизни. В
этих сценах нет обособленных друг от друга, широко развернутых образов.
Центром внимания здесь является чиновная среда в целом , «избранное»
общество в его наиболее характерных проявлениях. Третье композиционное звено «Мертвых душ»  это повествование о
жизненной судьбе героя поэмы. Историю Чичикова Гоголь дает в конце
I тома, после того как подробно изображена та среда, в которой он живет и
действует. Показывая в образе Чичикова нового героя эпохи, пронырливого,
изворотливого дельца, писатель как бы исподволь постепенно раскрывает его
характер. Проведя своего героя сквозь цепь приключений и перемен, Гоголь
в полной мере открывает его истинный облик.
         Важнейшую роль в композиционной структуре «Мертвых душ» играют
лирические отступления автора. Глубокую художественную оправданность
лирических отступлений, их большое значение для композиционного пост
роения «Мертвых душ» в свое время очень тонко почувствовал А.Герцен.
Под свежим впечатлением только что опубликованного тогда произведения
он записал в своем дневнике: «Тут переходя от Собакевичей к Плюшкиным,
обдает ужас; вы с каждым шагом вязните, тоните глубже. Лирическое место
вдруг оживает, осветит и сейчас заменяется  опять картиной, напоминающей
еще яснее, в каком рве ада находимся (VI, т. II, с.220). Герцен верно
отмечает, что лирические места, внося живительное, освежающее начало,
оттеняют содержание возникающих перед читателем картин жизни.
        Высоко оценивал лирическое начало в «Мертвых душах» и Белинский, указывая на ту глубокую всеобъемлющую и гуманную субъективность,
«которая в художнике обнаруживает человека с горячим сердцем, симпатич
ного душою… ту субъективность, которая не допускает его с анатическим
равнодушием быть чуждым миру, им рисуемому, но заставляет его
проводить через свою душу живу явления внешнего мира, а через то и в них
вдыхать душу живу». (IV, т. VI, с.217).
        «Лирические отступления в «Мертвых душах» насыщены пафосом
утверждения высокого призвания человека, пафосом больших общественных
идей  и интересов. Высказывает ли автор свою горечь и гнев по поводу
ничтожества показанных им героев, говорит ли он о месте писателя в
современном обществе, пишет ли о живом, бойком русском уме – глубоким
источником его лиризма являются думы о служении родной стране, о ее
судьбах, ее печалях, ее скрытых, придавленных гигантских силах»,  справед
ливо отмечает в совей статье Храпченко М.Б (XV. с.438).
        На протяжении все поэмы лирические отступления вкраплены в
повествование с большим художественным тактом. Вначале он носят
характер высказываний автора о его героях, но по мере развития действия их
внутренняя тема становится все более широкой и многогранной. Рассказав о
Манилове и Коробочке, автор чувствует необходимость прервать на несколько минут повествование, отойти в сторону для того, чтобы читателю
стала яснее нарисованная картина жизни. Авторское отступление, которым
прерывается рассказ о Коробочке, содержит в себе сравнение ее с «сестрой»
из аристократического общества, которая, несмотря на иной внешний облик
ничем не отличается от поместной хозяйки: «Точно ли так велика пропасть,
отделяющая ее от сестры ее, недосягаемо огражденной стенами аристокра
тического дома с благовонными чугунными лестницами <…> зевающей за
недочитанной книгой в ожидании остроумносветского визита, где ей
предстанет поле блеснуть умом и высказать вытверженные мысли, мысли,
занимающие по законам моды на целую неделю город, мысли не о том, что
делается в ее доме и в ее поместьях, запутанных и расстроенных благодаря
незнанью хозяйственного дела, а о том, какой политический переворот
готовится во Франции …» (I , с.199).
       Повествование о Плюшкине, воплотившем в себе с наибольшей силой
низменные стремления и чувства, прерывается гневнопатетическими
словами автора, имеющими глубокий, обобщающий смысл: «И до такой
ничтожности, мелочности, гадости мог снизойти человек!». (I , с.271).
          Автор сопоставляет помещиков между собой, причем со все большим
усилением отрицательных качеств, свойственных каждому новому герою. «Один за другим следуют у меня  герои один пошлее другого»,  указывает
Гоголь в третьем письме по поводу «Мертвых душ». Смена образов от
Манилова до Плюшкина раскрывает все более усиливающее духовное
оскудение, все возрастающее моральное падение действующих лиц поэмы.
        Как уже было сказано, Гоголь не ограничился воссозданием нравов и
быта обитателей помещичьих усадеб. На страницах его поэмы изображена
также жизнь губернского чиновничества. Образы чиновников лишены
подробности описания; это скорее групповой портрет, сохраняющий, однако
самые существенные черты целого сословия.
