extracted_text:
Выпускная квалификационная работа
На тему: "Бардовская песня в творчестве Сергея Никитина.
Особенности стиля и жанра"
Содержание
Введение
Глава 1. Процесс становления бардовской песни в отечественной музыкальной
культуре
1.1 Феномен авторской песни
1.2 Основные представители авторской песни. Краткая характеристика их
творчества
1.3 Основные исторические этапы развития жанра авторской песни
Глава 2. Творчество Сергея Никитина
2.1 Жизненный и творческий путь
2.2 Особенности композиторского и исполнительского стиля Сергея
Никитина
2.3 Жанровое разнообразие песен С. Никитина. Анализ музыкально
содержательной стороны отдельных песен 2.4 Борис Рыжий. Личность и творчество поэта
2.5 Песни на стихи Бориса Рыжего
Заключение
Список используемой литературы
Приложение Введение
Как впору ему этот свитер!
Как точен аккомпанемент!
Он прежде всего – композитор,
Но главное – интеллигент.
Б. Окуджава (о С. Никитине)
Цель данной работы – привлечь внимание к такому яркому, богатому и
ценному   явлению   нашей   культуры,   как   авторская   или   бардовская   песня.
Несмотря   на   то,   что   в   нашей   стране   этот   обширный   культурный   пласт
существует уже около 50 лет, он, на наш взгляд, незаслуженно обходится
стороной   большинством   музыкантовтеоретиков   и   исследователей.   Если
литературоведы   посвящают   свои   труды   творчеству   Высоцкого,   Окуджавы,
Галича, Визбора, Новеллы Матвеевой, то очень трудно найти какуюнибудь
книгу   или   даже   монографию   о   музыкальной   стороне   бардовской   песни,   о
выдающихся композиторах, таких, как Сергей Никитин и Виктор Берковский,
хотя у этих и многих других авторов музыка чрезвычайно интересна.
  В наше время, когда телевизионные экраны, радиоэфир и интернет
пространство   заполнены   эстрадой   не   самого   высокого   качества,   порой
примитивной и даже пошлой (за редким исключением), хочется обратиться к
этим   произведениям,   которые   заставляют   размышлять,   сострадать;
радоваться удачам и сочувствовать в горе, понимать, наконец, любить.
 В этом отношении жанр бардовской песни самый демократичный, так
как он заставляет думать и переживать, но, в то же время, он не настолько
сложен   и   глобален,   как,   скажем,   классическая   музыка   и   классическая
литература; не так официозен и заштампован, как советская массовая песня.
С   другой   стороны,   у   бардов   мы   найдем   все   извечные   темы:   человеческие
отношения   и   переживания,   любовь,   верность   долгу   и   чести,   «романтику
дорог».   В   этих   песнях   есть   и   юмор,   и   ирония,   и   лирические   чувства.   По словам Сергея Никитина, в них уже сейчас есть и своя классика, свои эпигоны
и   мэтры,   и   даже   своя   «эстрада».   Это   огромный   сформировавшийся
культурный слой, дающий большие возможности для изучения.
  Творчество   авторов,   корифеев   жанра   самодеятельной   песни,
заслуживает самостоятельного изучения. Музыкальная критика о песне не так
мобильна   и   обширна,   как   сам   песенный   жанр,   и   разновидность   его   –
самодеятельная песня – еще малоизученное явление. Чтобы остановить на нем
более   пристальное   внимание,   требуются   отдельные   диссертации   и
исследования – настолько оно обширно.
  Феномену   авторской,   бардовской,   самодеятельной   песни,   а   также
одному   из   признанных   классиков   этого   направления   в   музыке,   Сергею
Никитину,   будет   посвящена   данная   работа.   Не   будучи   профессиональным
музыкантом, он, благодаря своему таланту, яркой природной музыкальности,
несомненно,   достиг   вершин   на   выбранном   им   пути.   Его   песни   стоят
особняком и коренным образом отличаются от строго бардовских песен тем,
что   Никитин   не   пишет   стихов,   он   сочиняет   только   музыку   на   стихи
классических русских, советских и зарубежных поэтов, на стихи «золотого
фонда» поэзии, как говорит он сам. Поэтому бардом его можно назвать лишь
условно. Но будучи другом и соавтором Б. Окуджавы, Ю. Визбора и других
классиков авторской песни, будучи интеллигентом 60х, Никитин впитал ту
среду,   тот   дух,   присущий   именно   бардам,   что   и   дает   нам   основание
рассматривать его творчество в контексте авторской песни.
  В   настоящей   работе,   связанной   именно   с   музыкальной   стороной
авторской   песни,   основной   раздел   будет   посвящен   анализу   яркого,
самобытного творчества композитора Сергея Никитина. На примере лучших
песен   композитора   различной   жанровой,   образной   направленности   мы
постараемся приблизиться к пониманию его работы с поэтическим текстом,
обобщить черты композиторского стиля и его эволюцию.  Глава 1. Процесс становления бардовской песни в отечественной
музыкальной культуре
1.1 Феномен авторской песни
В   конце  1950х,  начале  60х   годов   в   СССР,   во   времена   хрущевской
  советской
«оттепели»   возникло   сообщество   культурных   людей,
интеллигенции,   людей   совершенно   разных   профессий   –   учителей,   актеров,
ученых, которые в противовес официозным советским песням, взяли в руки
гитары, и, не обращая внимания на свои вокальные данные, запели негромкие
песни   на   кухнях,  у   костров,   в  поездах,  туристических   походах.   Они   сами
придумывали незатейливые мелодии, сами придумывали слова, и сами пели
их,   аккомпанируя   себе   на   гитаре.   Так   и   родилось   в   России   движение
авторской   или   бардовской   песни.   Ее   создатели   не   писали   плакатов,   не
выходили на митинги, но в их песнях чувствовался дух свободы, молодости,
несогласия  с  закоренелой   системой,  когда,  еще   недавно,  при   Сталине,  все
боялись  не только  говорить,  но  и  думать. Поэтому  песни эти  развивались
параллельно советским, их тогда еще, в начале 60х, не исполняли на радио,
но, тем не менее, поющих становилось все больше, и песни эти, вслед за их
авторами, запел весь народ. Позже стали устраиваться домашние концерты,
появились кассеты с записями, пластинки и таким образом авторская песня
стала понастоящему массовой: стали появляться клубы, движения, начали
проводиться фестивали. Но главный путь распространения этих песен – от
души   к   душе,  от   сердца   к   сердцу.  И   сейчас   уже   невозможно   представить
культуру   нашей   страны   без   этого   жанра,   ставшего   уже   поистине
классическим, жанра авторской или бардовской песни.
В обычных песнях  профессиональный  композитор  создает  музыку  на
стихи профессионального поэта. Затем профессиональный певец разучивает и исполняет   эту   песню   под   аккомпанемент   профессионального
инструменталиста.   В   авторской   же   песне,   один   человек,   чаще   всего,   всё
делает   сам:   сам   сочиняет   стихи,   музыку,   сам   же   и   исполняет   песню,
аккомпанируя себе на гитаре. Вот поэтому, если человек всё делает сам, он –
создатель песни, ее полноценный автор. Отсюда название – «авторская песня».
Сами барды так высказались по этому поводу:
Владимир   Высоцкий:   «Я   занимаюсь   авторской   песней   –   сам   пишу
тексты, сам исполняю. «Авторская песня – это стихи, которые исполняются
под гитару и положены на ритмическую основу». (3,7)
Ада Якушева: «Бард – это единое в трех лицах: он и автор стихов, и
исполнитель, и композитор». (3,7)
Михаил Цитриняк: «Авторская песня – это возможность реализовать
хорошую поэзию в музыке. Глупые стихи в хорошей бардовской песне найти
практически невозможно». (3,8)
Юлий Ким: «Бардовская песня существует во многих странах, скажем,
французский шансон. По какимто параметрам от бардовской песни он не
отличается, но всетаки он высокая, но эстрада. Бардовская же песня вся
выходит из огромной гитарной самодеятельности». (3,9)
  Название   «бардовская   песня»,   скорее,   дань   традиции,   оно   идет   из
средних   веков,   из   Европы,   когда   трубадур   или   менестрель   пел   песню,
сочиненную им самим. Таких поэтовпевцов и называли бардами.
 Песни эти еще иногда называют советским фольклором. С этим можно
согласиться, если принять во внимание то, что эти песни пелись в поездах, на
кухнях, в турпоходах, и мало кто мог тогда назвать их автора. После одного
из концертов в ленинградском клубе авторской песни «Восток» сотрудница
Пушкинского   дома   Галина   Шаповалова   написала   так:   «Мне   как
фольклористке приятно слышать то, что поют здесь и в поездах. После долгих
лет   официальной   поэзии   начинают   звучать   новые   молодые   голоса.   У
фольклористов   всегда   стоит   один   вопрос:   существует   ли   советский фольклор? Сегодня видно, что он существует, он перед вами, здесь! Это то,
что любимо всеми и всеми распевается. У песни даже неизвестен  автор –
значит, она затрагивает всех и каждого». (2,322)
  Фольклор – это действительно народное творчество, и автора у него
нет.   Однако   жанр   бардовской   песни   с   теоретической   точки   зрения   нельзя
считать фольклором, поскольку у бардовской песни всегда есть автор (или
авторы). Подтверждением этого служит то, что сегодня мы знаем авторов
многих бардовских песен, ставших почти уже классикой, и самих авторов –
классиков   бардовской   песни.   Это   Булат   Окуджава,   Владимир   Высоцкий,
Юрий   Визбор,   Александр   Галич,   Юлий   Ким,   Александр   Городницкий,
Александр Дольский, Новелла Матвеева, Евгений Клячкин, Михаил Анчаров,
Александр Дулов и многие другие. Как мы уже сказали, каждый из них имел
свою   профессию,   образование   в   своей   области,   но   сегодня   мы   знаем   их,
прежде всего, как бардов.
1.2   Основные   представители   авторской   песни.
  Краткая
характеристика их творчества
  Основоположником   современной   авторской   песни   обычно   считают
Булата Окуджаву (19241997). Именно его считают родоначальником этого
направления, хотя  еще  до  него  стали  известны  песни  Юрия  Визбора, Ады
Якушевой, Михаила Анчарова и других авторов. Окуджава сам провозгласил
себя «дежурным» по «оттепели» 60х: «Я – дежурный по апрелю». Он стал
песенным лицом того периода.
  Он обращался в своих стихах и песнях к личности, не ко всем, а к
каждому  в  отдельности.  Темой  его   поэзии  стала   повседневная  жизнь   этой
каждой отдельной личности (песня «Последний троллейбус»). Впервые после
долгих лет маршевых и лирических песен официального песенного искусства в  песенной  и не в песенной  поэзии появилась  личность  – единственное  и
неповторимое «я», а не «мы». Так начиналась революционная эпоха авторской
песни, в которой обрела свой голос интеллигенция.
  С песнями Окуджавы возвращались к людям цель, смысл и радость
жизни, принципы жизни: люби человека, помогай человеку, восхищайся им и
прощай его (песня «Возьмемся за руки, друзья!»).
  В   отличие   от   лирических   песенных   монологов   Булата   Окуджавы,
многие   песни
(19181977)   имели   острый,
драматургический, театральный сюжет. Песни Галича «Мы похоронены гдето
 Александра   Галича
под Нарвой», «Уходят  друзья», «Памяти Пастернака», «Облака» и другие
полны горького высокого патетического трагизма. Именно авторская песня
сделала А. Галича уникальным, неповторимым поэтом. Песни Галича вместе с
«колючими»   песнями   Юлия   Кима   легли   в   основу   «магнитофониздата»,
крамольного не менее чем «самиздат». По словам Окуджавы, «песни Галича
оказались счастливее самого их автора: они легально вернулись на Родину».