        В своем описании «тонких» и «толстых» Гоголь показывает
своеобразный «круговорот» в жизни чиновнодворянского общества,
основанный на корысти, взяточничестве, чинопочитании. Самое противопос
тавление «толстых», «тонким» лишь заостряет отрицательные  черты тех и
других,  так как в конечном счете и «толстые» и «тонкие» столько же
ничтожны и отвратительны в своем паразитическом образе жизни. В лири
ческом отступлении высказано отрицательно враждебное отношение автора к
тому показанному «блеску» и наигранному «благородству», которыми
крепостническое общество стремилось прикрыть свое пустое, мертвенное,
антинародное содержание. Буквально шаг за шагом вскрывает Гоголь и всю эфемерность «деятельности» «тонких» и хищническую стяжательскую
сущность и лицемерие «толстых», являющихся подлинными хозяевами госу
дарства. Одушевленный высокими идеалами гражданского долга, служения
народу, писатель с гневом и злостью передает истинный облик «славных
русских бар», самую сущность общественных отношений, основанных на
лжи и лицемерии, на власти чина и рубля.
          Лицемерие, внутреннюю пустоту и ничтожество жителей города с
особенной полнотой и ядовитым сарказмом Гоголь разоблачает, говоря о
«дамах губернского города». Здесь показная сторона жизни высших кругов
провинциального общества раскрывается с особенной наглядностью. С
уничтожающей иронией говорит Гоголь о той «презентабельности», о том
этикете, который лишь больше обнажал пустоту и пошлость этого благо
лепия: «Дамы города N. Были то, что называют презентабельны, и в этом
отношение их можно было смело поставить в пример всем другим. Что до
того, как вести себя, соблюсти тон, поддержать этикет, множество приличий
самых тонких, а особенно наблюсти моду в самых последних мелочах, то в
этом они опередили даже дам петербургских и московских. Одевались они с
большим вкусом, разъезжали по городу в колясках, как предписывала
последняя мода, сзади покачивался лакей, и ливрея в золотых позументах».
(I, с.303). Однако и лакей в ливрее и вся прочая «презентабельность» дам Города N., не способны прикрыть, приукрасить привилегированного
«общества».
          Гоголь глубоко проникает в «тайную» жизнь этого «блестящего»
общества, ясно видит те пружины, которые движут страсти и интересы его
представителей, во всей их ничтожности, во всей их ничтожности, во всем их
лицемерном ханжестве и моральной нечистоплотности. Мелкая зависть,
гаденькие интрижки, сплетни – вот подлинные «духовные» интересы,
которые составляют все содержание жизни дам «приятных во всех
отношениях». Но чем безнравственнее, лицемернее их поведение, тем с
большей строгостью они относятся к соблюдению «приличий»  и «правил»
прописной казенной морали: «В нравах дамы города N. был строги, испол
нены благородного негодования противу всего порочного и всяких соблаз
нов, казнили без всякой пощады всякие слабости. Если же между ими и
происходило какоенибудь то, что называют другоетретье, то оно происхо
дило в тайне, так что не было подаваемо никакого вида, что происходило…»
(I, с.304).
         Особенно язвительно разоблачает Гоголь это лицемерие и душевное
ничтожество провинциального общества, когда проносится слух о том, что
Чичиков накупил «душ» чуть ли не на миллион рублей. Уверенные в том, что
Чичиков «миллионщик», дамы города N., всячески стремятся привлечь его
внимание. «Нежное расположение к подлости»,  как говорит Гоголь,  вызванное слухами о «миллионстве», заставляет их проявить всемерное
внимание к Чичикову. «Миллионщик,  замечает Гоголь,  имеет ту выгоду,
что может видеть подлость, совершенно бескорыстную, чистую подлость, не
основанную ни на каких расчетах: многие очень хорошо знают, что ничего не
получат от него и не имеют никакого права получить, но непременно хоть
забегут ему вперед, хоть засмеются, хоть снимут шляпу, хоть напросятся
насильно на тот обед, куда узнают, что приглашен миллионщик». Ирония
Гоголя и здесь направлена против растленной, отвратительной власти
денежного мешка.
        Гоголь находит особенно злые сатирически обобщенные образы для
изображения той духовной нищеты и безобразия чиновнодворянского
общества, прикрываемых блестящей позолотой внешнего великолепия.
«Блистающая гирлянда дам», несших «целые облака всякого рода благоуха
ний», «ленточные банты и цветочные букеты»  все это мелькает, как
призрачная фантасмагория, все это лишь «видимость», чудовищный
маскарад, призванный прикрыть безобразие и несправедливость «блестя
щего» дворянского общества.
        Картина провинциального города приобретает широко обобщенный
характер: это в миниатюре все крепостнически – чиновная Россия, с ее
взяточничеством, чинопочитанием, казнокрадством, паразитической мелочностью интересов. Лицемерное притворство, показное радушие
прикрывают звериные, хищнические нравы, духовное убожество и моразм,
хамство и корыстолюбие, безудержный гнет и разорение народа.
        Критика Гоголя направлена не только против губернского, но и против
столичного чиновничества. Этой цели служит введенная в поэму «Повесть о
капитане Копейкине».
        Капитан Копейкин, потерявший в Отечественной войне руку и ногу и
лишенный возможности зарабатывать на хлеб, приезжает в столицу, к
самому министру, и просит помощи. В ответ он слышит только обещанья; а
затем капитана за его настойчивость высылают из Петербурга.
        В повести о Копейкине довольно ясно вырисовывается идея самоотвер
женного служения родине, сплетающаяся с темой Отечественной войны.
Тема эта отнюдь не случайно возникает в «Мертвых душах». Она не только
живо оттеняет разгул эгоизма и своекорыстия, но и напоминает о тех
высоких обязанностях, которые не существовали ни для поместных хозяев,
ни для чиновных особ. И именно потому, что образ Копейкина – это образ
защитника отечества, он несет в себе положительные начала, которые ставят
его значительно выше всяких «существователей» и приобретателей. Юмор, с
которым рассказана эта история, заключает в себе глубокое сочувствие автора к герою, сочувствие, отчетливо проступающее через специфическую
форму сказа, избранного писателем для этой повести против растленной,
отвратительной власти денежного мешка.
        Гоголь находит особенно злые сатирически обобщенные образы для
изображения той духовной нищеты и безобразия чиновнодворянского
общества, прикрываемых блестящей позолотой внешнего великолепия.
«Блистающая гирлянда дам», несших «целые облака всякого рода благоуха
ний», «ленточные банты и цветочные букеты»  все это мелькает, как
призрачная фантасмагория, все это лишь «видимость», чудовищный маска
рад, призванный прикрыть безобразия и несправедливость «блестящего»
дворянского общества.
         Картина провинциального города приобретает широко обобщенный
характер: это в миниатюре все крепостнически – чиновная Россия, с ее
взяточничеством, чинопочитанием, казнокрадством, паразитической мелоч
ностью интересов. Лицемерие притворство, показное радушие прикрывают
звериные, хищнические нравы, духовное убожество и маразм, хамство и
корыстолюбие, безудержный гнет и разорение народа.
         Критика Гоголя  направлена не только против губернского, но и против
столичного чиновничества. Этой цели служит введенная в поэму «Повесть о капитане Копейкине».
         Капитан Копейкин, потерявший в Отечественной войне руку и ногу и
лишенный возможности зарабатывать на хлеб, приезжает в столицу, к
самому министру, и просит помощи. В ответ он слышит только обещанья; а
затем капитана за его настойчивость высылают из Петербурга.
       В повести о Копейкине довольно ясно вырисовывается идея самоотвер
женного служения родине, сплетающаяся с темой Отечественной войны.
Тема эта отнюдь не случайно возникает в «Мертвых душах». Она не только
живо оттеняет разгул эгоизма и своекорыстия, но и напоминает о тех
высоких обязанностях, которые не существовали ни для поместных хозяев,
ни для чиновных особ. И именно потому, что образ Копейкина – это образ
защитник отечества, он несет в себе положительные начала, которые ставят
его значительно выше всяких «существователей» и приобретателей. Юмор, с
которым рассказана эта история, заключает в себе глубокое сочувствие
автора к герою, сочувствие, отчетливо проступающее через специфическую
форму сказа, избранного писателем для этой повести.
        Повесть о капитане Копейкине имела и то важное значение, что
писатель показал в ней высшие сферы государственной власти. Наряду с
поместными хозяевами, жителями губернского города, известное отражение получил и чиновноаристократический Петербург. В рассказе почтмейстера
Петербург сближается в Вавилоном, погрязшем в грехах и обреченном на
гибель.
      Судьба воина, защитника родины, которого ждет верная смерть от голода,
совершенно безразлична знатному сановнику. Он глубоко равнодушен к ней.
        Превращение героя войны 1812 года, патриота в атамана разбойничьей
шайки говорит о том, что капитан не примирился безропотно со своей
тяжелой участью: «Когда генерал говорит, чтобы я поискал сам средств
помочь себе,  хорошо …я… найду средства!» ( I, с.352). Вся повесть – это
приговор Гоголя современному бездуховному миру.
       Основная тема поэмы – пути развития России, ее настоящее и будущее.
Горячая любовь писателя к родной стране рождала его негодование против
тех, кто сковывал развитие творческих сил нации, народа. Страстно веря в
лучшее будущее России, Гоголь развенчивал «хозяев жизни»  тот класс
общества, который считал себя носителем высокой исторической мудрости,
создателем всех духовных ценностей, накопленных страной в течение веков.
Образы, нарисованные писателем, свидетельствовали о том, что люди,
подобные  Манилову. Собакевичу, Плюшкину, не могут быть ни воплоще
нием исторического разума, ни создателями духовных ценностей. Нищие духом, они не способны на подлинное проявление творческой энергии.