 Позднее, примерно с середины 60х, в «интеллектуальную» авторскую
песню ворвался хриплый голос  Владимира Высоцкого  (19381980). Будучи
выдающимся поэтом и актером, он оставил неизгладимый след в бардовской
песне и, несмотря на недолгую свою жизнь (всего 42 года), навсегда вошел в
историю русской культуры. Его «Песня о друге», «Кони», «Вершина», «Охота
на волков» стали поистине народными.
 Противоположностью громовому звучанию Высоцкого была негромкая,
задушевная   интонация   песен  Новеллы   Матвеевой  (р.1934).   Она   создала
удивительный, яркий мир, как бы продолжающий  сказочный книжный  мир
Грина   («Страна   Дельфиния»,   «Ах   как   долго   едем»,  «Летучий   голландец»,
«Какой большой ветер» и другие).
  Важным самостоятельным направлением в авторской песне 60х было
туристскоальпинистское.   Это   неслучайно.   Техническая   и   гуманитарная
интеллигенция,   недавние   студенты   рвались   в   трудные   походы,   на неприступные вершины и в тайгу, чтобы хотя бы на время уйти от сложных
проблем   и   фальши   городской   жизни,   вдохнуть   романтику   в   совсем   не
романтичный   ХХ   век,   почувствовать   себя   настоящими   мужчинами,
прикоснуться   к   истинным   ценностям   человеческих   отношений   —   любви,
дружбе,   быть   испытанным   трудными   условиями   и   опасностями.   Именно
поэтому   еще   с   конца   50х   годов   зазвучали,   сначала   в   альпинистских   и
горнолыжных компаниях, а потом уже и по всей стране песни Юрия Визбора
(19341984).
Юрий   Визбор   был   универсально   одаренным   и   разносторонне
талантливым человеком. Созданные им произведения относятся к нескольким
сферам   искусcтва   и   культуры   —   к   авторской   песне,   поэзии,   прозе,
драматургии,   журналистике.   Он   был   также   спортсменом—горнолыжником,
альпинистом,   инструктором   по   туризму;   талантливым   художником   и
киноактером, сыгравшим роли в 15ти фильмах, в частности, роль Бормана в
культовом советском фильме «Семнадцать мгновений весны».
Юрий Визбор – яркий представитель бардов послевоенного периода. В
его песнях отразилось это сложное и противоречивое время. Он писал песни о
вечном – о Родине («Любовь моя, Россия», «Многоголосие»), о родном городе
– Москве («О Москва, Москва  святая»), о людях трудных романтических
профессий («Вот это для мужчин – рюкзак и ледоруб…»), о войне («Виталий
Палыч», «Воспоминание о пехоте», «Военные фотографии», «Помни войну»,
«21 июня» и другие). Им написаны сатирические и юмористические песни
(«Рассказ технолога Петухова», «Излишний вес» и другие), и конечно, его
знаменитая   любовная   лирика   («Милая   моя»,   «Ты   у   меня   одна»,   «Леди»,
«Ходики», «Ах, что за дни такие настают…»). Визбором также созданы такие
песенные   жанры,   как   «песнярепортаж»   и   «песнядиалог»   («На   плато
Расвумчорр…»,   «Три   минуты   тишины»).   Бард   серьезно   увлекался
альпинизмом,   горными   лыжами   и   очень   любил   путешествовать.   Много   его
песен посвящено туризму. Визбор – певец мужества. С песнями Юрия Визбора вошли   в   нашу   жизнь   мужская   романтика,   понятие   о   деле,   достойном
настоящих   мужчин.   Атрибуты   его   героя   —   рюкзак   и   ледоруб,   кабина
взлетающего   самолета   («пошел   на   взлет   наш   самолет»),   отсек   подводной
лодки («наша серая подлодка в себя вобрала якоря»).
  Однако все же самая большая часть песенного творчества Визбора –
это   проблемы   нравственности,   человеческие   взаимоотношения.   Герой   его
песен с годами взрослел, мужал, многое пережил умом и сердцем, но остался
верным другом, честным человеком, часто веселым и ироничным, но всегда
серьезным   и   ответственным,   когда   дело   касалось   высших   человеческих
ценностей.
 В своем автобиографическом очерке он признавался: «…Я испытываю
глубочайшее   удовольствие,   когда   слышу   или   вижу,   как   поет   человек.   Не
работает, не выступает, не зарабатывает на хлеб, а творит при тебе искусство
– живое, волнующее, свое.»(1,201) Для Визбора песня была наделена «некоей
тайной   познания   другой   души»,   ее   «музыкальный   строй,   стихи,   самое
искреннее волнение автора, его манера держаться на сцене – все это вместе и
является как бы крохотным, но живым и волнующим сколом человеческой
души, взгляда человека на мир и называется песней…»(1,28)
1.3 Основные исторические этапы развития жанра авторской песни
Самодеятельная   песня   –   самобытное   и   сложное   явление   нашей
действительности. Корни этого явления уходят, как мы уже говорили, еще в
средневековье, а позднее – городскую культуру XVIII века, прародителем же
его являются студенческие песни.
Истоки современной самодеятельной песни – это комсомольские песни
1920х годов, городские песни «цыганского» колорита периода НЭПа, расцвет
массовой   песенной   культуры   в   1930е   годы   и   появление   первых   образцов самодеятельной   песни;   песни,   сочиненные   в   годы   Великой   Отечественной
войны композиторами, поэтами и неизвестными авторами.
Обозначим основные этапы развития движения самодеятельной песни.
В 1950е годы, по словам Ю. Визбора, «время замечательных военных
песен миновало, а время мирных еще не наступило. И поэтому, возникший
вакуум требовал заполнения» (3,109). С наступлением «оттепели» зазвучали
первые самодеятельные песни на кухнях московских и ленинградских домов,
в студенческих походах и стройотрядах. Есть авторы этих песен, и их имена
становятся   широко   известны.   Появляется   термин   «авторская»   песня.
Мелодии   песен   в   основном   очень   просты   и   часто   заимствованы,
стилистические особенности лишь начинают свое формирование.
  В 1960е годы появляются новые авторы, песня распространяется все
шире. Организуются концерты в ВУЗах, учреждениях, научных институтах.
Появляются   первые   ансамбли   (среди   них   ансамбль   физфака   МГУ   под
управлением   Сергея   Никитина),   становятся   широко   известными   песни   Ю.
Кукина, Е. Клячкина, А. Дольского и других. Со своими песнямимонологами
выходит на сцену актер Владимир Высоцкий.
  Музыкальный   язык   самодеятельной   песни   становится   богаче,
повышается уровень исполнительского мастерства. Нельзя не признать, что
всплеск   интереса   к   игре   на   шестиструнной   гитаре   был   также   вызван
«битломанией»,  охватившей   весь   мир   с   начала  60х   годов.  Многие   ребята
тогда взяли в руки гитару, чтобы подобрать песни «Beatles». Эти гитаристы
самоучки   включали   в   свой   репертуар   самодеятельную   песню,   и   она
передавалась от человека к человеку. Тогда же появляются первые клубы
самодеятельной   песни,   КСП   (в   их   числе   ленинградский   клуб   «Восток»),
  фестивали,
проводятся   первые   конкурсы   самодеятельной   песни,
определяются   лучшие   песни   и   исполнители.   Туризм   становится   массовым
явлением,   где   рождаются   свои   песни.   Лидер   этого   направления   –   Юрий
Визбор. В 1970х и начале 80х годов интерес к авторской песне возрастает.
Появляется   новое   поколение   бардов:   Вероника   Долина,   Леонид   Сергеев,
Александр   Суханов,   Олег   Митяев,   дуэт   Георгия   Васильева   и   Алексея
Иващенко (ИВАСИ) и многие другие. Организуются фестивали, на которых
собираются   тысячи   слушателей,   желающих   услышать   песни   из   уст   самих
авторов.   Одним   из   самых   популярных   становится   ежегодный   Грушинский
фестиваль авторской песни, проводимый под Куйбышевом (ныне Самара). На
него съезжаются десятки, а порой, и сотни тысяч любителей этого жанра, и
всю ночь, подсвечивая фонариками, слушают песни, звучащие с «эстрады» –
плота в форме гитары.
  Надо   отметить,   что   в   это   время   на   широкое   распространение
бардовской   песни   оказал   магнитофон.   Благодаря   магнитофонным   записям
песни бардов слушают по всей стране.
  За  годы развития авторской  песни  со стороны официальных кругов
возводились   разного   рода   преграды   и  запреты,  творчество   многих   авторов
откровенно   зажималось.   Некоторые   академические   поэты   и   композиторы
критично относились к авторской песне, считая ее легким жанром и не очень
профессиональным   явлением.   Но,   несмотря   на   критические   и   даже
разгромные статьи и запреты, бардовская песня не умерла, она продолжала
развиваться,   с   течением   времени   появлялись   новые   имена   и   новые
произведения.
  Так, с середины  1990х  годов,  в лучших  концертных  залах  Москвы
стали проводиться ежегодные вечера памяти Юрия Визбора, 20 июня, в день
рождения барда. Именно эти вечера послужили основой для возникновения
грандиозного бардовского проекта «Песни нашего века», с лучшими песнями
Окуджавы,   Визбора,   Высоцкого,   Кима   и   других   корифеев   жанра.
Участниками   проекта   стали   Олег   Митяев,   Алексей   Иващенко,   Георгий
Васильев,   талантливая   исполнительница   Галина   Хомчик   и   многие   другие.
Возглавили   проект   и   стали   художественными   руководителями   Виктор Берковский   и   Сергей   Никитин.   Проект   продолжает   жить   и   развиваться
(несмотря   на   то,   что   Никитин   со   временем   отошел   от   этой   работы,   а
Берковский скончался в 2005 году), появляются новые участники. Коллектив
гастролирует в России и за рубежом, и что самое важное – выпущено 8 дисков
со   сборниками,   составляющими   «золотой   фонд»   советской   и   российской
авторской песни.
 И в наши дни бардовская песня продолжает развиваться: с появлением
интернета   возникло   множество   сайтов,   посвященных   ей,   есть   группы   и
сообщества   любителей   этого   жанра,   отдельных   авторов   и   исполнителей;
выходят компактдиски с новыми песнями, и с современными обработками
старых; к сожалению, не очень часто, но авторская песня звучит на радио и
телевидении. Интерес к авторской песне не угасает – как и раньше, проходят
различные   фестивали,   слеты,   открываются   клубы   и   бардкафе.   Булат
Окуджава считал, что бардовская песня 60х годов «родилась на московских
кухнях   и   там   же   умерла».   Хочется   надеяться,   что   это   не   так,   и   новые
поколения будут продолжать петь и слушать авторскую песню. Глава 2. Творчество Сергея Никитина
2.1 Жизненный и творческий путь
Выдающийся   российский   композитор,   автор   и   исполнитель   песен
Сергей Яковлевич Никитин родился 8 марта 1944 года в Москве, в семье
военного   Якова   Григорьевича   и   Веры   Сергеевны   Никитиных.   Мальчик   с
детства увлекался музыкой, и по его собственным словам «не мог уснуть»,
если   не   подобрал   на   фортепиано   услышанную   мелодию.   Тем   не   менее,   в
музыкальную   школу  он  не   ходил,  а  сам   взял   в  руки   гитару   в 15  лет  под
влиянием песен Булата Окуджавы, когда у него «появилось непреодолимое
желание научиться так играть, так петь» (13). Окуджава остался кумиром
Никитина на всю жизнь.