        Как справедливо отмечает Храпченко, «угасание человеческого в
привилегированной среде выражается не только в духовном оскудении, но и
в моральной деградации. В большинстве своем действующие лица поэмы
охвачены эгоистическими  чувствами, корыстными стремлениями, иных
человеческих отношений для них не существует. Выключенные их сферы
полезной человеческой деятельности, живущие своими узкими ограничен
ными интересами,  Маниловы, коробочки, Собакевичи и Плюшкины
выступают носителями отсталости и инерции, неподвижности и творческой
немощи». Гоголь раскрыл не только их отчужденность «от живых потребнос
тей страны, но и то, что формы жизни утверждаемые ими находятся в резком
противоречии с запросами и нуждами исторического развития России.
Исторический прогресс никак не совместим с косностью, застоем, которые
олицетворяют собой герои «Мертвых душ». Одновременно писатель показал,
что и чичиковы в своей активной деятельности исходят также отнюдь не из
интересов нации, народа». (XV, c.354355).
       Через весь I том «Мертвых душ» проходит тема России, тема народа. Это
внутреннее течение поэмы, тот ее глубокий художественный подтекст, вне
которого она не существует как цельное поэтическое произведение. «Гоголь чувствовал,  писал Герцен,  и многие другие чувствовали вместе с ним – за
мертвыми душами есть души живые». (VI, т.18, с.188).
       Гоголь ясно ощущал, какие необъятные живые силы кроются в недрах
страны, в недрах русского народа. Образам ничтожных, мелочных людей –
поместных владетелей, приобретателя Чичикова противопоставлен образ
великой Руси, обладающей богатырской мощью. Здесь как раз и получает
свое полное раскрытие  основная идея I тома «Мертвых душ»,
заключающаяся в отрицании общественного застоя, духовной косности,
омертвения во имя прогресса, во имя широкого развития творческих сил
народа.
        Образ России – это образ родины, в котором приоткрывается не Россия
«мертвых душ», уродовкрепостников, а Россия народная, Россия будущего.
Именно этот образ родины возникает из знаменитого уподобления
несущейся «тройкептице» России.
        Образ стремительно летящей вперед по бесконечным пространствам
тройки передает устремленность в будущее, ликующее чувство простора,
воли, движения, широты размаха и удали русского характера: «И какой же
русский не любит быстрой езды? Его ли душе, стремящейся закружиться,
загуляться, сказать иногда: «черт побери все!»  его ли душе не любить её?»
(I,с.395). Отвага, «бойкость», уменье и расторопность – таковы коренные
свойства русского характера, лирически выраженные в образе тройки.
        Потомуто такое большое значение приобретает в поэме и образ дороги.
В нем передана вера автора в будущее, пафос движения – в противовес
застою, неподвижной косности «мертвых душ». Образ дороги возникает в
авторских отступлениях как напоминание об иной жизни, чем тусклая и
косная жизнь помещичьих усадеб, чем пошлое прозябание обывателей
города. Тема дороги проходит через всю поэму, намечаясь уже во второй
главе, в описании поездки Чичикова в имение Манилова: «Едва только ушел
назад город, как уже пошли писать, по нашему обычаю, чушь и дичь по
обеим сторонам дороги: кочки, ельник, низенькие жидкие кусты молодых
сосен, обгорелые стволы старых, дикий вереск и тому подобный вздор»,
(I,с.395).
           Все настойчивее и шире звучит далее лирическая тема дороги, как
тема выхода за пределы гнусной и тусклой сферы существования «мертвых
душ».
         В главе о Плюшкине Гоголь опять вспоминает о дороге, о своих
юношеских впечатлениях, связанных с дорогой. Она напоминает ему о
свежести и чистоте юношеских стремлений и чувств, и размышление о ней завершается грустной лирической фразой: «О моя юность! О моя свежесть!
(I,с.254).
           Россия в дороге – это Россия, пришедшая в движение, хотя конкретные
цели  и характер этого движения писателю не ясны. Картина, нарисованная
Гоголем, проникнута чудесным видением мира, взволнованным лирическим
дыханием автора. Завершается она упоминанием о «горизонте без конца».
Печальное описание дороги сменяется полными оптимизма и веры впечат
лениями: «А воздух, а небо, далекое, высокое там, в недоступной глубине
своей, так необъятно, звучно и ясно раскинувшееся!...» И автор восторженно
восклицает: «Боже! как ты хороша подчас далекая, далекая дорога! Сколько
раз, как погибающий и тонущий, я хватался за тебя, и ты всякий раз меня
великодушно выносила и спасала, а сколько родилось в тебе чудных
замыслов, поэтических грез, сколько предчувствовалось дивных впечат
лений!» (I,с.370). Все эти поэтические образы передают веру в будущее, в
богатырскую мощь народа, оптимистический пафос поэмы.
       Образ Руси Гоголь рисует через систему отрицательных сравнений,
отсекая все, что ей не свойственно.
        Для Гоголя образ Руси существует в единстве прошлого, настоящего,
будущего. Русь Гоголь пытается постичь, вслушиваясь в бесконечную русскую песню, через пророчество всего необъятного простора. Гоголь
пытается понять тайну своей связи с ней, человеческого долга перед ней.
«Русь, чего же ты хочешь от меня? Что пророчит сей необъятный простор?»
Могучее пространство создает условие для появления богатыря. Гоголь
верит в русское богатырство, в колоссальную мощь Руси.
       Тема богатырства также проходит через всю поэму, возникая почти
незаметно в первой главе (упоминание о «нынешнем времени», «когда и на
Руси начинают уже выводиться богатыри»), и затем, развиваясь до подлин
ного апофеоза, в заключительной главе («Здесь ли не быть богатырю..»).
Гоголь дает живое воплощение «темному пророчеству», создавая на
страницах «Мертвых душ» образы русских богатырей.
        Эпическую по своей художественной природе тему богатырства Гоголю
удается воплотить, не выходя сюжетно из рамок своей эпохи, из художест
венного мира, через край переполненного пародией.
        Прием, с помощью которого Гоголь создает необходимую
художественную дистанцию между пародийным миром современных ему
героев и эпическим миром богатырей, состоит в том, что в образной ткани
поэмы последние получают «плоть» как бы иного художественного качества.
Поскольку все они входят, согласно сюжету, в число мертвых и беглых
«душ», читателю они представлены не как непосредственная данность, а лишь в речах и мыслях других персонажей. Такую же «вторичную»
художественную природу следует признать и у богатырей из авторских
отступлений.
         Так портрет Багратиона в доме Собакевича (как и портрет Кутузова,
висевший в комнате у Коробочки) – это у Гоголя не простая примета эпохи.
Вместе с присутствующими в каждой главе поэмы того или иного рода
напоминаниями о периоде французского нашествия они выражают собой ту
же тему русского богатырства, продолженную из глубокого прошлого в
настоящее, так что «сказочный» гиперболизм незаметно переходит в
историческую реальность и сливается с ней. Жест Собакевича в сторону
Багратиона как бы сводит воедино тему богатырей тружеников и богатырей –
воинов, приобщая тем самым первых к «священному и непререкаемому
преданию» каким уже была в эпоху «Мертвых душ» память о войне 1812
года. Это отчетливо проявляется в словах Чичикова о Степане Пробке:
«Пробка Степан, плотник, трезвости примерной. А! вот он, Степан Пробка,
вот тот богатырь, что в гвардию годился бы!» (I, с.279).
       Русское богатырство Гоголь видит в каждом русском человеке, даже в
своих страшных деформированных героях: у Манилова богатырство во всеотзывчивости, у Коробочки – в способности довести свое маленькое
хозяйство до изобилия, у Собакевича – в русской мощности и прагматизме, у
Плюшкина – в служении идее обогащения, у Чичикова – в предприим
чивости.
       Утверждавший, что «поэзия есть правда души», Гоголь самое правдивое
выражение души народа находил в его песнях, где звучали и тоска, и горе, и
богатырская удаль. Наброски крестьянских биографий в седьмой
 главе
с очевидностью выдают свое происхождение от русских бродяжьих,
ямщицких, бурлацких и разбойничьих песен: «Ты что был за человек?
Извозом ли промышлял и, заведши тройку и рогожную кибитку, отрекся
навеки от дому, от родной берлоги и пошел тащиться с купцами на ярмарку
<…>. Плохо ли вам было у Плюшкина или, просто, по своей охоте гуляете по
лесам да дерете проезжих? По тюрьмам ли сидите или пристали к другим
господам и пашете землю?...». (I, с.280). даже внутреннюю речь Чичикова,
обращенную к этим крестьянам, Гоголь, рискуя нарушить цельность образа,
приближает к народной: «… что вы, сердечные мои, поделывали на веку
своем? Как перебивались?» (I, с.279).
          Обратим внимание на то, в каких выражениях, в какой стилистической манере изложены крестьянские биографии на страницах поэмы. Все они
построены так, как будто речь идет не о бесправных, а потому и
безынициативных, инертных существах, а о людях, которые сами выбирают
для себя образ действий, сами строят свою судьбу. Структурная общность
этих биографий определяется проходящим через каждую из них мотивом
движения.
         В гоголевской поэтике он всегда говорит о живой душе персонажа.
«Чай все губернии исходил с топором за поясом <…> гдето носят вас теперь
ваши быстрые ноги? <…> и ты переезжаешь себе из тюрьмы в тюрьму <…>.
Тамто вы наработаетесь, бурлаки! И дружно, как прежде гуляли и бесились,
приметесь за труд и пот, таща лямку под одну бесконечную, как Русь,
песню». (I, с.280281).

             Г.Гуковский справедливо отмечает: «Без мысли о народе книга
Гоголя не существует. Эта мысль о народе пронизывает книгу насквозь, от
начала до конца, буквально от первой страницы до последней.» ( VIII, c.495).