  После школы, в 1962 году, Сергей Никитин поступил на физический
факультет   МГУ,  на   кафедру   акустики,  но   увлечение   песней   не   только   не
ослабело,   но   и   возросло.   Никитин   создает   мужской   вокальный   квартет
студентовфизиков   (19631967)   на   базе   физфаковской   агитбригады,
участником которой Никитин стал на первом курсе университета. Квартет
поет   под   аккомпанемент   его   гитары,   и   в   его   состав,   кроме   С.   Никитина,
входят – С. Смирнов, Б. Геллер и А. Монахов (позднее В. Хаит). Квартет
становится участником всех университетских концертов и мероприятий. В его
репертуаре помимо студенческого фольклора и песен факультетских авторов
(«визитной   карточкой»   квартета   была   написанная   физиком   Сергеем
Крыловым   «Зимняя   сказка»,   вскоре   разошедшаяся   по   стране   на   правах
безымянной   народной   песни)   входили   песни   Юлия   Кима,   Александра
Городницкого и Александра Дулова. К этому времени относится и создание
первой песни Сергея Никитина «В дороге» на стихи Иосифа Уткина (декабрь
1962 года). В 1967 году студентапятикурсника Сергея Никитина Петр Фоменко,
тогдашний   режиссер   Театрастудии   МГУ,   пригласил   написать   музыку   для
спектакля «Человек, похожий на самого себя, или Вечер Михаила Светлова».
Сам   Сергей  Никитин   вспоминает   об   этом,  как   об  очень  важном  для   себя
событии:   не   говоря   уже   об   общении   с   интереснейшими   людьми,
приходившими   на   спектакли   и   посещавшими   репетиции   студии   Фоменко
(среди   них   были   Юлий   Ким,   Лиля   Брик,   Константин   Симонов   и   Леонид
Утесов), эта работа стала для него первым опытом осознанного творческого
погружения   в   мир   поэзии   и   личности   поэта,   на   стихи   которого   писалась
музыка. Результатом стал цикл песен на стихи Светлова, но главное – именно
с этого времени у Никитина началось серьезное увлечение поэзией.
  В 1968 году Никитин оканчивает университет и женится на Татьяне
Садыковой, также студентке физфака МГУ, которая со временем станет его
неизменным партнером по сцене, первым слушателем и главным редактором.
Примерно в это же время организуется квинтет физического факультета МГУ
под   руководством   Сергея   Никитина   (   в   него,   помимо   Сергея   и   Татьяны,
входят Кармен Сантакреу, Владимир Улин и Николай Туркин), из которого
позднее, уже к середине 1970х годов, выкристаллизовался дуэт Татьяны и
Сергея   Никитиных.   «Самым   интересным   в   деятельности   и   квартета,   и
квинтета   были   репетиции,   «делание»   песен.   На   них   как   бы   продолжался
процесс   сочинения.   Тут   все   было   построено   на   импровизации,   часто
получалось   нечто   такое,   чего   никто   вроде   не   ожидал,   но   к   чему   все
стремились».(4...)
За годы своего существования (196874) квинтет стал очень популярен в
Москве,   его   приглашали   выступать   на   различных   концертных   площадках
города. В 1972 году ансамбль стал лауреатом III Международного фестиваля
политической песни в Берлине. За всеми успехами коллектива, прежде всего,
стояли талант аранжировщика и труд его руководителя – Сергея Никитина,
получившего   в   1978   году   премию   Московского   комсомола   в   области литературы   и   искусства   «за   создание   и   исполнение   песен».   Результатом
работы этого коллектива стал диск с песнями мэтров бардовской песни, и уже
с песнями самого Сергея Никитина, количество которых к середине 1970х
измерялось многими десятками.
  В течение 20 лет после окончания МГУ (196887) Сергей и Татьяна
Никитины совмещают научную и музыкальноконцертную деятельность. В эти
годы созданы самые известные их песни: «Под музыку Вивальди» (совместно
с В. Берковским, ст. А. Величанского, 1973), «БричМулла» (ст. Д. Сухарева,
1980), «Последняя просьба старого лирника (Переведи меня через майдан)»
(ст.   В.   Коротича   в   пер.   Ю.   Мориц,   1980).   Песни   эти   становятся   широко
известны и популярны, а песня «Под музыку Вивальди» вошла впоследствии в
репертуар знаменитого оркестра Поля Мориа. Сам Сергей Никитин пишет
уже не только песни, но и музыку к кинофильмам. Первая работа Никитина в
кино – телефильм «Морские ворота» (1974), для которого в соавторстве с
Виктором   Берковским   и   Юрием   Визбором   (которому   принадлежат   стихи)
создано нескольких песен. Песни Никитина на стихи Ю. Визбора вошли в
целый ряд документальных телефильмов студии «Экран» («Мурманск198»,
«На   полюс»,   «Земля,   улетаем   надолго»   и   др.).   С.   Никитин   является
композитором (и автором прозвучавших там песен) еще целого ряда теле и
кинофильмов: «Почти смешная история» («Экран», 1977), «Москва слезам не
верит» («Мосфильм», 1979), «Старый Новый год» («Экран», 1980), «Поездки
на старом автомобиле» («Мосфильм», 1987). Он сам исполняет свои песни, а
в   1975   году   Никитин   принимает   участие   в   культовом   советском   фильме
Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или с легким паром!». Именно голосом
Сергея   Яковлевича   поет   главный   герой   картины   Женя   Лукашин   (актер
Андрей Мягков). Сергей Никитин пишет музыку к театральным спектаклям
совместно с В. Берковским к «Мэри Поппинс» в театре им. Ермоловой (1976)
и «Коньки» в ЦДТ (1977), к музыкальному спектаклю «АлиБаба и 40 песен
персидского базара» (сценарий В. Смехова, 1979г.). Важное место в 1970е годы занимает творчество Сергея Никитина для
детей. Помимо серьезных, «взрослых» песен, он пишет целый цикл «детских»
песен   на   стихи   Юнны   Мориц.   В   1979   году   Никитин   сочиняет   музыку   к
мультфильму «Большой секрет для маленькой компании» и такие шедевры,
как   «Резиновый   ежик»,   «Собака   бывает   кусачей»,   которые   вместе   с
написанными ранее песнями на стихи Юнны Мориц  «Пони» (1965), «Это
очень   интересно»   (1965)   –   стали   сегодня   поистине   народными,   и   на   них
выросло не одно поколение российских детей.
 По словам самого композитора, пик его научной карьеры пришелся и на
музыкальную. «Я открывал для себя чтото в биофизике, и в это самое время
писалось много песен. Так что одно другому скорее помогало. Наверное, я не
писал бы музыку на стихи таких поэтов, если бы не работал в Академии наук,
не встречался с замечательными людьми…». (3,5) Как считает Никитин, в 70
е   годы   «лучшие   талантливые   силы   сосредоточились   в   физике,   биологии,
математике, где работали объективные критерии истины, и не было такого
давления   идеологии»   (13).   Именно   естественнонаучное   университетское
образование и многолетняя работа в академических институтах – Институте
органической   химии   (19711980,   лаборатория   химии   белка)   и   Институте
биологической   физики   в   подмосковном   Пущино   (19801987,   лаборатория
физической   биохимии),   в   среде   научнотехнической   интеллигенции
«шестидесятников» сыграли очень важную роль в формировании Никитина
композитора.
  В 1983 году Сергей Никитин защищает кандидатскую диссертацию, и
он   понимает:   «если   продолжать   заниматься   наукой,   надо   набирать   свою
группу,   брать   ответственность   за   других   людей».  И   в   1987  году   Никитин
оставляет научную деятельность, решая полностью посвятить себя в музыке.
Свое решение он объясняет так: «то, что я делаю в биофизике, сделают и
другие, а то, что я делаю с гитарой, смею думать, за меня никто не сделает»(3,
212). С 1987 по 1995 год Никитин работает заведующим музыкальной частью
в московском Театрестудии под руководством Олега Табакова. Несколько
музыкальных произведений для театра Никитин написал совместно с поэтом
Дмитрием   Сухаревым,   своим   близким   другом   и   постоянным   соавтором,
который выступил автором либретто. Премьера оперыводевиля по рассказу
А.П.Чехова   «Предложение»   состоялась   в   1989   году   в   театре   «Третье
направление»,   а   в   1990   году      в   театре   «Школа   современной   пьесы»   под
названием «А чойто ты во фраке?»
 С 1995 года Сергей Никитин – свободный художник. Он пишет новые
песни, открывает для себя и для слушателей новые великолепные стихи таких
поэтов,   как   Геннадий   Шпаликов,   Арсений   Тарковский,   Юнна   Мориц,
Дмитрий Сухарев и многие другие.
  Сергей   Никитин   признается,   что   он   «не   мыслит   своей   жизни   без
общения с детьми, и не только со своими родными» (13). В 1991 году он
организует   Клуб   для   детей   и   их   родителей   «Никитинские   встречи»   в
Московском   дворце   пионеров   на   Воробьевых   горах.   «Сегодня   особенно
важно, чтобы каждый сознательный гражданин тратил свое личное время и
силы на то, чтобы както защитить детей, маленьких детей от потока «фабрик
звезд» и постараться сделать из них нормальных людей»  так в одном из
своих   интервью   определил   свою   позицию   Никитин.   В   традициях   русской
интеллигенции   он   не   может   оставаться   в   стороне   от   происходящих   в
современном обществе процессов – видя, как «массмедиа превращает детей в
придаток   потребительской   системы»   (13),   он   с   помощью   поэзии   и   песни
стремится «очеловечить» детей. На традиционных «Никитинских встречах»
дети знакомятся в теплой дружеской атмосфере и неформальной обстановке
с   музыкантами,   поэтами,   писателями,   артистами.   Желающие   выходят   на
сцену   и   вместе   с   автором   поют   песни   про   ежика,   пони,   собаку   и   другие
«хиты». Общение   с   детьми   закономерно   привело   Никитиных   к
  В   2002   году   ими   создан
благотворительной   деятельности.
«Благотворительный   фонд   Татьяны   и   Сергея   Никитиных»,   с   помощью
которого они привлекают российских и иностранных инвесторов для оказания
конкретной помощи обездоленным детям. Основная точка приложения этих
усилий – Смоленская областная школаинтернат для слепых и слабовидящих
детей.
  В   2005   году   Никитин   открывает   для   себя   поэзию   талантливого
екатеринбургского поэта Бориса Рыжего, ушедшего из жизни в 2001 году, в
возрасте   всего   27   лет.   Под   влиянием   его   стихов   несколько   изменяется   и
творчество   самого  Никитина.  Появились  джазовые  и  блюзовые  мотивы,  на
смену лирическим, спокойным интонациям пришли более острые, суровые.
 С некоторых пор Никитин все чаще стал появляться на сцене также и в
окружении молодых профессионалов: флейтисты, виолончелисты, пианисты,
струнный   «Москваквартет»   –   всем   этим   молодым   музыкантам   интересно
работать с Никитиным, исполнять его музыку и просто выступать вместе в
концертах «Классического проекта», которым он увлечен в последнее время.
  Сергей Никитин – заслуженный деятель искусств России (1995), член
Союза   театральных   деятелей   России   (1992),   член   Всероссийского
музыкального общества (1994). В 1997 году Татьяна и Сергей Никитины стали
лауреатами   Царскосельской   художественной   премии   –   с   замечательной
формулировкой «За многолетнюю преданность русской поэзии».
 Сергей Никитин попрежнему много пишет, выступает, гастролирует в
России и за рубежом, его песни с удовольствием слушают новые поколения.