        Изображая крестьян, Гоголь не идеализирует их, он видит «идиотизм»
рабства, с горечью показывает, к чему ведет бесправное, забитое и
безнадежное существование. Говоря о комических и горестных зарисовках
«идиотизма» рабского существования, Г.А.Гуковский делает вывод из
подобного изображения крепостных крестьян: «Было бы совершенно неверно
представлять  дело так, будто гоголевское отрицание, гоголевская сатира вовлекают в свою орбиту и крестьян, народ. На самом деле, сатирически
разоблачая помещиков и чиновников, господ жизни, Гоголь в «Мертвых
душах» представляет народ как жертву неправильного устройства жизни;
поэтому самое убожество крестьянского бытия для Гоголя является
обвинением никак не народу, а именно господам и укладу общества,
доведшим жизнь народа до убожества» ( VIII, c.499).
        Так в поэме предстает перед читателем галерея образов крепостных
России – тут и русские богатыри, трудолюбцы – крестьяне, «возлюбившие
вольную жизнь», и беглые крепостные, ищущие воли от рабства в разбое,
«забубенные русские головушки»…»Все это раздумье о лихой судьбе
русского человека из народа окрашено в тона эпические, фольклорные и
заканчиваются картиной могучего веселья труда, «разгула широкой жизни»,
о которой, по словам Гоголя, не может не задуматься всякий русский
человек». ( VIII, c.505).
        Писатель необычайно высоко оценивал природную талантливость
русского крестьянина, его бойкий, живой ум, острую наблюдательность. «Го
голь великолепно чувствовал все неисчерпаемое богатство русского языка, в
котором с такой полнотой выразился русский национальный характер,
отмечает Н.Степанов в своей работе.  С восторгом писал он о метком
русском слове, которое «вышло из глубины Руси… где все самсамородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает
его, как наседка цыплят, а вылепливает сразу, как пашпорт на вечную носку,
и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы – одной чертой
обрисован ты с ног до головы!». Этим чудесным умением обрисовать «одной
чертой» «с ног до головы» человека, создать типический и вместе с тем
жизненно яркий образ – сам Гоголь владел в полной мере (XIV, с.496).
         Не случайно Гоголь пишет и о бесконечной, как Русь, песне, которую
поют бурлаки, принимаясь за труд. Песня, как и слово, являлась
воплощением жизненной энергии народа, его творческих способностей,
высоты душевного подъема.
       «Гоголевское сравнение Руси с песней открывает нам одну из важных
сторон мироощущения художника. Представление о родине было у него не
просто логическипонятийным. Прежде и более всего оно было музыкаль
ным,  верно заметила Е.Смирнова. – В период создания «Мертвых душ»,
когда образ родины расширился у Гоголя до пределов всей Руси, он слился у
писателя со звуками русских крестьянских напевов». (XIII, с.36).
        Вспомним фрагмент из одиннадцатой главы: «Русь! Русь! <…> почему
слышится и раздается немолчно в ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей
длине и ширине твоей от моря до моря, песня? Что в ней, в этой песне? Что
зовет, и рыдает, и хватает за сердце? Какие звуки болезненно лобзают и стремятся в душу и вьются около моего сердца? Русь! Чего же ты хочешь от
меня?» ( I, с.368).
         «Проза Гоголя,  писал Андрей Белый,  полна напева <…> напев не
выразим всецело ни в былинном речитативе, ни в песенном ладе; последний,
как гребень волны, поднимается, но на волне, состоящей из всей ткани
напева; отдельные песенные строфы. Которыми заострены коегде ритмы
Гоголя, действуют мощно лишь потому что они – всплески пены всей
…речевой массы, образующей напевную волну». Далее поэтисследователь
пишет: «Шумит вся речевая ткань Гоголя <…> над всей массой текста
поднимается глухонапевный шум; я так называю его: ритмы его полувнятны;
они глухо волнуют, томя музыкой…» (II, с.218219).
         Музыка гоголевского слова и создает в поэме образ России – бедной и
серой, согласно прямому значению слов автора, «Ослепительного видения»,
«синей дали» (Блок), согласно звучащей в них музыке.
         В 1846 году Гоголь писал: «Благозвучие не так пустое дело, как думают
те, которые незнакомы с поэзией. Под благозвучие, как под колыбельную,
прекрасную песню матери, убаюкивается народмладенец еще прежде, чем
может входить в значение слов самой песни <…> Оно так же бывает нужно,
как во храме куренье кадильное, которое уже невидимо настроят душу  к слышанью чегото лучшего прежде, чем началось самое служение». «К
слышанью чегото лучшего» в будущем России настраивает и напевность
гоголевского повествования. Придавая цельность всему сложному
художественному организму «Мертвых душ», внутренняя музыка этого
произведения еще раз подтверждает его право называться поэмой.
         Если песенная поэтика служит в произведении воссозданию таких
«свойств» русского человека, как свободолюбие, отвага, широта души, то
критическое освещение его недостатков опирается на стихию пословиц.