Благодаря   неустанным   творческим   поискам   барда   и   композитора
Сергея   Никитина   жанр   авторской   песни   развивается:   становится   сложнее
форма   и   структура   песен,   до   сих   пор   преимущественно   гитарная   песня
обогащается новыми тембровыми решениями. 2.2 Особенности композиторского и исполнительского стиля Сергея
Никитина
  На   наш   взгляд   песни   Сергея   Никитина   являются   одной   из
художественных   вершин   самодеятельной   песни.   «Подражателей   хватает,   а
Никитин – все равно, один»(13). О некоторых гранях его творчества следует
сказать особо.
 Сам автор говорит, что музыкальной основой для его песен служат три
основных   источника   –  классика,   джаз   и   фольклор.   Несмотря   на   то,   что
Никитин   не   имеет   специального   музыкального   образования,   незаурядное
музыкальное дарование помогло ему накопить богатый слушательский опыт и
музыкальную эрудицию.
  Свою композиторскую и творческую задачу Никитин определяет так:
«Мы ищем музыкальные эквиваленты, музыкальные переводы, музыкальные
интерпретации произведений русской поэзии.»(14) За почти 50 лет творческой
деятельности   им   сочинено   более   400  песен  (часть   из   них   в   соавторстве   с
самодеятельным композитором В. Берковским), и многие представляют собой
такой   цельный   гармоничный   синтез   музыки   и   поэзии,   что   их   поэтический
текст не воспринимается в сочетании с другими музыкальными вариантами.
Все   художественные   средства   композитора   направлены   на   раскрытие
поэтического   содержания   и   его   подтекста,   он   стремится   наиболее   полно
донести эмоциональнообразный строй текста.
 У С. Никитина сочинение песен представляет собой единый творчески
исполнительский процесс. Как правило, автор не фиксирует музыку нотами, а
сочиняет ее устно, отшлифовывая в процессе исполнения. «Обычно я работаю
над музыкой мучительно, через много вариантов, пока не нападешь «на след».
Было   несколько   редких   случаев,   когда   мелодия   сваливалась   с   неба»   (14).
бардовский песня никитин рыжий Особенность дарования Сергея Никитина – его  чуткое восприятие
поэзии. Стихи, которые он выбирает для своих песен, разнообразны по своему
образноэмоциональному содержанию и структуре. Это стихи возвышенного
плана и бытового, философского и исторического, лирического и откровенно
шуточного. Тематическое и жанровое разнообразие его песен очень широко.
 Говоря об исполнительском уровне дуэта Сергея и Татьяны Никитиных
в целом, следует отметить, как нам кажется, что он обрел характер подлинно
сценического творчества. Как признавался Сергей Никитин, роль Татьяны в
их дуэте трудно переоценить. «Прежде всего, она  единомышленник. В то же
время   у   Татьяны   на   все   свой   особый   взгляд.   И   поэтому   «делание»   песен
вдвоем – …процесс увлекательный, интересный, радостный и… мучительный
зачастую» (5,6). «И вполне естественно, что Татьяна участвует и в сочинении.
Например, она предложила петь стихотворение Г. Шпаликова «Риорита» как
контрапункт   к   «классической»   мелодии.   Эффект   получился   не   только
музыкальный,   но   и   драматический.   Часто   Татьяна   предлагает   варианты
мелодий… в общем, все происходит во взаимодействии, в сотрудничестве, в
сочувствовании, в соавторстве».(5,6)
 Исполнительское мастерство С. Никитина совершенно и неповторимо.
Его   отличает   высокий   художественный   уровень,   интеллигентная   манера
поведения на сцене. Его исполнительскую интонацию отличает благородство
и эстетическая чистота, особая проникновенность. Самодеятельная песня не
существует   вне   личности   его   создателя,   исполнителя.   На   концертах
Никитиных каждый слушатель, находящийся в зале, чувствует чрезвычайный
интерес не только к звучащим песням, но и к самим исполнителям, как к
Личностям. «Если общение, духовный контакт с аудиторией получается, то
это означает, что все происходило во взаимодействии, в сотрудничестве, в
сочувствовании.   Происходит   как   бы   перенос   внутренней,   лабораторной
работы в более широкие масштабы, но суть остается. И как тут в который раз
не вспомнить Николая Заболоцкого: «Душа обязана трудиться…»(5, 6) Гитара   в   руках   Никитинакомпозитора   и   Никитинаисполнителя
становится   еще   одним   действующим   лицом.   Сергей   Никитин   с   помощью
гитарного   сопровождения   создает   еще   один   пласт,   еще   один   «слой»
впечатления   от   поэтического   текста.   Гитарный   аккомпанемент   служит,   в
первую   очередь,   голосу   исполнителя,   то   подчеркивая   и   усиливая   его,   то
дополняя. Когдато друзья подарили Никитину семиструнную гитару, и один
студент   показал,   как   рассказывает   Никитин,   как   строятся   5   аккордов,
остальные он уже «придумал сам». Никитин так объясняет, почему он не стал
играть на традиционной шестиструнной гитаре: «там любой новичок впадает в
какието   стандарты»   (13).   Действительно,   на   такой   гитаре,   зная   принцип
построения нескольких трезвучий и септаккордов, можно с помощью баррэ
перенести  их   в  любую  тональность,  что   делает  этот   инструмент   удобным,
демократичным, и несложным для освоения его при небольших познаниях и
гармоническом слухе. Однако это не способствует большому гармоническому
разнообразию аккомпанемента.
 Инструмент Сергея Никитина – это семиструнная гитара с минорным
строем. Традиционный строй семиструнной гитары такой: 1(верхняя) струна –
ре, 2 струна – си, 3 струна – соль, 4 струна – ре, 5 струна – си, 6 струна – соль,
7   струна   –   ре;   то   есть   открытые   струны   на   семиструнке   дают   мажорное
трезвучие (соль мажор). У Никитина особый, свой строй гитары: 1 струна –
ре, 2 струна –  сибемоль, 3 струна – соль, 4 струна – ре, 5 струна –  до, 6
струна  – соль, 7 струна – ре;  то есть все открытые  верхние  струны дают
минорное трезвучие (соль минор), а басовые струны – настроены по чистым
квартам   и   дают   басы  STD  (тональностей   соль   мажор   или   соль   минор).
Минорный   строй   семиструнной   гитары   позволяет   Никитину   добиваться
ярких, насыщенных гармонических красок в гитарной партии своих песен.
2.3   Жанровое   разнообразие   песен   С.   Никитина.   Анализ музыкальносодержательной стороны отдельных песен
 Как уже было отмечено, Сергей Никитин пишет только музыку к своим
песням   (за   редким   исключением).   Выбор   авторов   продиктован   поисками
настоящей   поэзии,   из   «золотого   фонда»,   близкой   по   духу   проблематикой,
образной сферой стиха. Огромную роль играет личность поэта. Никитин не
раз   обращался   к   стихам   Геннадия   Шпаликова,   Дмитрия   Сухарева,   Юнны
Мориц,   Арсения   Тарковского,   Давида   Самойлова,   Бориса   Рыжего,   к
переводам Уильяма Шекспира. О тех своих соавторах, с кем ему довелось
общаться,   Никитин   говорит   так:   «я   бесконечно   ценю   те   моменты
взаимодействия с моими соавторами, которые выпали на мою долю. Каждый
раз   такие   встречи   играли   огромную   «заряжающую»   роль   в   дальнейшей
работе» (5,6).
  С  Давидом   Самойловым  «всегда   бывало   удивительно   легко.   И
немножко стыдно — за свою суетность, занятость «мелочами».(5,6) Геннадий
Шпаликов  ушел   из   жизни   в  1974   году,  в   возрасте   37  лет.   Но,   по   словам
Никитина,   у   него   до   сих   пор   «такое   чувство,   что   мы   с   ним   постоянно
общаемся».(5,6)   С  Дмитрием   Сухаревым  у   Никитина,   по   его   признанию,
много общего: «и наука, и «МГУшное» происхождение, и просто «одна и та
же   группа   крови»,  так   что   кажется:   то,  что   написал   Дмитрий   Антонович,
сочинил ты сам». (5,7)
  Сергеем   Никитиным   написано   уже   более   400   песен.   Поражает   их
удивительное   жанровое   разнообразие:   это   и  лирические  («Александра»   на
слова   Ю.   Визбора   и   Д.   Сухарева,   1979),   и  драматические  («Последняя
просьба старого лирника» (Переведи меня через майдан), слова В. Коротича в
переводе Ю. Мориц, 1980), и шуточные («Хорошо жить на Востоке», слова Н.
Агнивцева, В Берковского, С.Никитина, 1974) песни; это песни для детей (на
слова Юнны Мориц «Пони», 1965, и «Резиновый ежик», 1976), и в традиции русской  народной  песни («Иван и холоп», на стихи Д.Самойлова, поется  a
capella).
 С музыкальной точки зрения у авторской песни как явления есть общие
черты. Для нее характерен  силлабический принцип вокализации текста  –
когда на каждый слог приходится один звук, то есть слог равен ноте. При
этом возможен силлабический распев – продление гласного. Для мелодико
текстового ритма авторской песни характерна иллюзия совпадения речевого и
музыкального   ритмов   –   когда   распеваются   ударные   гласные.   (6,   14)   При
воплощении стихотворного текста в авторской песне, чаще всего, за основу
принимается   стопа,   стих   как   бы   становится   полноударным.   «Все
пропущенные   ударения   восстанавливаются   и,   следовательно,   некоторые
безударные гласные получают ударения.»(6,53) В авторской песне, как для
вокальной   мелодии,   наименьшей   синтаксической   единицей   вместо   мотива
выступает фраза (6,44).
  В   качестве   примера  лирической  песни   можно   проанализировать,
наверное,   самую   популярную   песню   Сергея   Никитина     «Александра»  на
слова Ю. Визбора и Д. Сухарева из музыки к кинофильму «Москва слезам не
верит»   (1979).   Эта   песня   стала   лирическим   гимном   Москве   –   неслучайно
Сергей Никитин признается в своей любви к этому городу, говорит, что не
мог бы жить ни в каком другом городе. Он создал песенный шлягер в лучшем
смысле этого слова.
  В   этой   песне   аккомпанемент   подчеркивает   танцевальность
музыкальной   темы,   мягкая   триольность   восьмых   напоминает   движение
подвижного вальса с его задушевностью и лиричностью (невольно возникает в
памяти такое же вальсообразное движение в песне «Милая моя» Ю. Визбора).
Музыкальная   форма   песни   –   куплетная.   Стихотворный   размер   стиха   в
куплетах   и   припеве   отличается:   запев   –   четырехстопный   ямб,   припев   –
четырехстопный   хорей.   Запев   начинается   в   сибемоль   мажоре.   Гитарное
сопровождение   песни,   с   подголоском,   задает   с   самого   начала   ритм спокойного   покачивания,   которое   потом   закрепляется   в   начальных
интонациях мелодии (бесполутоновый трихорд в кварте). Первые две фразы –
это перегармонизация повторенной одной фразы. В третьей фразе – диапазон
расширяется   вниз,   четвертая   фраза   носит   некий   завершающий,   итоговый
характер. В гармонии  сопоставление мажора и минора, игра параллельными
тональностями.   Мелодия   следующих   четырех   фраз   идет   волнообразно   по
звукам аккордов, развивается по секвенции, фразы мелодически варьируются.
Запев окончательно модулирует в соль минор, и припев начинается в том же
соль миноре. В припеве – опять сопоставляются мажор и минор, происходит
неожиданная   и   нечасто   встречающаяся   модуляция   в   минорную   доминанту
соль   минора,   но   в   момент   разрешения   тоника   заменяется   неустойчивыми
субдоминантой   и   доминантой.   В   отличие   от   запева   в   припеве   –   мягкие
женские окончания фраз. Второе четверостишие начинается в мелодии как
вариант   первой   фразы,   но   в   результате   перегармонизации   субдоминанта
(трезвучие   до   минор)   заменяется   на   доминантсептаккорд   (двойную
доминанту). Изменяется мелодия, в ней появляется скрытое хроматическое
движение и цепочка Д7 в аккомпанементе. Последняя фраза – неожиданный
подъем, всплеск вверх в конце – и спад, движение вниз.
  В песне «Александра» композитор создает гибкую, запоминающуюся
мелодию, широко пользуется приемом секвенции, но находит индивидуальные
краски,   нарушает   создающуюся   инерцию,   особенно   с   помощью   гармонии:
через   сопоставление   мажора   и   минора,   перегармонизацию   мелодических
оборотов,   меняет   фактуру   аккомпанемента   (басаккорд   на   гармоническую
фигурацию). Несомненно, немалую роль в том, что эта песня широко поется
не только с концертной эстрады, сыграло общее задушевное настроение песни,
ее искренность и простота.
  Сергей   Никитин   считает   огромной   удачей   знакомство   с   поэтессой
Юнной   Мориц.   С   ней   «всегда   интересно…   Этот   человек   сочетает   в   себе
казалось бы несовместимые вещи: научный интеллект и природную интуицию, блестящую технику стихосложения и чуть ли не детскую непосредственность
и   музыкальность»   (4,6).   Не   одно   поколение   детей   с   радостью   поет   песни
Сергея Никитина на стихи Юнны Мориц. Всего Никитиным написано почти 30
песен для детей на стихи этой поэтессы. Трудно себе сейчас это представить,
но   когда   в 1979  году   Никитин   написал   музыку   к  мультфильму  «Большой
секрет для маленькой компании», художественный совет предложил выкинуть
из мультфильма песни Никитина! И именно Мориц настояла на том, чтобы
песни сохранили (13).
  В стихотворении про Пони рассказывается трогательная история про
Пони, который катает детей в зоопарке. Пони грустит от того, что монотонно
«бегает   по   кругу»,   а   мечтает   –   «лететь   …   как   птица»   и   «с   врагом   …
сразиться». В музыке песни «Пони», сочиненной Никитиным еще в 1965году,
мы как будто видим ее персонажей: печального пони, ритмично цокающего
копытцами, бодро и неутомимо (основная тональность – dmoll, нисходящие
мелодии   фраз,   и   при   этом   четкая,   мерная   пульсация   аккомпанемента),   и
горделивого коня Пирата (модуляция в Bdur, в тональность VI ступени).
  В основе песни  куплетная форма из четырех коротких фраз. Образ
маленького пони в сравнении с конем – это ребенок, который стремится быть
«как   большой»,   как   взрослый.   Поэтому   не   случайны   в   мелодии   как   бы
укороченные трехтактовые фразы с паузой в четвертом такте, близость фраз к
речевому   ритму.   Это   создает   впечатление   бесхитростной,   простодушной
интонации   речи.   Музыкальный   ритм   фраз   гибок   и   разнообразен:   в   первой
фразе   силлабический   распев      продление   гласного   (6,14)      подчеркивает
ударение в первой и четвертой стопе, во второй фразе – ритмически выделена
только четвертая стопа, третья фраза начинается из затакта, но сохраняются
второе, третье, четвертое ударения, а в четвертой фразе – ударения на второй
и  четвертой   стопе.  Музыка   песни   следует   за   текстом,  поэтому   во   втором
куплете (такты 3040) она меняет свой характер, рисуя образ коня Пирата:
модуляция в мажор, восходящее мелодическое движение, яркие аккорды в гармонии – цепочка красочных септаккордов, образующих квартоквинтовую
секвенцию   в   басу   с   побочными   доминантами,   с   неожиданной   подменой
септаккорда от сибемоль на нонаккорд от мибемоль (на  II  неаполитанской
ступени).   Третий   куплет   (такт   41)   воспринимается   как   реприза,   и   таким
образом   куплетная   форма   усложняется   сходством   с   трехчастной   формой.
Детская   непосредственность   подчеркивается   дополнительным   нарушением
инерции симметрично повторяемых фраз: в 32 такте третья фраза начинается
с опережением, без паузы, то есть выпадает целый такт (как бы от восторга
речь становится более эмоциональной), а в третьем куплете  (такты 5051)
добавляется   еще   одна   фраза   обиженного   пони   (вслед   за   Мориц,   которая
добавила строчку в третьей строфе).
 В песне «Резиновый ежик» (1976) на стихи Юнны Мориц игрушечный
резиновый ёжик бодро шагает по лесу, как известно, на именины к щенку. В
музыке   песни   есть   замечательная   энергичность,   которая   предполагает
дружное и радостное совместное пение. Строфа стихотворения строится как
двухстопный дактиль (иногда переходящий в амфибрахий) из шести строк, с
рифмами  aabccb.   Песня   имеет   куплетную   форму,   причем   в   куплет
объединяется две строфы. Вторая строфа начинается похожей интонацией и
гармонией,   как   вариант   первой.   Композитор   каждые   три   фразы   (строчки
стиха)   объединяет   в   одну   большое   построение   (1такт+1такт+2такта),
заканчивая  его   в  начале  четвертого   такта.  Музыкальные  фразы   сходны  по
структуре, ритму, в мелодии есть повторы (такты 10,11) и секвенции (такты
14,15,16   и   18,19),   и   это   делает   песню   несложной   для   запоминания.   В
аккомпанементе следует отметить излюбленные ходы в гармонии: секвенцию
с   побочными   септаккордами,   гармонию   трезвучия  II  пониженной   ступени,
модуляции   в  III,  IV(причем   тоника   в   разрешении   была   заменена   двойной
доминантой),  VI  ступени, модуляцию через субдоминанту (такты10, 1213),
хроматический подголосок в среднем голосе.
 Еще в 1974 году Никитин написал шуточную песню «Хорошо жить на Востоке» (слова Н. Агнивцева, В Берковского, С.Никитина). Она снискала
заслуженную популярность. Исполняя ее, Никитин талантливо импровизирует
и  подражает пению  восточного  певца.  Юмористический  эффект  заложен в
стихотворном   тексте,   а,   кроме   того,   создается   за   счет   сочетания
национального   среднеазиатского   колорита   и   гитарного   аккомпанемента
совсем в другом стиле.
  К песням, построенным как  драматический  рассказ, можно отнести
песню   «Последняя   просьба   старого   лирника   (Переведи   меня   через
майдан)»   (1980)   В.   Коротич,   пер.   Ю.   Мориц.  Как   известно,   на   Украине
лирником   называли,   как   правило,   бродячего   крестьянинаслепца,   который
играл   на   колёсной   лире,   струнном   музыкальном   инструменте,   по   форме
напоминавшем скрипичный футляр, держа лиру на коленях (ранее, в  XXIII
вв. колесная лира представляла собой громоздкий инструмент, на ней играли
два человека; преимущественно церковную музыку в монастырях). Бóльшая
часть ее струн (6–8) звучит одновременно, вибрируя в результате трения о
колесо, вращаемое правой рукой. Однадве отдельных струны, звучащая часть
которых укорачивается или удлиняется с помощью стержней левой рукой,
воспроизводят мелодию, а остальные струны издают монотонное гудение.
  Стихотворение   «Последняя   просьба   старого   лирника»  было   взято
Никитиным в замечательном переводе с украинского Юнны Мориц. Но все же,
чтобы понять содержание текста, целесообразно сравнить оригинальный текст
на   украинском   языке   с  русским   переводом. «Родственность   языка   создает
обманчивое ощущение простоты», как заметила русская писательница Ольга
Чигиринская,   живущая   на   Украине.   (15).   Смысловые   несовпадения
начинаются с первой строчки. Например, нет соответствия слову «майдан»
это не просто площадь, а  деревенская  площадь. Из слов «Переведіть мене
через майдан» понятно, что слепой лирник одинок и обращается просто к
комунибудь, для Коротича слушатель песни – люди, толпа. В русском же варианте истории «переведи»  это обращение к конкретному лицу.
В переводе изменяются отношения лирического героя с его женщиной.
Ср., в оригинале: «Де жінка плаче, та, що був я з нею./Мину її і навіть не
пізнаю/…Переведіть мене через майдан, /З жалями й незабутою любов’ю./Там
дужим був і там нікчемним був я…» И перевод: «Там плачет женщина, я был
когдато   с   нею,/Теперь   пройду   и   даже   не   узнаю…/Переведи   меня   через
майдан,/С моей любовью, с болью от потравы,/Здесь дни моей ничтожности и
славы…» В украинском оригинале мы понимаем, что лирник был с женщиной,
она родила ему сына, но он, ослепнув, почувствовал себя ничтожным и ушел
от нее, хотя он ее не забыл и продолжает любить. В русском варианте исчезает
слово  «незабута»  незабытая любовь. Вместо «сильный» и «никчемный»
ничтожность   и   слава.   И,   самое   главное,   вместо   единственной   женщины
появляется просто женщина, с которой он когдато был.
Рассмотрим еще одно несоответствие смыслов: «Переведіть…/Майдану
тлумне тло/Взяло його у себе і вело ще,/Коли він впав у центрі тої площі,/А
поля за майданом не було.» «Тлумне тло» переводится как «многолюдный
фон»».   Но   словом   «фон»   перевести   нельзя,   это   было   бы   эмоциональным
снижением,   и   у   Мориц   появляется   «майдана   океан»:   «   Майдана
океан/Качнулся,   взял   и   вёл   его   в   тумане,/Когда   упал   он   мёртвым   на
майдане,/И поля не было, где кончился майдан…».
 В русском тексте не совсем понятно, почему в последней строфе «поля
не   было,   где   кончился   майдан».   Дело   в   том,   что   майдан   –   деревенская
площадь, которая хотя бы с одной стороны ограничена полем. Лирник хочет
умереть на поле, в тишине, но он слепой и не знает, что пока он был незрячим,
городок вырос в город, поле застроили, нет уже поля с гречихой и пчелами, и
ему   некуда   идти.   Трагизм   в   том,   что   раньше   лирник   мог   уйти   в   поле,   в
тишину, а теперь ему некуда идти, даже чтобы умереть, и нет никого, кто
отозвался бы на его просьбу – он идет через площадь один, и люди вокруг
даже не замечают слепого.(15) Куплеты   песен   выстраиваются   в   единую   драматургическую   линию,
направленную   к   кульминации   и   завершаемую   трагическим   финалом.
Огромную   роль   играет   гитарный   аккомпанемент.   Он   создает   необходимое
напряжение,   накал   всему   драматическому   повествованию.   Суть   истории,
рассказанной   в   этой   песне   –   человеческая   судьба,   трагическая   судьба.
Поэтому в начале каждого куплета, подобно трагическим вариациям на basso
ostinato,   в   среднем   голосе   фактуры   аккомпанемента   слышен   подголосок   –
нисходящая   хроматическая   линия.   Идея   неотвратимости   судьбы   также
реализуется в текучести, монотонности аккомпанемента, перекликающегося
со звучанием колёсной лиры, похожим на звучание волынки, шарманки. Эта
ассоциация,  с  другой   стороны,  могла   возникнуть   из   сравнения   с  «майдана
океаном».
 Непрерывность действия позволяет эмоционально захватить слушателя.
В   стихотворении   заложен   повтор   строчки   «Переведи   меня   через   майдан»,
которая повторяется как заклинание в начале и в конце каждой строфы. В
мелодии четыре строчки стиха соответствуют четырем симметричным фразам
куплета.   Первая   фраза   начинается   энергичным   посылом   –   восходящей
интонацией   по   минорному   квартсекстаккорду.   Общий   печальный   колорит
создается за счет плагального оборота, нисходящих окончаний 2 и 3ей фраз с
 gmoll.   Четвертая   фраза   начинается   с
модуляциями   в  dmoll,
 cmoll,
решительного поворота в мажор (в сопровождении  аккорд  III  ступени=B
dur)   с   резкого   «взлёта»   в   верхний   регистр.   Эта   фраза   звучит   с   особой
торжественностью,   как   бы   подводя   итог   –   этому   ощущению   помогает
нисходящая интонация баса, общее  выпрямление ритма (ровные  четверти).