        Гоголь находит способы тотального охвата больших комплексов
пословиц и тематически близких к ним произведений других фольклорных
жанров, окружая своих героев образами, ставшими символами тех или иных
человеческих отпечаток, лежащий на всем, что связано с Собакевичем. В
случае с Коробочкой ту же Оль играют многочисленные птицы, на фоне
которых она появляется в поэме. Все эти птицы (индюк, куры, сороки,
воробьи) прочно связаны в фольклорной традиции с обозначением глупости,
бессмысленной хлопотливости или, попросту говоря, безмозглости – качеств,
персонифицированных Гоголем в личности его героини.
         Таким же точно образом фигура Ноздрева освещена его испорченной
шарманкой. «Что же касается пословицы, открыто характеризующей лич ность Манилова,  «ни в городе Богдан, ни в селе Селифан» (I, с.162),
думается, что она послужила и источником имени для кучера главного героя
поэмы, поскольку в паре Селифан – Петрушка первый как раз олицетворяет
сельское начало, тогда как второй – городское». (XIV, с.40).
        Гоголь –лирик, Гоголь – жизнелюбец вдохновенно выразил свою любовь
к родине, свою веру в народ в лирических описаниях природы, в своих
«лирических отступлениях», которые Н.Степанов назвал «лирическими
наступлениями» автора. Это не только пейзажи, бытовые зарисовки,
дополняющие и обрамляющие ход действия. В них и лирическифилософс
кие размышления, и взволнованная авторская исповедь и утверждение всего
того прекрасного и гармоничного, что противостояло страшному миру
«мертвых душ». Такое лирическое начало и делает произведение Гоголя
поэмой, придает ей внутреннюю глубину, смысловой «подтекст», раскрывая
положительный идеал, одушевлявший автора. Потомуто лирические
отступления написаны с той вдохновенной патетикой, с тем волнением,
которые делают их всего рода «стихотворениями в прозе», даже интонацион
но и ритмически приближая к поэтической речи. Фразы в таких отступлениях
«взвихрены» этим взволнованным выражением авторского переживания.
Образы приобретают ту благородную, светлую красоту, которая увидена писателем в родной природе, в прекрасном и высоком идеале народной жиз
ни, не мирящейся с господством стяжателей, бездушных «существователей»,
угнетателей народа.
        В I части поэмы устремление в будущее, патриотический и оптимисти
ческий пафос рождались из веры в народ, из горячей любви писателя к своей
родине. Поэтому таким вдохновенным, взволнованным призывом к будущее
му, непоколебимой верой в творческие силы народа, которым суждено
проявиться в историческом развитии России, звучат заключительные слова
поэмы о «птицетройке»  о России: «Чудным звоном заливается
колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит
мимо все, что ни есть на земле, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу
другие народы и государства». (I, с.396). Это летит в свое великое будущее
не Россия «мертвых душ» крепостнического государства, а Россия народная,
Россия, обретшая свою силу в народе.
           Пламенно веря в великое будущее России, Гоголь, однако, не
представлял себе ясно тот путь, который должен привести страну к могу
ществу, славе, процветанию: «…дай ответ. Не дает ответа…» (I, с.395).

           Пушкинская народность, входившая в пушкинскую мысль «Мертвых
душ», определила единство отрицания страшного мира крепостнической
России и утверждения положительного начала, носителем которого выступал в поэме народ. В этом пафосе утверждения народных, национальнорусских
идеалов жизни отчетливо проступал пушкинский пафос национального и
народного. Именно за это Гоголь и назвал Пушкина русским национальным
поэтом. И Белинский в статье о «Мертвых душах» определяет Гоголя по
пушкинскому эталону, называя его «русским национальным поэтом» (IV, т.6,
с.217). Именно потому Гоголь и смог написать подлинную русскую поэму.
          Г.Гуковский отмечает: «…»Мертвые души»  не обычный роман, и
обычного сюжета в этой поэме нет. Но если в «Мертвых душах» показана в
едином охвате вся современная Гоголю Русь, то показана она в борении двух
сил, обнаруженных в ней Гоголем: силы отрицательной, силы зла, воплощен
ной помещиками и чиновниками, да и денежной спекуляцией грядущего
дельца в придачу,  и силы положительной, силы народа». (VIII, с.505506).
         Наблюдения эти над идейной структурой поэмы и верны и точны.
Гоголь писал «Мертвые души», переполненный впечатлениями русской
жизни, в которых важное место занимала литература 30х годов. И   творче
ство Пушкина в первую очередь.
         Появление в поэме Гоголя образов двух Россий, поэтическое раскрытие
раскола нации, имело громадное значение для последующего развития
русской литературы. Но идея двух Россий была выражением духа времени. Потому Лермонтов М.Ю. написал «Родину» и стихотворение «Прощай,
немытая Россия…», в котором точно выразил мысль о двух Россиях: «Страна
рабов, страна господ».
        «Но за гоголевским и лермонтовским образами стоит опыт Пушкина,
просвечивает пушкинская мысль,  замечает Г.Макогоненко. – Первое и еще
очень робкое поэтическое проявление этой мысли уже обнаруживается в
романе «Евгений Онегин», и, чем ближе к концу, тем отчетливее… Тенден
ция эта присутствует в «Повестях Белкина» и в «Истории села Горюхина».