Окончание фразы гармонизовано прерванным оборотом (аккордом Esdur), и
поэтому   неизбежно   появление   в  gmoll  в   следующей   фразе   –   начале
следующего   куплета,   как   бы   обреченное   возвращение.   Движение   гармонии
связало   куплеты,   сгладило   цезуру:   разрешение   доминанты   приходится   на
первую сильную долю мелодии куплета и, следовательно, на начало каждого последующего куплета, причем активная начальная интонация уходит, новый
куплет начинается более мягко.
Рассказ   лирника   идет   от   первого   лица,  но   Никитины   исполняют   эту
песню дуэтом, объективизируя рассказ. Двухголосие включается постепенно.
Сначала это гармоническое двухголосие – в октаву, в сексту. От куплета к
куплету двухголосие усложняется, в пятом куплете появляется сходство с
каноном, второй голос – причем, это верхний подголосок – становится более
самостоятельным.  Граница  между  пятым  и  шестым  куплетом  максимально
преодолевается (такт 41). Верхний голос, расширяя диапазон вверх, помогает
состояться   драматической   кульминации   (такты   4647).   Поскольку   песни,
певшиеся   бродячими   музыкантами,   существовали   в   устной   традиции,   то   в
кульминации можно отчетливо услышать попытку воспроизвести народное,
горловое   пение   (в   верхнем   голосе,   в   подголоске,   у   Татьяны   Никитиной).
Последний куплет – это почти речитатив. Короткие, прерывающиеся фразы
рисуют   картину   последних   мгновений   жизни   обессилено   падающего   и
умирающего лирника. Звуки голоса (дуэт в унисон) как бы уходят в тишину, в
небытие.
2.4 Борис Рыжий. Личность и творчество поэта
 Несколько лет назад Сергей Никитин познакомился со стихами поэта
Бориса Рыжего. Как он признался, эти стихи были «так высоки, что мы читали
их друг другу взахлеб» (13). К сожалению, к тому времени поэта уже не было
в живых: Борис Рыжий покончил с собой в 27 лет, в лермонтовском возрасте,
в мае 2001 г. Как в свое время Рубцов, Прасолов, Высоцкий, над нашими
головами   пронеслась   и   скрылась   за   горизонтом   яркая   поэтическая   звезда.
Хотя никак не скажешь, что Бориса Рыжего не заметили его современники.
Последние   два   года   его   жизни   отмечены   и   значительными   публикациями поэта, и премиями, и приглашениями на поэтические фестивали (в том числе
в Роттердам). Борис Рыжий родился в Челябинске, жил в Екатеринбурге ( он
писал о себе: «первый поэт промышленной зоны»). В биографии Рыжего были
унылое  детство  в свердловских подворотнях в компании дворовой шпаны,
работа в геологических партиях и учеба в Уральской горной академии.
 Достаточно типичная биография российского юноши встает из стихов
Бориса   Рыжего.   Биография   поэта   на   фоне   окружающего   мира   и   ее
трагическое восприятие им в его стихах прочитывается во всех деталях:
«Я помню все, хоть многое забыл –/разболтанную школьную ватагу./Мы
к Первомаю замутили брагу,/я из канистры первый пригубил./Я помню час,
когда   ногами   нас/за   буйство   избивали   демонстранты...»   И   душевное
одиночество, преследующее поэта с самого его безрадостного детства:
«Куда девать теперь весь этот хлам,/…все это обделенное любовью/все
это одиночество мое?»
«К   одним   ударам   только   и   привык/К   ударам,   от   которых   словно
зубы,/Выскакивают буквы изо рта./И пахнут кровью.»
«Маленький, сонный, по черному льду/в школу – вотвот упаду – но
иду./Мрачно   идет   вдоль   квартала   народ./Мрачно   гудит   за   кварталом
завод.../... на черном ветру,/в черном снегу упаду и умру./Будет завод надо
мною гудеть./Будет звезда надо мною гореть./Ржавая, в странных прожилках,
звезда,/и – никого, ничего, никогда.»
Борис   Рыжий   создал   свой   памятник   трагическому   для   России
последнему пятнадцатилетию XX века. Такие пронзительные строки о судьбе
страны и делают стихи Рыжего общезначимыми: «...Внезапный ветр огромную
страну/Сдул с карты, словно скатерть – на пол»...
«...нищие сидят/на тротуарах в черных одеяньях»...
«да   по   улице   вечной   разлуки./Да   по   улице   вечной   печали/в   дом
родимый, сливаясь с закатом,/одиночеством, сном, листопадом,/возвращайся
убитым солдатом.» Но   не   только   печальные   обстоятельства   жизни   Бориса   Рыжего
прочитываются в его творчестве. В его стихах есть нечто более важное, что и
делает их значительным событием в русской поэзии. Мировая поэзия в своем
большинстве   –   тончайший   прибор,   реагирующий   на   человеческую   боль.
Принимать   на   себя   чужие   страдания   –   нечеловеческая   нагрузка,   не
способствующая долгой жизни («и целый мир взвалили мне на плечи.»). Борис
Рыжий погиб на взлете. Но Рубцов, и Прасолов, и Высоцкий сгорали не только
от   внешних   обстоятельств.   Они   сгорали   от   высокого   напряжения,   при
котором они жили и творили. Стихи Рыжего идут из самого сердца. В то же
время   именно   сочувствие   и   горячая   любовь   к   втоптанным   в   грязь,
сломленным   жизненными   обстоятельствами   людям   –   важнейшая   сильная
сторона поэзии Бориса Рыжего. Рыжий не отделяет себя от этих, обиженных
жизнью,   героев   («мы   с   тобою   отбросы»,   «мы...земная   шваль:   бандиты   и
поэты»). При всем понимании своего таланта и своего предназначения Рыжий
чувствует себя абсолютно слитым с теми, о ком он пишет в своих стихах.
  Иногда в лирических стихах поэт становится ироничным и довольно
циничным (например, в стихотворение «На окошке на фоне заката..."») Но
только безысходное отчаяние могло заставить поэта написать такие строки:
«Ничего действительно не надо,/что ни назови:/ни чужого яблоневого сада,/
ни чужой любви,/что тебя поддерживает нежно,/уронить боясь./Лучше
страшно, лучше безнадежно,/лучше рылом в грязь.»
 «не могу,/чужое горе помня, жить красиво./я перед жизнью в тягостном
долгу,/И только смерть щедра и молчалива...».
  «О,   Боже,   ты   не   дал   мне   жизни   вечной,/   Дай   сердце   –   описать   ее
любовью.»
Можно сказать, что вся суть и смысл поэзии Рыжего – в этих строчках:
«В аду искал приметы рая».
«Судьба бедна. И скуден свет/и жалок. Что б его любить,/додумывай
его поэт...» «...Где нищие, жлобье,/безумцы и рвачи – /сокровище мое...»
  Стихи   Бориса   Рыжего   «доступны   восприятию   любого   человека,   их
легко выучить наизусть, у них есть общечеловеческий смысл, и он ничем не
затуманен» (Марина Тимашева, «Радио Свободы», 26.03.2010).
Его   стихи   написаны   богатым   русским   языком,   смысл   стихов   в
большинстве своем прозрачен. Рыжему удалось показать, что и сейчас при
наличии   таланта   и   больших   душевных   усилий   можно   достигать   в   рамках
классического   русского   стиха   высочайших   достижений.   Простые   слова,
простые  предложения,  в общем, даже не  очень  строгие  рифмы –  приметы
стихов   Рыжего.  Творчество   же   Бориса   Рыжего   по   накалу   трагизма   можно
сравнить   с   произведениями   А.Платонова   и   В.Астафьева.   Для   его   стихов
характерна   сила   чувств,   сила   сопереживания:   «возможность   плакать   от
чужого горя, любя, чужому счастью улыбаться». Стихи Бориса Рыжего имеют
прямое отношению к замечательной, предельно исповедальной поэтической
традиции,   образцовый   представитель   которой,   конечно   же,   Есенин.   Как
определил   поэт   Сергей   Гандлевский:   «В   его   стихах   хулиганский   шик,
люмпенская экзотика приблатненных окраин и лихих пригородов, которые,
вообщето   говоря,   в   долгу   перед   Борисом   Рыжим.   Ведь   все   областные   и
районные центры для большинства из нас так и останутся ничего ни уму, ни
сердцу не говорящими единицами, пока не найдется талантливый  человек,
который привяжется к какойнибудь дыре и замолвит за нее слово. Тогда на
культурной карте появляется новая местность, напоминая нам, что всюду –
жизнь.»(10,6)
2.5 Песни на стихи Бориса Рыжего
Совершенно  естественно, что  Никитин, заинтересовавшись  личностью
Бориса   Рыжего,   выразил   в   музыке   свое   понимание   его   поэзии,   дополнил, обогатил   смысл   стиха   музыкальным   прочтением.   В   октябре   2006   года   на
канале «Культура» Татьяна и Сергей Никитины записали программу в цикле
передач   «Под   гитару»   с   новыми   песнями   на   стихи   Бориса   Рыжего   в
сопровождении   джазового   трио   Евгения   Борца.   А   два   года   назад   Сергей
Никитин   принес   в   театр   «Мастерская   Петра   Фоменко»   сочинение,   жанр
которого определил как блюзопера: «…в расширенном смысле блюз – это
«когда хорошему человеку плохо». Это, прежде всего, состояние души. Вот,
например,   «позабытпозаброшен   с   молодых,   юных   лет»   –   это   тоже   блюз,
только   наш»   (интервью   Марине   Тимашевой,   март   2010   года).   Наконец,   в
марте этого года в театре состоялась премьера спектакля «Рыжий» по стихам
Бориса   Рыжего   с   песнями   Сергея   Никитина.   Зрители   вместе   с   актерами
переносятся в 80е90е годы прошлого столетия. Они как бы путешествуют в
трамвае, делая остановки в памятных для поэта местах его жизни, стихи и
песни   помогают   воссоздать   атмосферу   тех   лет:   «Если   в   прошлое,   лучше
трамваем/со   звоночком,   поддатым   соседом,/грязным   школьником,   тетей   с
приветом,/чтоб   листва   тополиная   следом./Через   пять   или   шесть
остановок/въедем в восьмидесятые годы:/слева фабрики, справа – заводы…»
  Как сказал Монтень: «Переживать прошлое – проживать свою жизнь
второй раз». Во многих стихах Рыжего, к которым обратился Никитин (а их
около двух десятков), и это понятно, слышны ностальгические нотки. Но, тем
не менее, песни Сергея Никитина на стихи Бориса Рыжего разнообразны по
тематике, стилю и настроению.
  Песня  «На окошке»  (2007) выдержана в ритме танго:  «На окошке на
фоне заката/ Дрянь какаято желтым цвела…». Танго помогает почувствовать
иронию   и   самоиронию   поэта,   тем   самым   усиливая   иронический   подтекст
лирического стихотворения.
  Песня  «Помнишь, дождь…»  (2008)  лирическая, в ней чувствуется
щемящая   грусть   от   непонятости,   душевного   одиночества.   В   гитарном
аккомпанементе – терпкие диссонирующие аккорды, спокойное движение (нет остроты   чувств,   разговор   идет   о   безвозвратно   ушедшем   прошлом).
Мелодическое   движение   в   тактах   1013,   скорее   всего,   не   случайно,
напоминает интонации задушевных песен советского времени, например, из
кинофильма   «Весна   на   Заречной   улице».   «Помнишь   дождь   на   улице
Титова,/что   прошёл   немного   погодя/после   слёз   и   сказанного   слова?/Ты   не
помнишь этого дождя!»
  Песня  «Уфалей» (2008) про Рыжего – «желторотого дуралея»: «Я на
крыше паровоза ехал в город Уфалей/и обеими руками обнимал моих друзей
—/Водяного с Черепахой, щуря детские глаза./Над ушами и носами пролетали
небеса.» Композитор улавливает настроение беззаботного детства, радостного
ощущения   жизни,   открытости,   наивности.   Музыка   напоминает   песни
Никитина, написанные им для детей: решительные скачки, простота мелодии,
симметрично   идущей   то   вверх,   то   вниз;   простой   ритм   четвертей   или
ритмической   группы   четверть   с   точкой   и   восьмая,   чтобы   подчеркнуть
метрический акцент. Ритм аккордов в гитарном аккомпанементе добавляет
синкопу на вторую и четвертую четверти четырехчетвертного такта. Общее
строение песни – трехчастная форма.
  В   песне   на   стихотворение   «В   России   расстаются   навсегда»   ритм
аккомпанемента   подражает   стуку   колес   поезда,   обозначая   монотонность
движения. Ритм мелодии максимально приближен к речевому, мелодия до 16
такта разворачивается поступенно, без скачков. Шесть строчек стихотворной
строфы   –   разного   размера:   две   строчки   трехстопного   ямба   чередуются   с
двухстопным хореем с пропущенным первым ударением, причем по смыслу
вторая   и   пятая   строчки   заканчиваются   в   следующей   строке,   так   как
составляют одно предложение: «В России расстаются навсегда./В России друг
от   друга   города/столь   далеки,/что   вздрагиваю   я,   шепнув   «прощай»./Рукой
своей   касаюсь   невзначай/её   руки.»   Композитор   чутко   преодолевает   эти
стихотворные   цезуры,   соединяя   поэтические   строчки   в   одну   музыкальную
фразу. В результате – не характерные для авторской песни несимметричные музыкальные фразы.
 Некоторые песни написаны в новой для Никитина блюзовой манере или
с чертами блюза. Это, например, песня «Над домами» (2006) «Над домами,
домами, домами/ голубые висят облака./ Вот они и останутся с нами/ на века,
на века, на века.» В песне  «Гранит»  (2005)  характерный «блюзовый тон»
(Vпониженная   ступень),   триольный   ритм   в   мелодии,   в   гармониях   –
параллельные малые септаккорды. «Так гранит покрывается наледью,/и стоят
на земле холода, —/ этот город, покрывшийся  памятью,/ я покинуть хочу
навсегда./ Будет тёплое пиво вокзальное,/будет облако над головой, /будет
музыка очень печальная — /я навеки прощаюсь с тобой.»
  В   песне   «Отмотайка   жизнь   мою   назад»   (2007)   мы   опять
встречаемся с жанром блюза: в ритме мелодии ровные восьмые поблюзовому
поются   неровно,   как   четверть   и   восьмая,   то   есть   четвертные   доли   такта
делятся на триоль восьмых. Лад первой фразы – ми бемоль мажор с низкой
третьей ступенью (и она сочетается с мибемоль мажорной ступенью «соль» в
4такте – считая первый затакт за целый такт – аккомпанемента). В результате
характерного для блюза «раздвоения большетерцовых сегментов в базисном
звукоряде» (7,43) – в 15 такте в мелодии сочетаются соль бемоль и соль бекар
и образуется хроматический блюзовый звукоряд. Никитина как композитора
привлекает   «диссонантная   плотность»   (7,   28)   джазовых   гармоний.
«Гармоническая схема блюза позволяет использовать аккорды определенного
фонизма   (малые   септаккорды)   на   всех   диатонических   и   хроматических
ступенях лада, не выходя за пределы данной тональности»(7,54), поэтому в
аккомпанементе первых двух фраз аккорды: ascesges (S), bdfas(D) (T), а
тоника, как мы видим, дана в четвертом такте в виде «тоники с секстой» (es
gc, что соответствует  VI6 аккорду), затем в 5 такте – в виде еще одного
малого   мажорного   септаккорда  esgcdes.  Размер   стиха   (первая   строчка
четырехстопная, вторая – двух) провоцирует деление мелодической линии на
две фразы, разные по протяженности, с паузой после короткой второй фразы, что придает сходство с блюзовым квадратом и с его характерной паузой в
третьем   такте   мелодии.   Лад   первого   восьмитакта   можно   представить   как
минорную пентатонику от до с блюзовым тоном (пониженной V ступенью), но
«блюз минорным только кажется – минор в мелодике сочетается с мажором в
аккомпанементе   (7,35).   Действительно,   аккомпанемент   обрисовывает
тональность  Esdur. Интересна музыкальная форма всей песни: хотя форма
является куплетной, где куплет соответствует двум четверостишиям стиха,
внутри куплета – репризная форма: 8 тактов+4+4. Средняя часть (4 такта) –
сохраняет мягкий покачивающийся ритм блюза, но без характерных блюзовых
черт. Музыкальная реприза начальных фраз в последнем четырехтакте (с 13
такта) неожиданна и не связана с повтором в стихе: Отмотайка жизнь мою
назад/ и ещё назад,/вот иду я пьяный через сад,/осень, листопад./Вот иду я:
девушка   с   веслом/слева,   а   с   ядром   —/справа,  время   встало   и   стоит,/а
листва летит.
  В   песне   на   стихотворение  «Ода»(2006)   Никитин   наиболее   близко
подходит   к   жанру   блюза.   В   стихотворении   можно,   несомненно,   услышать
параллель   со   стихотворением   Блока   «Ночь,   улица,   фонарь,   аптека…».   У
Блока – четырехстопный ямб, у Рыжего – четырехстопный хорей:
Ночь. Звезда. Милицанеры
парки, улицы и скверы
объезжают. Тлеют фары
италийских жигулей.
Извращенцы, как кошмары,
прячутся в тени аллей.
Четверо сидят в кабине.
Восемь глаз, печальносини.
Иванов. Синицын. Жаров.
Лейкин сорока двух лет,
на ремне его Макаров. Впрочем, это пистолет.
Вдруг Синицын: «Стопмашина».
Скверик возле магазина
«сокиводы». На скамейке
человек какойто спит.
Иванов, Синицын, Лейкин,
Жаров: вор или бандит?
Ночь. Звезда. Грядет расплата.
На погонах кровь заката.
«А, пустяк, – сказали только,
выключая ближний свет, –
это пьяный Рыжий Борька,
первый в городе поэт».
 И у Блока, и у Рыжего пейзаж неуютный (ср., у Блока: «Ночь, ледяная
рябь канала,/ Аптека, улица, фонарь.» И у Рыжего  пугающая темнота ночи:
«…Тлеют фары/италийских жигулей./Извращенцы, как кошмары,/прячутся в
тени аллей.»). Но, в отличие от Блока, в стихотворении Рыжего сквозит явная
ирония.   Начало   –   «Ночь.   Звезда…»   –   настраивает   на   романтически
возвышенное лирическое стихотворение. Но следующее слово  «милицанеры»
  неожиданно   снижает   впечатление.   Со   второй   строфы  –  короткие   фразы,
неполные   предложения  (без   сказуемого),  перечисление   фамилий   (иронично
обыгрывается то, что название типа пистолета совпадает с фамилией) – как
будто репортаж о серьезном происшествии. Зловеще краснеет закат. Но Борис
Рыжий   был   «из   немногих,   кто   делает   неодушевленное   одушевленным,
страшное   –   не   очень   страшным».   (10,6)   И   вместо   вора   или   бандита
патрульным встречается безобидный Рыжий Борька (поэт обыгрывает то, что
его   фамилия   имеет   грамматическую   форму   имени   прилагательного).   Но
недаром стихотворение иронично называется «Ода»  милиционеры не забрали
пьяного поэта, потому что они его узнали – потому что «свой», и потому что уважают («первый поэт»). Вот высшее признание поэта!
 Песня поется в блюзовой манере – с триольным ритмом вместо ровных
восьмых   длительностей,   с   опережающими   синкопами,   свингуя.   Каждая
строфа стихотворения соответствует куплету, каждый куплет по строению
образует блюзовый квадрат: 3 раза по 4 такта: TSTT («условно тонический
четырехтакт») / SSTT/ DSTD. В этой песне в духе блюза нет модуляций,
потому что «простая или усложненная гармония блюза всегда однотональна»
(7,   54).   Мелодия      в   блюзовом   ладу,   который   основывается   на   минорной
пентатонике (без  II  и  VI  ступеней) +блюзовый тон,  V  пониженная ступень.
Минорная мелодия (си бемоль=III ступень) сочетается с мажорной гармонией
аккомпанемента,   с   малыми   септаккордами.   Аккорды   подчеркивают
синкопами вторую и четвертую доли такта. В музыкальном прочтении «Оды»
Рыжего блюз помог почувствовать с самого начала мягкую, без осуждения,
ироничность – и во взгляде на ситуацию, и в понимании поэтом себя. Заключение
Творчество   Сергея   Никитина   –   как   композитора,   исполнителя
бардовской,   авторской   песни   –   чрезвычайно   обширно   и   многообразно   и
заслуживает   самого   пристального   внимания.   Он   знает   путь,   как   своим
творчеством   достичь   людских   сердец,   дать   слушателям   радость,   он
создатель   многих   песен,   ставших   популярными.   Его   песня   «Александра»
стала   лирическим   гимном   Москвы,   его   детские   песни   полюбились   уже
нескольким   поколениям   детей.   Для   авторской   песни   поэзия   –   основа   и
конечный   смысл   всего   творческого   процесса.   Как   композитор   Никитин
обращается к «золотому фонду» русской поэзии: к стихам А. Тарковского, Д
Самойлова, Б. Рыжего, Ю. Мориц, которая назвала его отношение к поэзии
«рыцарским служением».
  В  творческом  наследии композитора – лирические  и  драматические
песни,   шуточные   и   детские.   Для   каждой   песни   композитор   ищет
индивидуальное   решение,   стремясь   наиболее   полно   воплотить   авторский
замысел поэта, раскрыть смысл и подтекст стиха. Интерес последних лет – к
творчеству современного поэта Бориса Рыжего – показал, что С. Никитин
вышел   на   новый   уровень   композиторского   творчества.   Он   смог,   как   нам
кажется, создать музыкальный эквивалент своеобразного поэтического мира
Б.   Рыжего,   где   «земная   шваль»,   «бандиты   и   поэты»   так   нуждаются   в
понимании, сочувствии и любви. Музыкальное прочтение некоторых песен на
стихи   Б.   Рыжего   опирается   на   жанр   блюза,   который   помог   сделать   этот
общечеловеческий подтекст слышимым и убедительным.
  Композиторский   почерк   Никитина   обусловлен   его   поразительной
природной музыкальностью, которая позволяет ему создавать оригинальное
прочтение   поэтических   образов.   Для   Никитина   характерна   гармоническая
насыщенность   аккомпанемента,   причем   насыщенность   диссонирующими аккордами и модуляциями. Поэтому закономерно, что Никитин включил в
свой   гармонический   язык   джазовые   гармонии   с   их   диссонантной
красочностью   и   ладовой   многозначностью.   Его   привлекают   сложные
синкопированные джазовые ритмы. Если этого требует содержание, особенно
в последние годы, Никитин предпочитает в песнях трехчастную форму или
куплетную форму с элементами трехчастной формы. Даже куплетная форма в
зависимости от содержания приобретает индивидуальные черты.