Раскол нации социально мотивирован в «Истории Пугачева»…Образно две
России раскрыты и показаны Пушкиным в «Капитанской дочке»…Концеп
ция двух Россий была выстрадана Пушкиным, определилась в итоге его
напряженной работы художника и историка, поставившего перед собой
задачу познания народа». (Х, с.219220).
        Говоря словами Белинского, идея Гоголя о двух Россиях в «Мертвых
душах»  пушкинская, одна из кардинальных пушкинских. И потому
органически входила в ту мысль «Мертвых душ», которую Пушкин раскрыл
Гоголю.
        Концепция двух Россий объясняет и пушкинскую народность. Вот
почему положительное начало поэмы с наибольшей энергией выражено в
поэтическом образе Автора. В «Мертвых душах» програмнее и масштабнее проявилась пушкинская народность, когда автор смотрел на мир чиновничье
– помещичьей и крестьянской России глазами народа.
            Г.А.Гуковский тонко проанализировал образ Автора, рассказчика в
«Мертвых душах»: «…Если почти все главные персонажа и поэмы враждеб
ны народу и вредны родине, то один и, пожалуй, самый главный персонаж
ее, поэтавтор,  друг народа и верный сын родины. Образ того, кто поведал
нам о мире Плюшкиных и кувшинных рыл, вступает в борьбу с этим миром,
отрицает этот мир и побеждает его. Это и есть образ русского поэта». (VIII,
с.506).
         Авторская позиция в поэме толкуется как результат «прозрения» гения
Гоголя, как индивидуальная способность обобщать народное сознание «в
вещем слове». Несомненно, что образ Автора –рассказчика в поэме – это
огромное событие в русской литературе. Но при этом важно помнить, что
возможность создания такого образа заложена в концепции пушкинской
народности, великолепно и точно понятной Гоголем. Писатель –
интеллигент, индивидуальная личность становится воплощением «духа
народа», оказывается выразителем народного самосознания, потому что
смотрит на явления мира глазами трудящейся массы. «…Великие произведения искусства становятся вечными спутниками
человечества. Они не знают старости и увядания. Каждая эпоха поновому
прочитывает эти произведения и всякий раз открывает в них чтото новое и
очень важное для людей, помогающее им глубже понимать прошлое и
настоящее того мира, в котором они живут, то есть понимать жизнь в ее
непрестанном историческом движении. «Мертвые души» принадлежат к
числу таких произведений, глубина мысли, немеркнущая художественная
красота, поэзия которых чрезвычайно дороги людям». (IX, с.140). И в этом
нельзя не согласиться с автором статьи «О великой поэме Гоголя». СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.
I. Гоголь Н.В. Ревизор. Мертвые души.
         Казань: татарское книжн.издат., 1980.
II. Белый Андрей. Мастерство Гоголя. М.;Л., 1934.
III. Белинский В.Г. Избранные статьи. М.: Детская литература, 1975.
IV. Белинский В.Г. Полн.сборн.соч.: В 13т., М.:АН СССР, 19531956.
V. Большакова С.А. Как мы открывали Гоголя. Журнал «Литература в
Школе» № 4/2005г.
VI. Герцен А.И. Сборн.соч.: В 30т.,М., 1954.
VII. Гольденвейзер А. Вблизи Толстого. Т.I, М.,1922.
VIII. Гуковский Г.А. Реализм Гоголя 2е изд. М.;Л., 1969.
IX. Машинский   С.И.   О   великой   поэме   Гоголя.   Вступ.статья.   Казань:
Татарск.книжн.издво, 1980.
X. Макогоненко   Г.П.   Гоголь   и   Пушкин.   Л.:   Соврем.писатель,
ленингр.отд.,1985.
XI.
Рогалев А.Ф. Подтекст именования персонажей в поэме Н.В.Гоголя
«Мертвые души». Журнал «Литература в школе». № 4/2005
XII. Сысоева Н.П. Русский стихотворный эпос второй трети   XIX  века,
Оренбург: Издатво ОГПУ, 2003.
XIII. Смирнова Е.А. Поэма Гоголя «Мертвые души», Л.1987.
XIV. Степанов Н.А. Н.В.Гоголь, М., 1959
XV. Храпченко   М.Б.   Николай   Гоголь:   Литературный   путь.   Величие
писателя, М., 1984.

file_name: Содержание.doc

intro: Научно-исследовательская работа по русской литературе I половины XIX века  Тема: «Лирические отступления в поэме Н.В.Гоголя  «Мертвые души»" может быть использована как учителем, так и учащимися для подготовки к уроку литературы в 9 классе. В данной работе содержится информация об истории создания, жанре поэмы(1 часть) и анализ лирических отступлений  (2 часть)«Лирические отступления в поэме Н.В.Гоголя  «Мертвые души»