  Для Никитина в авторской песне воплощается идея единения людей
«одной   крови».   Он   говорит:   «Петь   друзьям   –   чуть   ли   не   главный   способ
существования   авторской   песни.   Есть   еще   один,   очень   важный   для   меня
момент – петь вместе с друзьями.» (5,6) Свою исполнительскую, творческую
  чтобы   противостоять   «антикультуре,
задачу   он   видит   в   том,
коммерциализации» современной эстрады, массмедиа. (14).
  Творчество Сергея Никитина, как творчество истинного художника,
задевает   чувства,   умы   и   сердца   людей,   не   оставляет   равнодушным   и   по
нашему   мнению,   навсегда   войдет   в   историю   российского   музыкального
искусства. Список используемой литературы
1. Ю.Визбор. Одинокий гитарист. – М.: Эксмо, 2007. – 640 с.
2. А.Городницкий. И вблизи, и вдали. – М.: Сов. писатель, 1991. – 400 с.
3. С.Истомин, Д. Денисенко. Самые знаменитые барды России. – М.: Вече,
2002. – 416 с.
4. Л.Кирилюк. Дипломная работа «Российская авторская песня. Сергей
Никитин  профессионал среди любителей». Киевская консерватория им.
П.И.Чайковского, Кафедра теории музыки, Киев, 1983. – 80 с.
5. С.Никитин. Времена не выбирают. – М.: Аргус, 1994. – 125 с.
6. Н.Рапопорт. То ли быль, то ли небыль. – С.Пб.: Пушкинский фонд, 1998. –
192 с.
7. А.Рогачев. Системный курс гармонии джаза. – М.: Владос, 2000. – 128с.
 8. Е.Ручьевская и др. Анализ вокальных произведений: Учеб. пособие. – Л.:
Музыка, 1988. – 352 с.
9. Б.Рыжий. И всё такое… – С.Пб.: Пушкинский фонд, 2000.  80с.
10. Б.Рыжий. На холодном ветру. – С.Пб.: Пушкинский фонд, 2001.  80с. 11.
Б.Рыжий. Стихи: 19932001. – СПб.: Пушкинский фонд, 2003 г . – 80с. 12.
Б.Рыжий. Оправдание жизни. – Екатеринбург, УФактория, 2004 г . – 80с.
13. С.Никитин. Интервью. – Токшоу «Герой города», 2009. –
http://video.snikitin.ru
14. С. Никитин. Интервью с Севой Новгородцевым. – Русская служба BBC,
2010. – http://video.snikitin.ru
15. О.Чигиринская. О переводе с родственных языков. 2008.
http://pharisai.at.ua Приложение
АЛЕКСАНДРА
(Слова Юрия Визбора и Дмитрия Сухарева)
Не сразу все устроилось,
Москва не сразу строилась,
Москва слезам не верила,
А верила любви.
Снегами запорошена,
Листвою заворожена,
Найдет тепло прохожему,
А деревцу – земли.
Александра, Александра,
Этот город – наш с тобою,
Стали мы его судьбою
Ты вглядись в его лицо.
Что бы ни было вначале,
Утолит он все печали.
Вот и стало обручальным
Нам Садовое кольцо!
Москву рябины красили,
Дубы стояли князями,
Но не они, а ясени
Без спросу наросли.
Москва не зря надеется,
Что вся в листвой оденется,
Москва найдет для деревца
Хоть краешек земли. Александра, Александра,
что там вьется перед нами?
Это ясень семенами
кружит вальс над мостовой.
Ясень с видом деревенским
Приобщился к вальсам венским.
Он пробьется, Александра,
Он надышится Москвой.
Москва тревог не прятала,
Москва видала всякое,
Но беды все и горести
Склонялись перед ней.
Любовь Москвы не быстрая,
Но верная и чистая.
Поскольку материнская
Любовь других сильней.
Александра, Александра,
Этот город наш с тобою,
Стали мы его судьбою,
Ты вглядись в его лицо.
Что бы ни было вначале,
Утолит он все печали.
Вот и стало обручальным
Нам Садовое кольцо!
РЕЗИНОВЫЙ ЁЖИК(1976)
(ст.Юнны Мориц)
По роще калиновой,
По роще осиновой
На именины к щенку В шляпе малиновой
Шёл ёжик резиновый
С дырочкой в правом боку.
Были у ёжика
Зонтик от дождика,
Шляпа и пара галош.
Божьей коровке,
Цветочной головке
Ласково кланялся ёж.
Здравствуйте, ёлки!
На что вам иголки?
Разве мы — волки вокруг?
Как вам не стыдно!
Это обидно,
Когда ощетинился друг.
Небо лучистое,
Облако чистое.
На именины к щенку
Ёжик резиновый
Шёл и насвистывал
Дырочкой в правом боку.
ПОНИ (1965) (ст. Юнны Мориц)
Пони девочек катает,
Пони мальчиков катает,
Пони бегает по кругу
И в уме круги считает.
А на площадь вышли кони,
Вышли кони на парад!
Вышел в огненной попоне Конь по имени Пират.
И заржал печальный пони:
– Разве, разве я не лошадь?
Разве мне нельзя на площадь?
Разве я вожу детей
Хуже взрослых лошадей?
Я лететь могу, как птица!
Я с врагом могу сразиться
На болоте, на снегу!
Я могу, могу, могу!
Приходите, генералы,
В воскресенье в зоопарк!
Я съедаю очень мало,
Меньше кошек и собак.
Я выносливее многих –
И верблюда, и коня!
Подогните ваши ноги
И садитесь на меня!
ПЕРЕВЕДИ МЕНЯ ЧЕРЕЗ МАЙДАН
(сл. В. Коротича, пер. Ю. Мориц)
Переведи меня через майдан,
Через родное торжище людское,
Туда, где пчелы в гречневом покое,
Переведи меня через майдан.
Переведи меня через майдан,
Он битвами, слезами, смехом дышит,
Порой меня и сам себя не слышит,
Переведи меня через майдан.
Переведи меня через майдан, Там мной все песни сыграны и спеты,
Я в тишь войду и стихну  был и нету,
Переведи меня через майдан.
Переведи меня через майдан,
С моей любовью, с болью от потравы,
Здесь дни моей ничтожности и славы,
Переведи меня через майдан.
Переведи меня через майдан,
Там плачет женщина  я был когдато с нею,
Теперь пройду, и даже не узнаю,
Переведи меня через майдан.
Переведи меня через майдан,
Где тучи пьяные на пьяный тополь тянет,
Мой сын поет сегодня на майдане,
Переведи меня через майдан.
Переведи... Майдана океан
Качнулся, взял и вел его в тумане,
Когда упал он мертвым на майдане,
А поля не было, где кончился майдан...
"ПОСЛЕДНЯЯ ПРОСЬБА СТАРОГО ЛИРНИКА"
(сл. В Коротича)
Переведіть мене через майдан,
Туди, де бджоли в гречці стогнуть глухо,
Де тиша набивається у вуха.
Переведіть мене через майдан.
Переведіть мене через майдан,
Де все святкують, б’ються і воюють,
Де часом і себе й мене не чують.
Переведіть мене через майдан. Переведіть мене через майдан,
Де я співав усіх пісень, що знаю.
Я в тишу увійду і там сконаю.
Переведіть мене через майдан.
Переведіть мене через майдан,
Де жінка плаче, та, що був я з нею.
Мину її і навіть не пізнаю.
Переведіть мене через майдан.
Переведіть мене через майдан,
З жалями й незабутою любов’ю.
Там дужим був і там нікчемним був я.
Переведіть мене через майдан.
Переведіть мене через майдан,
Де на тополях виснуть хмари п’яні.
Мій син тепер співає на майдані.
Переведіть мене через майдан.
Переведіть...
Майдану тлумне тло
Взяло його у себе і вело ще,
Коли він впав у центрі тої площі,
А поля за майданом не було.
ПОМНИШЬ ДОЖДЬ НА УЛИЦЕ ТИТОВА(2008)
(стихи Бориса Рыжего)
Помнишь дождь на улице Титова,
что прошёл немного погодя
после слёз и сказанного слова?
Ты не помнишь этого дождя!
Помнишь, под озябшими кустами
мы с тобою простояли час, и трамваи сонными глазами
нехотя оглядывали нас?
Озирались сонные трамваи,
и вода по мордам их текла.
Что ещё, любимая, не знаю,
но, наверно, музыка была.
Скрипки ли невидимые пели
или что иное, если взять
двух влюблённых на пустой аллее,
музыка не может не играть.
Постою немного на пороге,
а потом отчалю навсегда
без музыки, но по той дороге,
по которой мы пришли сюда.
И поскольку сердце не забыло
взор твой, надо тоже не забыть
поблагодарить за всё, что было,
потому что не за что простить.
УФАЛЕЙ (2008)
(стихи Бориса Рыжего)
Я на крыше паровоза ехал в город Уфалей
и обеими руками обнимал моих друзей —
Водяного с Черепахой, щуря детские глаза.
Над ушами и носами пролетали небеса.
Можно лечь на синий воздух и почти что полететь,
на бескрайние просторы влажным взором посмотреть:
лес налево, луг направо, лесовозы, трактора.
Вот бродягиработяги поправляются с утра.
Вот с корзинами маячат бабки, дети — грибники. Моют хмурые ребята мотоциклы у реки.
Можно лечь на тёплый ветер и подуматьполежать:
может, правда нам отсюда никуда не уезжать?
А иначе даром, что ли, жёлторотый дуралей —
я на крыше паровоза ехал в город Уфалей?
И на каждом на вагоне, волей вольною пьяна,
"Приму" ехала курила вся свердловская шпана
Над домами…
(стихи Бориса Рыжего)
Над домами, домами, домами
голубые висят облака —
вот они и останутся с нами
на века, на века, на века.
Только пар, только белое в синем
над громадами каменных плит…
никогда никуда мы не сгинем,
Мы прочней и нежней, чем гранит.
Пусть разрушатся наши скорлупы,
геометрия жизни земной —
оглянись, поцелуй меня в губы,
дай мне руку, останься со мной.
А когда мы друг друга покинем,
ты на крыльях своих унеси
только пар, только белое в синем,
голубое и белое в синь…
(1974)
Хорошо жить на Востоке,
Называться бен Гасан
И лежать на солнцепеке, Щуря глаз на Тегеран.
Просто так жить невозможно –
Всем калории нужны,
Ой, как вкусны, ой полезны
В этом смысле шашлыки.
Для него барашков масса
Очень маленьких нужна,
Много шампуров и мяса
Ой, еще нужны дрова!
Хорошо жить на Востоке!
Кушать чай из пиала,
И лежать на солнцепеке,
Ждать, кто принесет дрова.
Хорошо жить на Востоке!
Дров никто не принесет,
Все лежат на солнцепеке,
Чешут пятками живот…
Размещено на Allbest.ru

intro: Цель данной работы – привлечь внимание к такому яркому, богатому и ценному явлению нашей культуры, как авторская или бардовская песня. Несмотря на то, что в нашей стране этот обширный культурный пласт существует уже около 50 лет, он, на наш взгляд, незаслуженно обходится стороной большинством музыкантов-теоретиков и исследователей. Если литературоведы посвящают свои труды творчеству Высоцкого, Окуджавы, Галича, Визбора, Новеллы Матвеевой, то очень трудно найти какую-нибудь книгу или даже монографию о музыкальной стороне бардовской песни, о выдающихся композиторах, таких, как Сергей Никитин и Виктор Берковский, хотя у этих и многих других авторов музыка чрезвычайно интересна.Выпускная квалификационная работа

библиотека

group: Управление